По мотивам

  Коль скоро выпал час предписанному сроку,
  Я стану завещать свой опыт прошлых дней.
  Минуют вещий тлен мои простые строки,
  Как баловень судьбы пишу сейчас о ней.
  Раз выпало добру залог отмерить миром,
  И праведнику зла поручено вершить,
  Предстану мудрецом с бородкою сатира
  И ангелом души, и пятнышком парши.
  Что рукописью звать? Давно печатным словом
  Избаловали мир наследники иуд,
  Но рукопись себя, где "аз есмь" - бред изгоя,
  Изгоя из себя - на исповедь, на суд...
  Горят ли дневники - горят. Горит ли память?
  Не в том ли смысл смертей - сожжение судеб?
  Я молвил: "Смерти нет!"- как оказалось, рано,-
  То память о грехах лежала на одре...
  Ее пытался жечь, она все воскресала,-
  Видениями, в снах, саднила и звала.
  Где взять мне тот огонь, где мне достать кресала,
  Чтоб выжечь тем огнем в себе исчадье зла?
  А после окропить священною водою
  Отавы ради те остатки пепелищ,
  Но выгорит ли зло? Само...само собою...
  До зерен, что взошли истоком корневищ.
  И хватит ли огня? Потоки оправданий
  Погасят благовест, раскаянье зальют...
  Как люди любят смерть, как любят они рано...
  А надо просто жить...но это адский труд.
  Легко переступить, легко и оступиться,
  В самом себе себя убийцу оправдать...
  И с жаждою добра легко грехом напиться,-
  Так входит в судьбы душ мертвящая вода.
  А воды не горят. А рукописи тленны.
  Достигнут паритет давно добра и зла -
  За праведность добра заплачено Вселенной.
  С тех пор вся наша жизнь - зола...зола...зола...
  И рукопись горит. Мечтами о покое
  Займемся не спеша, когда сгорит свеча...
  В ладони соберу добро до самых толик
  И в рукопись его! Как прежде... сгоряча...