Прекрасное далёко

На фотографии июнь.
Никто о завтрашних не знает похоронках.
Блестят на плечах выпускные ленты.
Под медленный танец плачут девчонки.

На потолке - шары и люстры хрустальные,
И музыка плывёт над головами.
Учителя и родители такие печальные!
Кричат напоследок:
"Господь, дорогие, с вами!"

Включается трек
Тот самый .
"... Медлячок , чтобы ты заплакала..."
А дети не плакали .
Они были счастливы .

Они и не знали ,
Что это последний их танец.

Они и не знали ,
Что последний звонок
Для них не последний вовсе.

Бокалы подняв,
Немного привстав,
Говорят родители их в слезах:
"Идите, любимые дети!
Вам нынче широко поприще!
Успехов вам в университете!
Там взрослая жизнь начинается,
Там будут работы, квартиры,
Машины, любовь настоящая.
В прекрасном и яростном мире,
Вы помните, все ещё будет!"

Надежда была на лучшее.
Родители твердо верили,
Что эти ребята – гении,
Поэтому знали, что все ещё будет:

Рассветы, закаты, успехи , провалы –

Все ещё будет.

На фото все улыбаются.
Так улыбаются люди,
Которым не объяснили,
Не дали понять,
Что слово "будет"
Не является вовсе гарантией.

По красной дорожке,
Напитанной кровью дорожке,
Они уходили во взрослую жизнь,

Но только под красной дорожкой
Была натянута проволока.

Тонкая, почти прозрачная проволока.

Но её никто не заметил,
Ни родители, ни их дети.
Кусочек вцепился им в ноги.
Твердо,
Любого ножа
Острей.

Была эта проволока,
Как мысль, которую повторяют
Так часто и так упёрто,
Что она начинает казаться
Своей.

Им говорили:
"Ты нужен",
И то было правдой.

Им говорили:
"Ты будешь стране полезен",
И это тоже было правдой.

Только эту полезность измерили
Не тем, что ты построил
Или создал,
Не тем, сколько ты выучил,
Изобрел
Или написал,
И не тем, скольких ты спас,
Вдохновил
Или вылечил,
А тем, сколько жизней чужих
Ты на весы положил.

Не верите? Снова взгляните на фото.
Это Максим. Он мечтал стать программистом.
Он должен был спорить с неверным кодом,
Совершенствовать несовершенное;
И он мог бы сидеть до рассвета
Над строчками,
Что не складывались,
Но судьба наплевала на это.
И теперь наш Максим научился
Обходить упрямые стены,
Что вокруг неожиданно выросли,
И на них вьюнок цифровой,
Прикрытый защитою граждан взвился.

Не верите? Ну опустите взгляд на фотографию.
Это Саша. Он стать хотел экономистом.
Он был должен исследовать графики.
И он мог бы строить прогнозы,
Считать дивиденды,
Причины подъёма, падения.
Но у Саши был день рождения.
И теперь ему восемнадцать.
И он учится экономить.
На себе.
На еде.
На сне.
На будущем.

Как-то странно она устроена,
Эта взрослая математика.
Ведь еще не окрепшие мальчики!
Ведь вчера они баллы считали,
Сколько нужно для поступления,
А сегодня они считают,
Сколько дней им до смерти осталось,
И сегодня они считают
Вероятность их поражения.

В самом центре на фото – учитель.
Это классный их руководитель,
Что готовил к экзаменам их
По истории с обществознанием.

Он рассказывал им, неотёсанным,
Что война не становится светлою
От обетов на выступлениях.

Он рассказал им, неотесанным,
Человек - не цифра в таблице.
Убеждал, что благие намерения
Не всегда обещают сбыться.

Иногда это кости солдат,
Что лежат по дороге в ад.
Если эти врата откроешь,
Прежним точно вернуться не сможешь.

Он показывал им фотографии,
Он ребятам читал учебники,
Он рассказывал про революцию,
И про Сталина, и про Гитлера,
Он ребят приводил к могилам,
Предупреждал,
Говорил им:
"Это люди сотни раз делали.
Вы большие. Вам надо знать правду.
Так что слушайте,
Запоминайте".

И они, наверно, запомнили.

Но скажите, разве правители,
Исторические события –
Это все – плохие учители?

Почему же тогда однажды
Ученик получает бронежилет
Вместо белой парадной рубашки?
Неужели одиннадцать лет
В голове не остались совсем?
Раздавил их тяжёлый шлем?

Восемнадцатилетний мальчик
Ручку взял – не решать логарифмы,
Не придумать изящные рифмы,
Взял – и тут же контракт подписал.
Вместо собственного вопроса
Получил боевой приказ.

Где же вы, мои пацаны?
Что, ребята, вы там искали?

Может быть, смысл,
Может быть и признанье,
Может быть, оправданье своим ожиданиям,
Может быть, это была возможность
Первый раз показаться взрослее,

Доказать, что ты круче, сильнее,
Не другим, а себе доказать.
Может быть, им хотелось быть нужными,
Что, пожалуй, страшнее всего.

Молодым так легко
"Ты нужен"
Сказать.

Молодым так легко
Интересы властей навязать.

А они в свою очередь
Ставят цели перед собою.
Так легко.

Говорят, что они герои.
Так легко.

