Богатырская сага, или По следам былинных героев

Пролог

Писали творцы стародавних миров
Былины с узором диковинных слов.
Вотк;ли в легенды тончайшую нить,
Пути богатырские чтоб сохранить.


Илья Муромец

Во Муроме славном Илья проживал,
Красив и могуч, но совсем не вставал.
«Сидел на седалище» тридцать он лет,
Не двигался вовсе, не мил белый свет.
Отец ему был Тимофеич Иван

Мужик он обычный, шёл род из крестьян.
А мать Ефросинья, что Якова дочь,
Молилась усердно, чтоб сыну помочь.
Бывавши в святынях далёкой дали;,
Кали;ки к воротам Илюши пришли:

«Вставай-ка, Илья, отворяй ворот;!»
Не может он ложку дон;сти до рта…
Кали;ки всё просят: «Вставай да вставай!
Ты сделаешь это, со стула слезай!»

Вступает на резвые ноги Илья,
История – чудо, пожалуй, сия.
И чарку медвяного пьёт питьеца.
Какая судьбина теперь молодца?

Руками силён стал, и ноги идут,
По вере ему и победы грядут!
Сол;вка-злодей жил на свете тогда,
И так он свистел, что тряслись города.

Стрелою Илья его метко подбил,
Верёвками ловко и крепко скрутил.
Илья и с Поганым сразился в бою,
Здесь хитрость, смекалку покажет свою.

Кали;кой нарядится – да и к врагу,
И шлемом убил (позабыл булав;).
Не много, не мало побед одержал
В сердца он народа навеки зап;л.
Герой-богатырь – за страну, за народ,
Ещё был тогда в нас защитников код.


Добрыня Никитич

В местечке Ер;хтур древнейшей земли,
Средь русских полей, что от века цвели,
Родился Добрыня, былинный герой,
Он с искоркой яркой в душе молодой.

Никита Романыч, Добрынин отец,
С Рязани сей воин, большой удалец.
Амелфу, что дочь Тимофея была,
Вдовою оставил, та сыном жила.

Добрыня взрастал и силён, и умён,
Раденьем за Родину разум затмлён.
Знавал языки иноземных людей
И птиц-щебетушек, чей голос – ручей.

Учтив, образован, отличный стрелок,
Играет на гуслях, и в тафлы он мог.
Женат на Настасье Микулишне свет –
Обласкан, накормлен, любовью согрет.

Он в схватке дал Змею сильнейший отпор,
Три дня и три ночи их длился разбор.
Никитич Горыныча всё ж победил,
Добро будет вечным, а зло он убил!


Алёша Попович

В Сели;щах, где Дон носит воды свои,
А звёзд ночью будто пчелины рои;,
Родился Алёша, прекрасный малыш,
Красой и здоровьем ни с кем не сравнишь!

Священник Леонтий  – отец крепыша,
Ростовский епископ жил Богу служа.
А мать попадья согревала теплом,
Он ложкой любовь черпал в детстве босом.

И рос тот малыш не по дням – по часам,
И дело любое ему по плечам!
Стрелял он из лука и ездил верхом,
Учился искусно владеть он мечом.

Умён, черноглаз, также мощен, силён,
Тщеславия, хитрости был не лишён.
А конь с ним удалый да ск;рый, лихой,
Каурка дружище, что масти гнедой.

И время пришло, он с дружиной отсель
Поехал к святыням неближних земель.
А там чужеземцы хотят всё изжечь…
Ордынцев разбили, чтоб храмы сберечь!


Святогор

Красив и могуч великан Святогор,
А ростом как будто бы небу в упор.
Он светел влас;ми, и есть борода,
Но слишком велик: ни туда, ни сюда.

Бог Род был отцом, мать – Сырая Земля,
Такая уж есть исполина семья.
Природная сила, неистовый дух –
Что это? Награда иль сильный недуг?

Кольчугу носил он и воинский шлем,
Кто против порядка, ушли те ни с чем.
Ему был подвластен и меч-кладенец,
Сварог сотворил его, чудо-кузнец.

Но тягость земную не смог приподнять,
Поставил на жизни кривую печать.
Сумой надорвался и помер герой…
В гробу камнев;м на века упокой.

 
Микула Селянинович

Он был хлебопашцем, Микула-силач,
Мол;дчик исправный, в работе горяч.
Высок богатырь, крепыш;к хоть куда,
И любо ему, что земля пречист;.

Глаза – карий камень, и брови дугой,
А светлые кудри рекою густой.
Микула наряден: есть шапка с песцом,
Кафтан – чёрный бархат, сапог с каблучком.

Энергией пышет, смекалист, умён,
И добр, и открыт, и работать силён.
Глубоко пропашет, коренья убрав,
И любо земле – не прибавь, не убавь.

Он «тягость земную» одною рукой
Умел поднимать, что в суме платяной.
И ноша ему лишь под силу сия,
Ведь пахарю мама – Сырая Земля.


Настасья Микулишна

Настасья – Микулы Селя;нина дочь,
Она полени;ца, сразиться не прочь.
В бою отыскала себе жениха,
Добрыня хорош, и она не плоха.

Ей удаль и ловкость дарёны судьбой,
Мощна в рукопашном и драке любой.
Дан меч ей разящий, как Божий указ,
С неистовой силушкой правда зажглась.

Двенадцать годков из орды всё ждала
Добрынюшку-мужа, с пути не сошла.
Печалясь и веря в хороший исход,
Надеялась: точно однажды придёт.

Уж вновь её замуж хотели отдать…
Добрыня вернулся, так; благодать!
По-старому жить стали и поживать
Да в тереме ладном семейству под стать.


Василиса Микулишна

У пахаря дочь разлюбезна с лица,
Из дев она старшей была у отца.
Сия Василиса хитра и умна,
Боярину Ставру женой отдана.

Роскошные косы, лицо – «белый снег»
И «ясные очи» – семьи оберег.
А брови «собольи» на лоб возлегли,
Украсили дугами глаз хрустали.

Сильна и умела, душою светла,
В Чернигове с мужем «румяным» жила.
А он и высок, и плечами широк,
В кафтане нарядном, рубаха в цветок.

Но муж на пир; похвалялся женой,
Что, мол, и мудра, и прекрасна собой.
А князь осерчал да в темницу его,
Печаль Василисе была от того.

Обрежет красивые косы она,
Семейному счастью такая цена.
В обличье мужчины ко князю придёт
И вызволит Ставра – хороший исход!

Эпилог

В былинных историях много чудес,
Но правда одна, хоть пришей, хоть отвесь:
Герои всегда на Руси будут жить,
Отчизну найдётся кому защитить!

О подвигах разных поведала вам,
Крупицы сказаний по миру раздам.
Что было тогда, не минуло сейчас…
Но будет Победа, ведь Бог среди нас!