Клюква и ястреб

Клюква и ястреб

На кочке клюква зрела у болота —
красна, кругла, кисла до умопомрачения.
Ей ястреб был не нужен отчего-то.
Ему тем более не интересно ягодное назначение.

Он ел совсем другое. Жил иначе.
Любил простор, добычу и бросок.
А клюква — что? Ни выгоды, ни сдачи.
Роса на шее. Крошечный висок.

Но как-то раз — то ль ветер перепутал,
то ль Бог на миг отвлёкся от затей —
он опустился. Взял её. И будто
охотился всю жизнь за ней.

И клюква замерла в его большой ладоне —
простите, лапе. Всё-таки у ястреба зверной канон.
Ей было страшно. Сладко. Незаконно.
И коготь чуть касался с двух сторон.

«Зачем я вам?» — спросила еле слышно.
Он посмотрел, как хищники глядят
на то, что им ни к завтраку, ни к жизни,
но почему-то хочется прижать, как пухленьких утят.

Он мог бы раздавить её. Мог бросить.
Мог унести за тридевять болот.
А мог — смешнее — бережно и возле
держать, не понимая, что же бережёт.

И клюква вдруг подумала: наверно,
любовь и есть нелепость из нелеп:
попасть не в те объятия. Но верно
почувствовать, как мир на миг ослеп.

Как странно быть желанною тому,
кому ты, если вдуматься, не пища.
Как страшно отдавать себя ему,
когда его рука — ещё и хищник.

Она была кисла. Он был крылат.
У них не совпадало ничего.
Ни вид. Ни нрав. Ни рацион. Ни штат
не выдал разрешенья на любовь.

И всё-таки над клюквенным болотом
однажды видели в закатной синеве:
летел огромный ястреб отчего-то
с одной ненужной ягодой в когте.

И — странное для басни окончанье —

не съел.
Не выпустил.
Но
Нёс.

— Куда? Зачем? О чём повествование?

— Не мне судить.
Я просто был там и стоял среди берёз.

28 сентября 2026
Тайа