Без названья время протезов
в глазах обшарпанный вокзал,
где паровоз, пыхтя толкая,
состав к перрону подгонял.
Перрон всего настил дощатый,
да креозота терпкий дух…
сползали с тамбуров ребята,
кто без ноги, а кто без двух,
Кому как счастье подвалило,
а всё виной тому война –
кому безвестная могила,
кому чужая сторона…
Вот эти разжились махоркой,
обняв друг друга побрели…
виднелись долго гимнастёрки,
стучали долго костыли…
А тот остался на дощатом,
куда без ног, коль нету сил
и тощий дождик воровато
ему на спину слёзы лил.
Он, в наспех сделанной каталке,
сидел и ждал – вот-вот придёт…
смотрели молча сверху галки,
что будет зная наперёд.
Потом, кружась, заголосили,
простудным голосом хрипя,
за всех, за них кто по России
толкали вёрсты на себя…
Нашлась и нам война другая,
а галки так же голосят
и так же, и с того же края
везут подкошенных солдат.
И боль на старческие плечи,
когда я вижу тех ребят,
когда они идут навстречу,
когда протезы их скрипят…
Идут, переставляя ноги,
чужие ноги, не свои…
они и ангелы и боги –
израненные журавли…
И возвращает злая память
на вдрызг измызганный настил,
где мог отметины оставить
тот на кого дождь слёзы лил…
сентябрь 2026.
Свидетельство о публикации №126092604600