Репортаж с улицы, где ничего не происходит

Я, признаться, был искренне рад:
Зал, послание, свет, деловой звукоряд.
И особенно — этот отважный момент:
Про коррупцию вслух говорил президент.

Не в лесу, не во сне, не вдали от людей —
Перед первым собранием ответственных лиц.
Он смотрел на министров, они — на него.
Ни потупленных глаз. Ни дрожащих ресниц.

Губернаторы слушали, чуть наклонясь,
Депутаты кивали спокойно и строго.
И такая меж ними царила связь,
Что казалось: ещё бы чуть-чуть — и смогут.

А на улице, где ничего не происходит,
Тихий вечер золотит дома.
Кто-то за руку кого-то вдоль ограды водит,
И весна наступает сама.

Мы вас держим в курсе событий:
Ничего не произошло.
Оставайтесь с нами. Смотрите.
В нашем городе тихо. Светло.

Он сказал: «В нашей стране цветёт коррупция».
По рядам прошелестела живая реакция:
Кто-то вынул блокнот. Кто-то ручку достав.
Кто-то слово «цветёт» дважды подчеркнул, записав.

— Где цветёт?
— В нашей стране.
— А когда?
— В настоящее время.
Всё понятно. Причастных не видно вполне.
Обсудили явленье — не тронули племя.

Ни один не вскочил: «Это вы про кого?!»
Ни один не воскликнул: «Позвольте, при чём я?!»
Здесь — ковёр, микрофон. Здесь не брали. Здесь речь.
А страна — за дверями приёмной.

Вот выйдем — там и процветает.
А если не выйдем?
Кто знает…

А на улице, где ничего не происходит,
Тихий вечер золотит дома.
Кто-то за руку кого-то вдоль ограды водит,
И весна наступает сама.

Мы вас держим в курсе событий:
Ничего не произошло.
Оставайтесь с нами. Смотрите.
В нашем городе тихо. Светло.

Если б я на такой оказался работе,
Если б брал — ну, допустим, в порядке бреда, —
Я б не выдержал этой высокой заботы.
Я бы встал. Я бы выдал себя, нарушив обета:
«Вэ Вэ Пэ, бес попутал!
Я ж приличным, в сущности, рос пацаном.
Это вон они! Я у них был как будто…
В общем, был. Но совсем не при чём!
Это всё окруженье! Дурные примеры!
Я не брал никогда — только несколько раз.
О стране не подумал… Какие там меры?
Вы простите. Я больше. Не буду. Сейчас».

Но никто не запнулся, не выронил ручки.
Только в зале одобрительно стало слышней.
Я бы точно не смог.
Там, конечно, получше.
Там умеют о родине — без мелочей.

— Да, Галина, мы с вами сейчас на улице,
Где только что ничего не произошло.
Ветер слабый. Народ не расходится.
В остальном — безусловно, всё хорошо.

— Есть свидетели?
— Вот очевидец.
Вы сначала, пожалуйста: что и когда?
— Я с утра подошёл — ничего не случилось.

Я остался. Вдруг всё-таки…
— То есть?
— Ну да.
— Как местные жители это восприняли?

— Подошли. Присмотрелись. Сказали: «Дела».
— Были приняты меры?
— Конечно, предприняли.
Чтобы дальше обстановка спокойной была.

— А за вашей спиной что за двери открытые?
— Там закончилось важное заседание.
Мы вас будем держать.
— В курсе событий.
— А пока — ничего.
— Благодарим за внимание.

Ты мне скажешь: «Пойдём. Здесь сегодня безлюдно».
И поправишь мой шарф, и коснёшься плеча.
Мы пройдём мимо окон, в которых уютно
О стране рассуждая чуть-чуть дыша.

За спиной разойдутся министры по парам,
Зашуршат по ступеням, о чём-то шутя.
И обычная жизнь потечёт по тротуарам,
Ни одной телекамеры не возмутя.

Ты мне стиснешь ладонь:
«Ну а это — событие?»
Я отвечу:
«Для нас — безусловно, оно.
Но сейчас нам опять передача объявит,
Что у нас ничего не произошло».

А на улице, где ничего не происходит,
Тихий вечер золотит дома.
Кто-то входит в двери, кто-то из дверей выходит.
За дверями — всё та же страна.

Мы вас держим в курсе событий:
Ничего не произошло.
Оставайтесь с нами. Смотрите.
Как открыто. Как тихо. Светло.

Ничего не происходит.
Ничего не произошло.
Кто-то входит. Кто-то выходит.
Кто-то не вышел. Повезло.

А коррупция — в стране.
Не здесь.
Здесь только в зале говорили
О ней.
Вот выйдем —
И она там.
Вот вышли.
И куда теперь
Дева;ть это «здесь»?

Двери.
Двери.
Открытые двери.

— Галина, как видите,
Всё без изменений…

>>Посвящается М.Жванецкому, России и 6 кадрам.