Кристина Россетти. Ещё чуть-чуть

Кристина Джорджина Россетти (1830–1894)


ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ

Как дни длинны, а после смерть:
К шипу прижавшись средь ветвей,
О том тоскует соловей,
Из ночи в ночь он будет петь,
Восторг чтоб сердцем мог владеть,
Проткнёт шип сердце - после смерть.

Дням этим убывать, расти:
Так и туманная луна,
В июне холодна, бледна:
Что не хватает ей в пути?
Она тоскует взаперти:
Что убывать ей и расти.

Являет мир печальный вид
В осенней падавшей листве,
Что скорбь рождает в голове;
Кто думал, коль весна спешит,
И перлом ранний цвет блестит,
Что примет мир морозный вид?

Укусы нас так остро жгут,
Когда мы днём идём в поход:
Изъеденный созревший плод,
Иль птица, что за крылья жмут,
Гнездо, где больше не поют,
Да, вид, и звук, и тишь так жгут.

Изъян в уединенье есть,
И бремя – жизни суета:
Они враждуют неспроста,
Быть одному, увы, не честь:
То, что покой нам может несть, –
Уединенье смерти есть.

Спокойно спите, наконец,
Боль птицы вы забыть должны,
И рост, и убыль той луны,
Мороз, укус, листвы багрец:
Забудьте тяжких лет свинец,
Что завершились, наконец.

Звон колокольный слышен днём,
И гимны там звучат сквозь хмарь,
Из звёзд есть сводчатый алтарь,
Органа звуки словно гром:
Жизнь наша -  что ещё найдём? -
Не в лад с колоколами днём.

Есть разные колокола,
Земли и неба, весь их звон
С задержкой, как велит закон.
Хотя ты жаждешь, но пришла
Предвестник утра – полумгла.
И вновь звучат колокола.



YET A LITTLE WHILE

These days are long before I die :
To sit alone upon a thorn
Is what the nightingale forlorn
Does night by night continually :
She swells her heart to ecstasy
Until it bursts and she can die.

These days are long that wane and wax :
Waxeth and wanes the ghostly moon,
Achill and pale in cordial June :
What is it that she wandering lacks ?
She seems as one that aches and aches,
Most sick to wane, most sick to wax.

Of all the sad sights in the world
The downfall of an Autumn leaf
Is grievous and suggesteth grief:
Who thought when Spring was fresh unfurled
Of this ? when Spring-twigs gleamed impearled
Who thought of frost that nips the world ?

There are a hundred subtle stings
To prick us in our daily walk :
A young fruit cankered on its stalk,
A strong bird snared for all his wings,
A nest that sang but never sings :
Yea sight and sound and silence stings.

There is a lack in solitude,
There is a load in throng of life :
One with another genders strife,
To be alone yet is not good :
I know but of one neighbourhood
At peace and full—death's solitude.

Sleep soundly, dears, who lulled at last
Forget the bird and all her pains,
Forget the moon that waxes, wanes.
The leaf, the sting, the frostful blast:
Forget the troublous years that, past
In strife or ache, did end at last.

We have clear call of daily bells,
A dimness where the anthems are,
A chancel vault of sky and star,
A thunder if the organ swells :
Alas our daily life—what else ?—
Is not in tune with daily bells

You have deep pause betwixt the chimes
Of earth and heaven, a patient pause
Yet glad with rest by certain laws :
You look and long : while oftentimes
Precursive flush of morning climbs.
And air vibrates with coming chimes