Радио болото

— Девочки, спросите у мужчины, что он делает во время конфликта.

Дари сказала это, не поднимая глаз.

На столе у неё остывал чай. За окном шёл дождь — тонкий, косой, почти невидимый. В стекле отражалась комната, а за отражением — что-то ещё. Чёрное. Будто там, с другой стороны окна, стоял кто-то и тоже слушал.

— Если убежал или сныкался в норку — то разруливать всё придётся вам.

Дари подняла палец.

— Потому что мужских качеств в нём маловато.

— А если он просто мирный?

— Это не «мирный».

Она наконец посмотрела в окно.

— Это скважина и взрыв на пустом месте. Похуже холерика. Потому что холерик хотя бы взорвётся. А этот накопит.

В комнате на секунду стало очень тихо.
Где-то в стене капнула вода.

— ДарИ, ты всё не уймёшься со своими постулатами в лопухах?

— Да.

Пауза.

— Любовник молодой совсем. Всего-то принц Йоханн — сорок четвёртый.
— И?
— И снова ждёт, что я вместо него всё разрулю.

Дари вздохнула.

— Думает, что что-то надарил и отмазался.

Она помолчала. Сумка за баснословные деньги ее радовала, любовник из соседнего города был молодой, красивый и "временный".

— Так все, девочки, ждать будут адекватности и не дождутся.
- Ну тебе ж это не мешает?
- Мешает. Нового надо искать..

На последнем слове лампа над столом мигнула.

Один раз.
Второй.
На третий — погасла.

Из темноты Дари сказала:

— Ужасный дискомфорт и напряг.

Потом добавила уже почти себе:

— Я только порадоваться хотела, что перепонки зелёные. Как "надо". И чешуя искристая.

— А ты проверила?
— Что?
— Все, кто был до тебя, — «виноваты»?

Дари усмехнулась.

— Ага. Ну конечно.

Она провела ногтем по краю чашки.
Скрип получился пренеприятный. йЕе..брр..фшш..

— Я знала, что буду следующей «виноватой». Следующей обязанной. И на меня будет повешено вот это вот всё — решать. Закидоны.

Дари посмотрела в потолок и двусмысленно пробормотала.

— Или терпеть инквизиции.

С потолка медленно свисала тёмная капля.
Она висела.
Не падала.
Прямо над головой Дари.

— А что со злостью у него?
— Атрофирована в детстве.
— Совсем?

— После её выражения — сливом агрессии на мирных лягушек в виде возмущения и ругани — он не идёт разруливать проблему.

Дари пожала плечами.
— А копит.

Где-то далеко, за стенами комнаты, что-то тяжело плюхнулось в воду.

— Ух ты ж, копилка какая!
— Комикс.

Дари покосилась на потолочную каплю.

— Мозги торчат. Да набекрень.

И тут она услышала топот.
Не в комнате.
На крыше.

Кто-то прошёл от одного края дома к другому.
Три тяжёлых шага.

Пауза.
Ещё три.

Дари посмотрела на окно.
— Опять малыш.

— Да не вздыхай ты так! Подумаешь, мелкий.
— Вырастет.
— Вот ещё. Ждать.

Дари встала.

Подол её платья скользнул по полу, словно кто-то невидимый провёл по нему мокрой ладонью.

— Скукота.

Она оседлала ступу.

Красные каблучки устроились по бокам, как маленькие сигнальные огни.

— Поехали.

Ступа дрогнула.

За окном дождь вдруг пошёл каплями вверх.
Дари пролетела сквозь потолок.

Комната осталась внизу — маленькая, жёлтая, с чашкой чая на столе.
Город под ней был мокрым и чёрным.
И только в одном месте горело зелёное пятно.

Болото.
Дари свернула туда.

По дороге она крутила радио.
Шшшш.

Музыка.
Шшшш.

Чужой голос.
Шшшш.

— Радио-пень.
Щёлк.
— Радио-болото.

И тут из динамика:
— Я водяной, я водяной…

Дари остановилась.
Под ней разошлась вода.

На поверхности болота медленно всплыло лицо.
— Граф Тиноболотский, — представился голос.

Граф грустил.
Грустить ему приходилось чаще, чем хотелось.

А «хотелось» не контролировалось.
В своё время он перекопил грустилок.

Целое кладбище грусти устроил за дворцом. А за ним озеро слез.
Маленькие чёрные холмики.

На каждом табличка:
«не сложилось».

«не позвонил».
«сам виноват».
«поздно».

«я же говорил».
«ну и зачем я вообще».

Граф иногда приходил туда ночью и пересчитывал.

— Тоже мне, людишки, — ронял он зелёную слезу.

Слеза падала в воду.
Болото вздрагивало.

— Мне бы ваши проблемы.

Он вздохнул.
— Мои драмы похлеще будут.

Из камышей донёсся писк.

Граф повернул голову.
— Что там?

Дари уже спускалась.

— Надоел хныкать.

Она протянула руку.
— Бери, раз так хочешь.

На ладони у неё лежала маленькая проблема.

Она была зелёная, мохнатая и слегка дрожала.

Граф схватил её.
И давай тискать.

— Уитщ!

Проблема заверещала.
— Уии!

— Запишала проблема.

Граф прижал её к груди.

— Верни меня!
— А вот и не верну.

Он улыбнулся.
— А вот и не верну.

И снова причмокнул.
Проблема попыталась выскользнуть.
Не получилось.

Граф смотрел на неё с таким выражением, будто наконец-то встретил любовь всей своей жизни.

Проблема была похожа на его идеал женщины.

Дари медленно закрыла глаза.
— Тьфу ты.

Она поморщилась.

И в этот момент болото за спиной Графа тихо зашевелилось.
Сначала едва заметно.
Потом сильнее.

Из чёрной воды поднялись десятки рук.
Очень маленьких.

Все они держали одинаковые таблички.
На первой было написано:

«ВИНОВАТА».

На второй:
«РАЗБЕРИСЬ САМА».

На третьей:
«Я НИ ПРИ ЧЁМ».
«ПОСМОТРИМ, КУДА ЭТО ПРИВЕДЕТ».

Граф ничего не заметил.
Он продолжал тискать проблему.

Дари смотрела на воду.
— Граф, — сказала она тихо.

Из болота ответил детский голос:
— Я не виноват.

Дари вздохнула.
— Конечно.

Камера медленно отъехала.
Болото стало огромным.

Ступа — маленькой точкой.
А где-то глубоко под водой, там, куда не доходил лунный свет, кто-то засмеялся.

И засмеялся совсем не Граф.

пробую стиль-
гротескная мистическая сказка.


Сюжет взят у Ек.Мих - на основе ЕЕ историй и допридуман.
фото из интернета.

продолжение здесь http://stihi.ru/2026/09/24/7005