Четвёртая попытка. Часть 1. Глава 12

Вечером 29 декабря за окнами двухкомнатной квартиры Елены Сергеевны густо валил предпраздничный снег. В тихой кухне пахло хвоей и запеченной уткой. В квартире находилась лишь Ольга — в образе своей матери, Елены Сергеевны. На ней был строгий домашний кардиган,  темные волосы, как всегда, были уложены в высокую, сложную "материнскую" прическу, скрепленную множеством заколок и шпилек. Искусный старящий макияж уже 6 месяцев постоянно был неотъемлемым атрибутом  Ольги. Даже с собой наедине Ольга, дабы исключить любые возможные подозрения в подмене,   говорила голосом  матери, ходила её походкой, жестикулировала, как она, стараясь выглядеть и вести себя(пусть  здорово помолодевшая) но  точь в точь, как "мама", и у неё это получалось. За эти 6 месяцев Ольга  приобрела даже черты характера матери --  внутреннюю мудрость, уверенность и целеустремлённость, строгость  и самостоятельность , умение говорить нет и пресекать манипуляции, при этом  сохранив черты исконно присущие  ей --  эмпатию,  молодую энергичность и гибкость,  жизнелюбие. Сочетание приобретённых качеств с врождённой артистичностью, с опорой на технические знания и опыт  матери позволяли Ольге устранять любые проблемы подмены   и на работе, и в быту.  Работа, новая должность, проблемы "дочерей", особенно беременность "Ольги",  психологические срывы Виктора -- всё это не давало расслабиться и остановиться, но иногда, просыпаясь ночью, Ольга задумывалась:
--- Кто сейчас я ? Живу жизнью мамы. На равных с её коллегами. Они меня воспринимают, как авторитетного опытного работника. Пользуясь её знаниями,  делаю карьеру. Общаюсь с окружающими, как серьёзная состоявшаяся женщина, вдова и мать двух взрослых дочерей. Как же было сложно в первые дни и  месяцы преодолевать психологические барьеры, как напрягал постоянный страх  раскрытия подмены, страх за маму - "дочь", за мужа -"зятя". Выдержат ли, не сломаются ли... 
Вот и в этот вечер , готовясь на кухне к завтрашнему приезду  младшей "дочери"  Юли, она думала об этом:
--- Юлю обмануть не удастся. Что будет, что будет?.. Ребёнок... 6 месяцев... Любыми способами нужно сохранить!
И,вдруг, в прихожей раздался резкий, настойчивый звонок в дверь.
Сегодня Ольга не ждала гостей.  Сестра -"дочь" Юля должна  приехать  вечером  тридцатого числа. Натянув на лицо привычную маску руководящей солидности, Ольга пошла открывать. На пороге стояла Юля: румяная с мороза, с огромным рюкзаком и с букетом еловых веток.
— С наступающим, мамуля! — задорно крикнула Юля, бросаясь на шею «матери».
— Я сдала автоматом последний экзамен и сразу на поезд! Решила сделать тебе сюрприз!
Ольга на секунду обомлела, почувствовав, как внутри все похолодело. Однако, собрав в кулак всю выдержку, она мгновенно включила режим "строгой, но заботливой матери Елены Сергеевны".
— Юлечка! "Доченька!" Господи, хотя бы из поезда позвонила! — Ольга обняла сестру, стараясь выдерживать привычный грудной "материнский" тон:
— Замерзла вся! Скидывай сапоги, проходи быстрее в тепло.
Ольга забрала у «дочери» тяжелый рюкзак, пожурила за легкую шапку, отправила мыть руки и сразу же усадила за стол. Она хлопотала вокруг Юли,  ставя на стол разные блюда; подкладывала ей горячую картошку с мясом, подсыпала салат из овощей, наливала чай с лимоном и материнским тоном допрашивала об учебе, зачетах и экзаменах.
Юля с аппетитом ела и вдохновенно рассказывала о вредных профессорах, сданных экзаменах и заснеженном вагоне. Про роман с преподавателем философии она, естественно, умалчивала. Расскажи матери -- начнётся  т-а-а-а-кое...  По мере того как ужин продолжался,  Юля всё пристальней присматривалась к "матери":
--- Мама, ты выглядишь бесподобно. Взялась за себя. Правильно. Помолодела как!
Юля всё внимательнее и внимательнее смотрела на "мать".
