Извините, идёт уборка

Знаю, что это рассказ, но всё равно публикую по нескольким причинам:
1) Он нравится и дорог мне
2) В отличие от большинства моих работ, он забавный
3) Какое-никакое отношение к поэзии всё же имеет
Написан в ноябре 2015-го, отредактирован сегодня. Приятного чтения!

В одной старинной гостинице, что была в городе у северной границы, жил мистер И. Он снимал тёмные-претёмные комнаты на самом верхнем этаже, и никто толком не знал, чем он там занимался. Старейшие постояльцы, что ещё помнили то далёкое время, когда И. только заселялся в комнаты, утверждали, что он – Поэт. Остальные лишь пожимали плечами, так как ни разу не видели никакого мистера И. «В верхних комнатах никто не живет, даже горничные добираются до самого верха лишь раз в год», – так говорили служащие гостиницы.

Но среди жильцов ходили смутные толки по поводу того, кто же такой на самом деле этот мистер И. Одни утверждали, что у него был горбатый нос и длинные ноги, и что И. – русский эмигрант. Другие – что он был карликом устрашающей внешности и перекочевал в отель из Франции. Третьи же (из тех, кто чаще других балуется выпивкой) рассказывали, как слышали откуда-то наверху странные завывания и скрип половых досок. Из этого они заключали, что И. был неупокоенной душой одного художника, что закончил свою жизнь в одной из верхних комнат.

В общем, обитатели отеля обожали делиться сплетнями. Но больше всего им нравилось общаться с персоналом: горничные уже много лет выслушивали истории их жизней. Не подумайте, горничные не жаловались, ведь на них не жалели угощения. Так и уборщица Аша – молодая коротко стриженная светловолосая девушка сидела в одном из номеров, где остановилась пожилая пара. От них она впервые услышала о том, что мистер И. – поэт и русский эмигрант с роскошными курчавыми волосами.

Аша не стала задерживаться у этой пары слишком долго. Ведь её план требовал прибрать как можно больше номеров с коридорами, при этом ей нужно было добраться до тех этажей, что убирались особенно редко.

Дело было в зимнюю пору. Аша только-только начала своё восхождение по этажам отеля, вымывая номер за номером. Жильцы не жалели на неё слов благодарности и всеми силами старались задержать её болтовнёй и чаем с плюшками. И это не удивительно, ведь Аша и вправду была замечательной девушкой. Но бывало и наоборот. Не поверите, но иногда случалось так, что Ашу старались спровадить как можно быстрее. Возможно, всему виной было косоглазие, которое появлялось у неё абсолютно случайно, как по волшебству.

Видели бы вы лица тех жильцов, что с опаской поглядывали на косоглазую Ашу! Крайне озадаченные, они были уже не так любезны и гостеприимны. Почему-то им виделось в этой её особенности нечто ужасающее и демоническое: ашина странность заставляла их сбиваться в кучки и перешёптываться, некоторые постояльцы усердно крестились, а некоторые спешно писали жалобы руководству отеля. Их иррациональный страх был довольно забавен, однако горничная понимала, что в таких случаях ей лучше как можно быстрее делать ноги. Её ловкость и богатый опыт помогали ей оперативно убраться как в номере, так и восвояси. И так, номер за номером, комната за комнатой, Аша устремлялась всё выше и выше.

Спустя месяц она достигла вершины. То были верхние этажи – грязные и запущенные, куда целый год не ступала нога ни одного уборщика. Сделав пару шагов вперёд по коридору, Аша включила свет и очутилась в абсолютно сером помещении – пыль покрыла собой всё, что только можно, в углах же скопились целые пылевые сугробы. Арсенал Аши, состоящий из дюжины мощных пылесосов, лопат, щёток, вёдер и тряпок, внушал уважение посетителям отеля, но пыль, кажется, была от него в ужасе. От лёгкой поступи Аши, вооруженной пылесосом, серые частички стали подниматься в воздух, словно старались сбежать, предчувствуя свой конец. Со страстью первооткрывателя, Аша смело шагнула в пыльную неизвестность. Со страстью экзекутора, она без колебаний приводила приговор в исполнение. И целую неделю продолжалась её битва за чистоту в коридоре, а ведь нужно было ещё убрать все комнаты.

Через неделю с пылью в коридоре было покончено. Аша выключила пылесос, сполоснула тряпку и выдохнула. Уборка отняла у неё много сил, и ей очень хотелось отдохнуть. Сейчас она медленно шла по чистому, ещё немножко влажному полу, а настенные панели из тёмного дуба, что были отполированы ей до блеска, отражали её вяло плетущиеся ноги. Свои адские орудия уборки Аша оставила позади – они громоздились кучей до самого потолка. Аша устало посмотрела на дверь напротив. Судя по слухам и неясным толкам, что занимали умы жильцов, именно за ней обитал некто И. Аше было необходимо отдохнуть от дел в его комнате.

Забыв от усталости правила приличия, Аша рванула ручку и открыла дверь, не постучав. Но тут же захлопнула: в нос ударил резкий запах старины, тлена и... сигарет. Запахи сразу дали понять, что отдохнуть не удастся, и девушка снова распахнула дверь и вошла в очень тёмную комнату. Кругом был один непроницаемый мрак. Аша щёлкнула выключатель.

