Волшебная страна ос

Я видел мир с особой стороны:
Иные измерения и меры;
Иные привидения, химеры;
И швы пространства на свету видны.

Волшебная страна смертельных ос.
Здесь нас не видно — каждый в землю врос,
Себя упрятав в потайной сундук,
Но в каждый с неба вслушиваясь звук.

Увы, изрядно поредел наш строй.
Нет Гудвина, навеки стих Эрнест...
Да что Эрнест? Я сам почти герой,
Но вряд ли донесут до здешних мест
Всё то, что я хотел бы заказать
У бога изобилия Озона.
Здесь нет ни адреса, ни жизни, нет закона;
Особое пространство, словом, зона.
Вот всё почти, что я хотел сказать.

Нет вот ещё. Недавно снился сон.
Я видел храм, сияющий в горах.
Там ангелов вокруг роился сонм.
Я разглядеть хотел, но древний страх
Мне не позволил приподнять глаза.
Волшебные звучали голоса.
Вокруг был резкий запах хлороформа.
Гремела отдалённая гроза.
Летали ангелы, на каждом — униформа.

Но вот уже я в храме на горе.
Два ангела приносят в серебре
Какую-то торжественную книгу.
Проследовав серебряному блику,
Я улыбнулся ангельскому лику.

Их лица были строги и просты,
Но из-под этой строгой простоты
Чуть пробивалась хитрая улыбка
Я снова слышал грозовой раскат.
Пол в храме был неровен и покат,
А всё вокруг неведомо и зыбко.

Один из них сказал:
— Открой, мой друг, —
И книга словно выпала из рук,
Вмиг оказавшись у меня в руках.
Я чувствовал волненье, но не страх.

— Вот книга ваших воинских побед.
Был на обложке гордый стяг воздет,
Сверкали звёзды, словно фонари
И золотом горели изнутри.

Но почему здесь вырваны страницы?!
И где моих друзей погибших лица?
Где, чёрт возьми, герои ополченья,
Неужто им не придадим значенья?!
Лишь крепыши — в улыбках, в орденах.
И грустный нарисованный монарх.

Мне ангелы ответили, смеясь:
У Неба с вами неразрывна связь,
И мы всего не знаем до конца,
Поскольку есть над нами Небеса.

Теперь тебе пора. Теперь проснись.
Сказали и тотчас взметнулись ввысь.

***
Хотел чиркнуть две строчки на закат,
А получился чуть ли не трактат,
Но смысл почти исчез из этих строк.
Для понимания, увы, подходит срок.

Храни Господь наш славный батальон —
Враг, как и мы — безумен и силён,
Бьёт в точку, без пощад и перемирий.
Лишь ангельское пение в эфире.

Сегодня праздник — смерти ни одной.
У ангелов сегодня выходной.

Я жизнь свою сжигаю, словно вор.
И недалёк, увы, мой приговор.
Реальности рассыпется броня,
И мудрый Гудвин выйдет из огня.

***
А наверху стоит осиный звон,
Наверное, летят бомбить Озон.
Артиллеристам дел невпроворот:
От ос освобождают небосвод
Для ангелов и птичьего народа —
Им злые осы не дают прохода.

Артиллеристов не возьмёшь за так.
А нам цена — в базарный день пятак.

Так и воюем — за зарплату, за харчи,
За утешенье с женщиной в ночи,
За Родину, за истину в вине,
За богачей, за бюллетень на пне;

Иные просто отбывают срок,
Забыв себя, но выучив урок;
Или, как я, — за шмотки, за еду,
За счастье день-другой побыть в бреду,
Забыв на время настоящий бред.
Я выжат. Идеалов больше нет.

Но пусть меня дежурный олигарх
Не обвинит в немыслимых грехах.
Я по патриотизму сдал зачёт, —
Хирург три пальца, если что, зачтёт.

***
На самом деле истина проста:
Пространство — это просто пустота,
И мы в него забрались, как кроты, —
Кто навсегда, а кто — до темноты.

А днём не выкроить минуты для письма.
Бои, по слухам, предстоят весьма.
От вражьих танков мост гудит с утра,
Тот, что забыли подорвать вчера.

Так и воюем — в этой пустоте.
Случится что, заботься о коте.
Уже не вижу строк. Привет родным.
Конечно, не приеду к выходным.
Был в госпитале. Жив пока. Служу.
Об остальном, увы, не расскажу.

сентябрь 2026