Правдивец

Не то о правде говорил,
А может по иной причине,
Он был сейчас белей белил
И думал только о кончине.
Да, прежде вечно от него
Струился тёплый свет потоком.
А нынче не узнать в нагом
Избитом узнике пророка:
С него содрали плоть кнутом
И окропили раны ядом.
Но он шептал разбитым ртом
О том, что всё идёт как надо.
Когда запал у палачей
Иссяк, ему сломали пальцы
И выжгли пламенем свечей
Глаза упрямого страдальца:
Что предпринять, когда душа
И так как-будто бы не в теле,
Но жизни загодя лишать
Беднягу строго не велели?!
И если не добился суд
Другого от него ответа,
Так может он и впрямь сосуд
Для непонятной правды этой?!
И с новой силой клещи взяв
Пытали и пытали, словно
Раз гордеца убить нельзя,
То изувечить не греховно!
Но даже звука не издал
Калека, обливаясь кровью.
Его далёкая звезда
Уже влекла посмертной новью.
И он, обещаным томим,
Не дав мучителям отрады,
Вознёсся, улыбаясь им.
Он знал, что всё идёт как надо.