«Ужас!» – подумала она и была права, это действительно был ужас. Невероятно было предположить, что в этой комнате мог проживать хоть кто-то. Просторное помещение было сплошь заставлено всевозможными комодами, шкафами и консолями, а на полу лежали груды мусора: в основном это были исписанные листы бумаги, хлебные крошки и смятые сигаретные пачки. Обилие чернильных клякс заставило Ашу поморщиться. Взгляд её перебегал от одного предмета мебели к другому, потом от мелких чёрных пятен до больших, пока не остановился на одном крупном пятне в дальнем углу комнаты. Направившись туда, девушка подметила, что пятно имеет странные очертания, а когда пятно вдруг зашевелилось, меняя свою форму, и направилось в её сторону, что-то бубня, Ашу охватил животный страх. Чёрная тень росла прямо на глазах, и чтобы спастись от этого призрака, Аша швырнула в него хрустальную пепельницу. «Ай ***, за что-о-о?!» – вскрикнул призрак, схватившись за голову, и упал навзничь. Это был мистер И.

И. лежал на полу. Аша разглядывала его со смешанным чувством страха и изумления. Всё-таки выглядел он не совсем как человек. Весь чёрный от сажи, он распластался на полу, словно чья-то тень. Аша быстро опомнилась: нужно было привести хозяина комнаты в чувство. Отыскав вазу с цветами, она выплеснула её содержимое на голову чумазого И.

И. открыл глаза и растерянно посмотрел на Ашу. Вдруг он подметил в ней что-то, что заставило его улыбнуться, но девушка не обратила на это внимания. Вода смыла сажу и обнажила блестящую лысину мистера И. Лысину украшала царапина – следствие прилетевшей в неё пепельницы, а также прилипшая ромашка из вазы. Девушка заглянула в голубые глаза незнакомца, потом заметила его курчавые рыжие волосы, окружившие лысину. Также она поразилась страшной худобе этого человека: чем он здесь питался осталось для неё загадкой.

– Значит вы мистер И.? – спросила Аша, не отрывая взгляда от блестящей лысины.
– Зовите меня Иосифом Бродским, – ответил тот, не совсем понимая, что всё это значит. Он так и спросил: «Что всё это значит?!», потом приподнялся и хотел уже наброситься на Ашу с угрозами, но девушка опередила его:
– Ради Бога, простите, – сказала она. Я прислуга, мне поручено вымыть все этажи отеля. Недавно я закончила убирать здесь коридор, но так устала, что хотела немного передохнуть.
– О, разумеется, – смягчился грязный-прегрязный Бродский, – вы можете посидеть здесь немного.
– Но сначала я должна вас спросить... вы правда поэт? Вы из Франции?
– Я поэт, но из России.
– Ну конечно, из России! – вдруг обрадовалась Аша. – Значит буфетчик был прав! Вы даже не представляете: вся гостиница гадает, кто вы такой и существуете ли вообще? Мы даже делаем кое-какие ставки.
– Как видите, существую. Ставки, значит... Это очень забавно. А вы на что ставили?
– Ну что вы, мне такое неинтересно... – слукавила девушка.
– Вот что я вам скажу, дорогая...
– Аша.
– Так вот, дорогая Аша. Вы теперь многое знаете, поэтому придется вам сделать ставку. А чтобы выиграть, я дам вам кое-что.

Бродский открыл один из комодов, и оттуда сразу же вывалилась огромная куча пыльных, грязных книг. Среди них он взял одну маленькую – «Иосиф Бродский. Конец прекрасной эпохи». Взяв перо, он расписался прямо на обложке: «Дорогой Аше». Дата. Подпись.

– Это вам.

Аша завороженно смотрела на книгу.
– Ничего себе! Большое спасибо мистер... Иосиф.
– Пустяки. Может присядете?
– Я бы с радостью, но поскольку у вас УЖАСНО грязно, нужно СРОЧНО навести здесь порядок!

С этого момента Бродский перестал быть хозяином положения. Аша засыпала поэта упрёками, разнося его внешний вид, пыль, черноту, грязь и весь этот «апофеоз частиц». Она вышла из его заставленной комодами комнаты, и тут же вернулась, вооружившись полными вёдрами воды, тряпками, щётками и пылесосами. Поэт пытался сбежать, но было уже поздно: Аша пронеслась как ураган, уничтожая всю сажу и грязь, что скопились на Бродском.

«И как можно было испачкать в саже такую лысину!» – вот последние слова, которые Иосиф Бродский слышал от Аши. Потом она ушла, оставив его одного в идеально чистом помещении. Он хотел было пойти за ней, но застыл на пороге не в силах пошевелиться. «Ещё не время», – мелькнуло у него в голове, и он вернулся назад. В чистом костюме, с чистой головой и чистотой в мыслях стоял он, размышляя о мире, что старается прорваться к нему – человеку, что дал клятву ни за что и никогда не выходить из комнаты. «Этот мир, – подумал он, – швырнул в меня пепельницу, да ещё облил водой из вазы, но в то же время старается сделать меня лучше, хочу я того или нет». К слову, Аша очень понравилась Бродскому, а странность, что проявлялась на её лице как по волшебству, придавала ей нечто абсолютно уникальное и неповторимое. Увлёкшись размышлениями, поэт прошёл в дальний угол комнаты и сел за чистый, гладко отполированный столик. По привычке он достал сигаретную пачку «Честерфилд» – таких у него было здесь навалом. Однако, тут же отложил её, решив, что не станет осквернять такую чистоту зловонием сигаретного дыма. Открыв тетрадь, он стал набрасывать одно стихотворение за другим, в ожидании момента, когда внешний мир снова ворвётся к нему через год, чтобы посмотреть на его труды.

С тех пор Бродский старался держать лысину в чистоте.