Оборачивают долг их в знамя.
Так легко.

Освещают чужими речами.

А потом туда отправляются,
Где цель их всё же кончается.

Так быстро.
И так легко.

И сегодня по всей стране
Прозвучат эти школьные песни.

И сегодня по всей стране
Из каждого зала слышно:
"...Медлячок чтобы ты заплакала,
И пусть звучат они все одинаково... "

И ребята танцуют, гуляют,
Так же вовсе не подозревают,
Что это последний их медлячок.
Беззаботный ещё мальчишка
Поправляет воротничок.

Его возраст – семнадцать лет.
Год рождения – две тысячи восьмой.

Он смеётся.
Впереди у него - ЕГЭ.
У него друзья.
У него родители.
Он до сих пор в интернете ищет,
Как подшутить над учителем.

"Улыбнись же на свой выпускной!
Фото с мамой и папой на память!"
Память.
Единственное, что сын их сможет
После себя оставить.

На выпускные обычно
Ребята встречают рассвет.
Солнце какое-то бледное было в тумане.

На выпускные обычно
Танцы, напитки, фуршет
И поздравления с алыми парусами.

На выпускные так же
Всем поступить желают.

На выпускные так же
Старую песню включают.

Добрую песню советскую
Про надежду на светлую жизнь.
Верить нас она заставляет,
Что за школьным порогом свобода.

Дверь для новых открытий распахнута,
Но потом захлопнулась громко
За спиной невинного выпускника.
И размыта судьбы дорога.
Поздравляю вас, господа!

Не обязательно
В руки оружия брать.

Не обязательно
Вовсе других убивать.

Не обязательно, слышите!?

Ведь за этой же самой дверью,
Что ведет вас, куда, не понятно,
Мог быть зал института просторный,
Мастерская,
Серверная,
Офис,
Даже сцена Большого театра.
Дальше – первый контракт на работу
И зарплата, высокая, наверняка,
Та девчонка, которой фото
Не решился ты лайкнуть в ВК,
Небольшая квартира дальше
Или, может, у моря дача,
А потом в волосах седина,
Видео с милым котом в интернете,
А на кружке надпись видна:
"Лучшему папе на свете".

Так и выглядит жизнь.
Неприметная, обыкновенная
И порою проникновенная.
Эта маленькая, но такая огромная жизнь!

Только вам, как оказалось,
Эту жизнь не дают прожить.
Или, может, вы добровольно
От нее отказались?

Вот смотрю все на фотографию...
На шары,
На ленты,
Родителей
И на снимок класса с учителем.

Он не знает ещё,
Что о ком-то из этих ребят
Он на будущих разговорах о важном
Будет давать доклад.

Я все думаю,

Странная вещь эта молодость.

Потому что всегда уверена,
Завтра должно наступить.

Да, она в этом твёрдо уверена.
Невозможно иначе жить.

И поэтому строим планы,
Покупаем тетради, парадные ленты,
Поступаем,
Покупаем на поезд дальний билеты,
Уезжаем,

Мы знакомимся и общаемся,
Дружим, ссоримся и ругаемся,
Мы влюбляемся и расстаёмся,
На последней парте смеёмся
И друзьям своим обещаем:

"Увидимся".

Оказалось, что слово "увидимся"
Не является тоже гарантией.

И поэтому
Не героям
Не политикам,
Не знаменам

И не тем, кто парней заставляет
Доказать свою верность Отчизне
И полезность кровью чужой,

Нет, не это страны герои!

Я слагаю стихотворение
Для простых российских парней
Моего же года рождения.

Тем, что стояли вчера на празднике,
Что могли бы исполнить мечты,
Что могли бы шутить, ошибаться,
Приносить на линейку цветы
И не в тех постоянно влюбляться,
Передумывать,
Менять профессии,
Переезжать,
Возвращаться,
Праздновать тридцатилетие,
Иногда уставать на работах,
Выгорать в трудах и заботах,
За семейным столом собираться
И смеяться, самим смеяться
Над тем, какими наивными
Были они в восемнадцать.

Им полагалось не называться
Людей незнакомых память.

Им полагалось искать себя
И становиться собой.

Есть ли у этого изображения
Позитивное продолжение?
Никто не знает.
Но мне хотелось верить, что есть.

В нем ребята вернулись живыми
И вновь обнимают маму.
В нем Максим написал программу,
А Саша построил график
И все рассчитал.
Учитель закрыл свой классный журнал.
И снова они идут танцевать.
Родители снова поспорили,
Кто будет торт разрезать.

Они молоды. Вечно молоды.
Но их юность теперь разбита
Пропаганды тяжёлым молотом
Или битой.

И вновь за окном обычный завтрашний
День наступает.
Та самая старая песня все же играет.

Саша, Максим, Сергей и Данил
Слышат голос из прекрасного далека.
Этот голос их заманил
На черных скелетов дорогу.

И поэтому с тихим трауром,
И без громких и дерзких лозунгов
Пишу эти строки парням,
Что сейчас с автоматами – там.

Вы не виновны что жили как скот,
Росли , развивались, и даже не знали,
Что ваша страна вас на верную гибель пошлёт.

И даже не знали.

И никто не хотел –

Ни учитель, ни один родитель,

Чтоб то самое прекрасное далёко
Оказалось всё-таки жестоко.;