В движениях "Елены Сергеевны", в том, как натягивалась гладкая кожа на шее при повороте головы, в почти отсутствии привычной сеточки морщинок у глаз, в упругости щек, в некоторых интонациях голоса проступало нечто странное. Мать выглядела невероятно, почти неестественно помолодевшей!
Юля замерла с вилкой в руке. Память медленно выдавала образ старшей сестры Ольги: её мимику, осанку, озорной блеск глаз и характерные микрожесты. По спине Юли пробежал колючий озноб.
"Не может быть...Господи... Это же не мама. Это... Олька?!"
Заметив, как побледнела Юля, как расширились у неё  глаза и как отчаянно задрожали её пальцы, Ольга поняла: маскировка рухнула. Сохранить перед Юлей так тяжело выстроенные роли не удастся. Всё же она, не очень рассчитывая на удачу, попыталась:
---Послушай, Юля,.. --- старательно голосом  матери.
—Не хочу ничего слушать,--- Юля отшатнулась к спинке стула, тяжело дыша:
— Оля?.. Это... это ты?! Вы что, с ума все сошли?! Почему ты в маминой квартире, в маминой одежде, с её причёской?! Выглядишь почти, как мама, говоришь, как мама! Где мама?!
Ольга вздохнула, села напротив сестры и накрыла ее занемевшую ладонь своей:
— Послушай меня очень внимательно. Не кричи. Да, это я, Оля. Мы с мамой... обменялись ролями. Полностью.
Юля вскочила со стула, едва не опрокинув чашку:
— Чем обменялись?! Что за бред ты несёшь?! Что, как.., что вы придумали?! Как это — обменялись ролями?!
— Наша мама сейчас живет в моей с Виктором квартире в моём образе, — твердо сказала Ольга, по прежнему голосом матери, — она  уже полгода  исполняет мою роль,  вместо меня ходит на мою работу,  дружит с моими подругами, общается с соседями, как "дочь" и  "жена",  а я взяла на себя ее возраст, ее статус и ее работу, как "мама" и "тёща".
У Юли перехватило дыхание, земля уходила из-под ног от абсурдности происходящего.
--- Для чего.., для чего вы это сделали?!  Зачем, зачем?!
—Ты знаешь, Юля, что мы с Виктором очень хотели ребёнка, но за пять лет нашего брака ничего не получалось. Что я только не делала, сколько беготни по клиникам, сколько обследований, сколько всяких лечебных процедур, три  раза ЭКО, в конце концов, сколько денег  ушло безрезультатно, сколько я слёз пролила, как мама и Виктор извелись...  Да что я рассказываю, В общих чертах ты всё это знаешь. А мытарства с  поисками суррогатной матери... и вот тут-то и подвернулась неожиданная случайность., которая и позволила пойти нам  на столь неординарный шаг... на подмену меня мамой для проведения ЭКО.. с нашими с Виктором биоматериалами... Подмена удалась. Мы смогли обмануть почти всех. По всем документам сегодня мама --- твоя старшая сестра Ольга, Ольга Андреевна Быстрова, а я... я  --- ваша мама Елена Сергеевна Нильская.
У Юли глаза лезли на лоб от услышанного.  Она открывала рот, но не могла произнести ни единого слова.
Но это был  не конец монолога Ольги. Окончательный удар ждал Юлю впереди.
--- И это еще не всё, Юльчик, — тихо добавила Ольга, сглатывая ком  в горле  и глядя сестре прямо в глаза, — наша  мама... в моем образе... сейчас беременна. Она ждёт ребенка. Уже на шестом месяце.
Юля бессильно опустилась обратно на стул, глядя на Ольгу остекленевшим взглядом. Мозг отказывался обрабатывать информацию: строгая мама ждет ребенка в образе собственной дочери, а старшая сестра в "материнском" гриме,  в одеждах матери, с  прической матери, с голосом матери, с характерными  движениями матери изображает пятидесятилетнюю женщину. Сердце бешено колотилось. Пульс стучал в висках.
— Вы сумасшедшие... Вы все просто сумасшедшие, — шептала Юля, закрыв лицо руками, пока по ее щекам текли слезы от невероятного психологического шока и сдвига всей картины мира.
   Оля, не выдержав напряжения, тоже заплакала.
   Обнявшись они рыдали вместе.