Моя любимая, моя красивая

Т.


Моё сейчас - это будущее
Того, кто был мною,
К примеру, семь лет назад.

В те дни я был счастлив
(Время от времени).
Если точнее,
То был не счастливым,
А не страдающим
От того, что ты не со мною.
А это ль не счастье?
Не знал я о тебе ещё
Семь лет назад.
 
Как тут не вспомнить
Строки Томаса из «Драй Селвэ́йджес»?
Тем паче - в его день рожденья?
«Будущее - сожаленье для тех,
Кто пока что лишён сожаленья»*.

В грядущем, я знаю,
Всё только ещё хуже станет.

Как стать тем счастливым ребёнком,
Что на бульваре Вожирар*
В коробке обувной уснул?

Время… Ах, время…
Как же убить его поскорее*?
Всё то, что осталось, но
Себя не убивая?
Не важно даже какое!
Хоть обретённое, хоть то,
Которое потеряли.
Главное - скопом убить его как-то.


                Иногда я не понимаю, как это люди придумали понятие
                «веселье», наверное, его просто вычислили как
                противоположность печали
                Ф.Кафка (из писем Милене Е.)



Моритуро 26.09.2026

* Томас Стернз Элиот (англ. Thomas Stearns Eliot, 26 сентября 1888, Сент-Луис, Миссури, США — 4 января 1965, Лондон, Великобритания) — американо-британский поэт, драматург и литературный критик, представитель модернизма в поэзии. Лауреат Нобелевской премии по литературе 1948 года.

ЛГ цитирует, вспоминает строчки из "Четырех квартетов"

ДРАЙ СЕЛВЭЙДЖЕС

III


               Иногда я гадаю, не это ли высказал Кришна.
               Рассуждая о разном или по-разному об одном:
               Что будущее - увядшая песня, Царская Роза или
                лаванда,
               Засохшая меж пожелтевших страниц
               Ни разу не раскрывавшейся книги, что будущее -
               Сожаленье для тех, кто пока что лишен сожаленья,
               И что путь вверх ведет вниз, путь вперед приводит
                назад.


* Жак Превер (фр. Jacques Prevert; 4 февраля 1900, Нёйи-сюр-Сен — 11 апреля 1977, Омонвиль-ла-Петит, Манш) — французский поэт и кинодраматург.

ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ

     На бульваре Шанель протирают зеваки штаны,
     Там девчонки красивы, и много там всякой шпаны,
     И бродяги голодные спят на скамьях по ночам,
     И клиента поймать проститутка седая пытается там.
     На бульваре Ришар-Ленуар мне Ришар повстречался Леблан,
     Был он бледен, держался с трудом на ногах, но совсем не был пьян.
     "Поскорее отсюда беги, - он сказал мне, -
     Прошли полицейские здесь,
     Было холодно им - и дубинками их изувечен я весь".
     На бульвар Итальянцев придя, на испанца наткнулся я там.
     Рестораны Дюпона похожи на храм. Был испанец оборван и хром,
     И в отбросах он хлебную корку искал, а потом... у дверей магазина
     "Какая скотина! - воскликнул какой-то месье,
     На испанца метнув осуждающий взгляд, -
     Иностранцы весь хлеб наш съедят.
     И куда только власти глядят!.."
     На бульвар Вожирар меня случай привел, и младенца увидел я там.
     Он в коробке для обуви спал под кривым фонарем.
     Спал так тихо (ах, прелесть!), так крепко он спал (о, кошмар!).
     Спал последним он сном.
     Вот счастливец, попавший тайком на бульвар Вожирар!
     День за днем, ночь за ночью
     Под небом открытым,
     Под чистыми звездами
     Жизнь я веду.
     Где они, эти чистые звезды?
     Не знаю.
     Не видят их те, кто попали в беду.
     День за днем, ночь за ночью
     Под небом открытым -
     Вот так мне приходится жить.
     Это - странное небо и грустная жизнь,
     Очень грустная жизнь.

