Пепел и наст

Каждый шаг отдаётся ударом о старый лёд,
Ни молитва, ни жалость былого уж не спасёт.
Ты остался в тени, за стеною слепой вражды,
Где под чёрной позёмкой навек занесло следы.

Холод жжёт изнутри, только нечему больше тлеть —
Эту долгую зиму придётся переболеть.
Тишина у виска, как натянутая струна.
Всё, что было святым, поглотила глухая тьма.

Пусть крошится наст под упрямой стопой,
Я больше не стану дышать пустотой!
Сквозь трещины льда пробивается свет,
Туда, где тебя и предательства нет.

Я прошлое молча сожгу до конца,
И вычеркну имя твоё навсегда!

Где звенели слова — лишь застывший седой гранит,
И броня на груди от ударов теперь хранит.
Слишком поздно искать оправданья чужой вине,
Если то, что звалось человеком, сгнило на дне.

Я иду не оглядываясь в стылую синеву,
Потому что сквозь этот мороз я ещё живу.
Тишина у виска, как натянутая струна.
Всё, что было святым, поглотила глухая тьма.

Пусть рушатся замки из хрупких стеклянных клятв,
Я выдержу этот холодный, немой разряд.
Пусть ветер срывает остатки былых оков —
Я выберу стужу вольнее твоих шелков!

Пусть крошится наст под упрямой стопой,
Я больше не стану дышать пустотой!
Сквозь трещины льда пробивается свет,
Туда, где тебя и предательства нет!

Я прошлое молча сожгу до конца,
И вычеркну имя твоё навсегда!