НАДО УБИТЬ ВРЕМЯ

Считают, что это так легко,
но это чертовским трудно.
Не делать совсем ничего
это ужасно трудно.
Надо убить время,
А это огромный труд.
Надо убить время,
это гигантское бремя.Ах!
С утра до вечера
я не делал ничего
ничего.
Ах!
С утра до вечера,
С вечера до утра
я делал одно и то же
ничего.
Вот в этом-то вся и сложность,
ведь в общем была возможность.
Ах! Как это печально!
Я мог иметь всё буквально.
Да, то, что бы я хотел,
если б я это хотел,
я бы это имел,
но я не хотел ничего,
ничего.

Однажды однако я встретил собаку
и очень её полюбил.
Это была собака старого пастуха.
Славная эта собака
так, бедняга, скучала,
с Шотландцем – своим хозяином,
что я, проявив осторожность,
сумел подкупить хозяина,
ведь в общем была возможность.
Ах!
Какое забавное эхо!
Эх!
Какой забавный Шотландец был
пастух моей собаки.
Всю ночь он плакал и рыдал,
весь день метался и стонал.
Что за безумство, ах!
Шотландец чах на глазах.
Не хотел меня слушать, поверьте,
и даже болтал о смерти.
«Я очень люблю барашков!» –
пел он по-шотландски.
И собака залаяла весело,
услышав знакомую песенку.
Но у меня-то способ был,
и всех барашков я купил,
в своей гостиной поселил.
Они ковры щипали в муке,
а после лопнули от скуки.
И на могильное ложе
Шотландец лёг вслед за ними.
Ах!
И собака тоже!

И тогда я уехал в путешествие!

Успокоить-мои-слабенькие-нервы!


ОГРОМНОЕ, КРАСНОЕ

     Огромное,
     Красное
     Зимнее солнце
     Над Гран-Пале, поднимаясь, всплывает
     И вновь исчезает.
     Вот так же и сердце мое исчезнет,
     И вся моя кровь из меня уйдет,
     Тебя разыскивать сердце станет,
     Моя любимая,
     Моя красивая,
     И там, где ты будешь,
     Тебя найдет.

PS: для любознательных и ленивых ещё парочку стихов Превера, не имеющих отношения к моему виршику)


КОТ И ПТИЦА

     В деревне мрачные лица:
     Смертельно ранена птица.
     Эту единственную проживающую в деревне птицу
     Единственный проживающий в деревне кот
     Сожрал наполовину.
     И она не поет.
     А кот, облизав окровавленный рот,
     Сыто урчит и мурлычет... И вот
     Птица умирает.
     И деревня решает
     Устроить ей похороны, на которые кот
     Приглашен, он за маленьким гробом идет.
     Гроб девочка тащит и громко рыдает.
     "О, если б я знал, - говорит ей кот, -
     Что смерть этой птицы
     Причинит тебе горе,
     Я съел бы ее целиком...
     А потом
     Сказал бы тебе, что за синее море,
     Туда, где кончается белый свет,
     Туда, откуда возврата нет,
     Она улетела, навек улетела,
     И ты бы меньше грустила, и вскоре
     Исчезла бы грусть
     С твоего лица...

     Что ни говорите, а всякое дело
     Надо доводить до конца!


БАРБАРА

     Помнишь ли ты, Барбара,
     Как над Брестом шел дождь с утра,
     А ты,
     Такая красивая,
     Промокшая и счастливая,
     Ты куда-то бежала в тот день, Барбара?..
     Бесконечный дождь шел над Брестом с утра,
     И, когда мы случайно с тобой повстречались,
     Улыбалась ты,
     Улыбнулся невольно и я,
     и, хотя мы не знали друг друга,
     Все-таки вспомни, вспомни тот день, Барбара!
     Вспомни:
     Под навесом кто-то тебя ожидал
     И он крикнул тебе:
     -- Барбара!--
     А ты,
     Такая красивая,
     Промокшая и счастливая,
     Ты к нему под дождем побежала,
     И он обнял тебя, Барбара!
     Не сердись, Барбара, если я говорю тебе "ты":
     К тем, кого я люблю,
     Я всегда на "ты" обращаюсь:
     Тем кто любит друг друга
     Я оже "ты" говорю,
     И, хоть с ними совсем не знаком,
     Я приветливо им улыбаюсь.
     Помнишь ли ты, Барбара,
     Этот город счастливый и мирный,
     Эти капли дождя на твоем лице,
     Помнишь ласковый дождь,
     Что над городом лился с утра,
     Дождь над пристанью, над арсеналом,
     Над плывущим в Брест кораблем?
     О, Барбара!..
     Как ужасна война!..
     Что стало с тобой под дождем из огня?
     Железа и стали?
     Где теперь человек,
     Что тогда под навесом тебя ожидал, --
     Он убит или жив,
     Тот, чьи руки так страстно тебя обнимали?
     О, Барбара!..
     Дождь над Брестом идет без конца,
     Но совсем не похож он на ливень тех дней,
     Потому что теперь это хмурый и траурный дождь,
     Все вокруг затопивший тоскойй безысходной своей.
     Не гроза это даже
     Из железа, стали, огня --
     Просто тучи,
     Которые, словно собаки,
     Подыхают за городом
     В тусклом сиянии дня,
     Подыхают и прочь уползают,
     Уползают, чтоб гнить вдалеке,
     Вдалеке-вдалеке от Бреста,
     Утонувшего в безысходной тоске.


ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ

     Это было в одном из кварталов Города Света.
     В том квартале всегда темнота и холодное лето.
     Там зимою и летом зима,
     И воздуха мало...
     Он стоял с нею рядом.
     Стояли на лестнице оба.
     И ночь выползала
     Из закоулков и темных углов,
     И серою пахло,
     Потому что в полдень морили клопов.
     И ему говорила она:
     - Здесь всегда темнота,
     И зимою и летом зима,
     И воздуха мало.
     Не заглянет к нам солнце,
     Оно своим занято делом в богатых кварталах.
     Крепко-накрепко меня обними,
     Наша жизнь - это то, что сейчас.
     Будет поздно потом.
     Обними меня крепко.
     Здесь все против нас.
     Если холод - нам плохо,
     И жарко - нам плохо,
     Здесь мерзнешь,
     Здесь воздуха нет.
     Если ты не обнимешь меня, я умру.
     Мне пятнадцать, пятнадцать тебе.
     Нам обоим уже тридцать лет.
     В этом возрасте уже надо работать,
     И значит, есть полное право у нас
     Целоваться.
     Потом будет поздно,
     скорее меня поцелуй.
     Наша жизнь - это то, что сейчас.


КАК НАРИСОВАТЬ ПТИЦУ

     Сперва нарисуйте клетку
     с настежь открытой дверцей,
     затем нарисуйте что-нибудь
     красивое и простое,
     что-нибудь очень приятное
     и нужное очень
     для птицы;
     затем
     в саду или в роще
     к дереву полотно прислоните,
     за деревом этим спрячьтесь,
     не двигайтесь
     и молчите.
     Иногда она прилетает быстро
     и на жердочку в клетке садится.
     иногда же проходят годы -
     и нет
     птицы.
     Не падайте духом,
     ждите,
     ждите, если надо, годы,
     потому что срок ожиданья,
     короткий он или длинный,
     не имеет никакого значенья
     для успеха вашей картины.
     Когда же прилетит к вам птица
     (если только она прилетит),
     храните молчание,
     ждите,
     чтобы птица в клетку влетела;
     и, когда она в клетку влетит,
     тихо кистью дверцу заприте,
     и, не коснувшись не перышка,
     осторожненько клетку сотрите.
     Затем нарисуйте дерево,
     выбрав лучшую ветку для птицы,
     нарисуйте листву зеленую,
     свежесть ветра и ласку солнца,
     нарисуйте звон мошкары,
     что в горячих лучах резвится,
     и ждите,
     ждите затем,
     чтобы запела птица.
     Если она не поет -
     это плохая примета,
     это значит, что ваша картина
     совсем никуда не годится;
     но если птица поет -
     это хороший признак,
     признак, что вашей картиной
     можете вы гордиться
     и можете вашу подпись
     поставить в углу картины
     вырвав для этой цели
     перо у поющей птицы.


ВСЁ МЕНЬШЕ И МЕНЬШЕ

     Все меньше и меньше остается лесов:
     Их истребляют,
     Их убивают,
     Их сортируют
     И в дело пускают,
     Их превращают
     В бумажную массу,
     Из которой получают миллиарды газетных листов,
     Настойчиво обращающих внимание публики
     На крайнюю опасность истребления лесов.