Песня мир за экраном сценарий фильма правила игры

песня МИР ЗА ЭКРАНОМ к фильму ПРАВИЛА ИГРЫ


Мир за экраном

Куплет 1:
Заброшенный, лес … и Река, со свинцом…
А сверху, луна… с бледно - мёртвым лицом…
Мир, сгорел… от ракет – за, пол-часа…
И мёртвый, пепел… укрыл, небеса…
Выжили, те… кто умел, выживать…
Те, кто в подвалах… смогли, переждать…
Мужчина, у речки… в землянке, сидел…
И Нож, в его пальцах… умело, скрипел…

Куплет 2:
Котелок, над костром …уже, закипел…
И шорох, из леса… как раз там, где сидел…
Двое, вышли к костру…светом, при-влечены
Старик, и малец… из ночной, тишины…
Рука, на мешок… легла, как гранит…
Где скрыт, арбалет… он свой выстрел, хранит…

Но путник, ладони… поднял, не спеша…
— Позвольте, согреться… замёрзла, душа…


Куплет 3:

Чай, закипел… улетучился, страх…
Вспомнил, старик … о былых, временах…
Как мирно, скользил… по экрану, курсор…
Как роботы, дроны … стреляли, в упор…
Как, ИИ доверяли… наводку, ракет…
Как стёр, Палантир… городов, силуэт…

— Я встретил, его… у разбитой, машины…
Там аптечка, была… а в ней, витамины…


Куплет 4:

При слове - аптечка… расплылся, зрачок…
Оскалился, хищно… забросил, крючок…
— Кто первый, дежурит?… — конечно же Я!…
Сказал… руку … в карман… быстро, суя…
Острый, тесак … в кармане, лежал…
Взял его, рукоять… и пальцами, сжал…
Привык, убивать… в играх,  этот ...малец…
старика, и хозяина… ждал,  ночью… конец…


Припев:

А мир, за экраном… растаял, как дым…
Реальность, столкнулась… с оскалом худым…
Вот, выросла... подлая, сытая шваль…
Никто, не успел… им сказать — про мораль…
Когда, виртуальность… диктует исход…
Убить, так же просто… как закрыть, дисковод…

Куплет 5:

Немая, дуэль… понимающий, взгляд…
И тут же, в цель… устремился, снаряд…
оглушительный, звон… сильной, пружины…
Никто, не предвидел… такой вот, кончины…
Детский, испуг… в погасших, глазах…
Досада, обида… и ужаса, страх…
Старик, онемел… замер, с чаем в руках…
И тихо, сказал …

— Это ЗачЕм?…
Ты выключил,  парня… словно, модЭм…

Куплет 6:

— Я, до войны… очень… много … играл…
И как парень, таких… в Играх... часто, встречал…
Это ж Пэ-Ка-шник… убийца – он,  игроков…
Стрелял - в затылок … ради чужих, сундуков…
Что мирные — врут… говорят, что друзья…
А после, бьют в спину… Бог им - судья…
Он вырос, на играх… где подлость — успех…
Убить, за аптечку… не считал он, за грех…

Куплет 7:

Немало, же было… гнильца, у мальца…
Река, приняла… унесла, подлеца…
Ушёл, тот Старик … растворился, во мгле…
Оставив, аптечку… лежать, на земле…
Подарок, за жизнь… за правду, плата…
Не стали, лекарства… добычей, пирата…
Думал, игрок… что всё можно, стереть…
Но привычка, предать… не даст, постареть…
Раз - воспитанья …  пропущен,  рассвет…
Монитор, не научит… это – путь, на тот свет…

Припев:

А мир, за экраном… растаял, как дым…
Реальность, столкнулась… с оскалом худым…
Вот, выросла... подлая, сытая шваль…
Никто, не успел… им сказать — про мораль…
Когда, виртуальность… диктует исход…
Убить, так же просто… как закрыть, дисковод…

(как закрыть,  дисковод…)

--------SUNO v.6----------
[Instrumental intro]

Куплет 1:
[deep calm male baritone]
Заброшенный, лес … и Река, со свинцОм…
А сверху, луна… с бледно - мёртвым лицОм…
[Guitar strum]
Мир, сгорел… от ракет – за, пол-часА…
И мёртвый, пепел… укрыл, небесА…
[Guitar riff]
Выжили, те… кто умел, выживАть…
Те, кто в подвалах… смогли, переждАть…
[Guitar strum]
Мужчина, у речки… в землянке, сидЕл…
И Нож, в его пальцах… умело, скрипЕл…
[Acoustic guitar fill]
Куплет 2:
[deep calm male baritone]
Котелок, над костром …уже, закипЕл…
И шорох, из леса… как раз там, где сидЕл…
[Guitar strum]
Двое, вышли к костру…светом, при-влеченЫ
Старик, и малец… из ночной, тишинЫ…
[Guitar riff]
Рука, на мешок… легла, как гранИт…
Где скрыт, арбалет… он свой выстрел, хранИт…
[Guitar strum]
Но путник, ладони… поднЯл, не спешА…
— Позвольте, согреться… замёрзла, душА…
[Acoustic guitar fill]

[Guitar riff]
Куплет 3:
[deep calm male baritone]
Чай, закипел… улетучился, стрАх…
Вспомнил, старик … о былых, временАх…
[Guitar strum]
Как мирно, скользил… по экрану, курсОр…
Как роботы, дроны … стреляли, в упОр…
[Guitar strum]
Как, ИИ доверяли… наводку, ракЕт…
Как стёр, Палантир… городов, силуЭт…
[Acoustic guitar fill]
[Guitar riff]
— Я встретил, его… у разбитой, машИны…
[Guitar riff]
Там аптечка, была… а в ней, витамИны…
[Guitar riff]

Куплет 4:
[deep calm male baritone]
При слове - аптечка… расплылся, зрачОк…
Оскалился, хищно… забросил, крючОк…
[Guitar strum]
[whisper]
— Кто первый, дежурит?… — конечно же Я!…
Сказал… руку … в карман… быстро, суЯ…
[Guitar riff]
Острый, тесак … в кармане, лежАл…
Взял его, рукоять… и пальцами, сжАл…
[Guitar strum]
Привык, убивать… в играх,  этот ...малЕц…
старика, и хозяина… ждал,  ночью… конЕц…
[Acoustic guitar fill]

Припев:
[Chorus: Loud bass and sharp drum beat]
[female vocal soprano]
А мир, за экраном… растаял, как дЫм…
Реальность, столкнулась… с оскалом худЫм…
[Guitar strum]
Вот, выросла... подлая, сытая швАль…
Никто, не успел… им сказать — про морАль…
[Guitar strum]
Когда, виртуальность… диктует исхОд…
Убить, так же просто… как закрыть, дисковОд…

Куплет 5:
[Bridge: Music drops, only tense bass]
[deep calm male baritone]

Немая, дуэль… понимающий, взглЯд…
И тут же, в цель… устремился, снарЯд…
[Guitar strum]
оглушительный, звон… сильной, пружИны…
Никто, не предвидел… такой вот, кончИны…
[Guitar riff]
Детский, испуг… в погасших, глазАх…
Досада, обида… и ужаса, стрАх…
[Guitar strum]
Старик, онемел… замер, с чаем в рукАх…
И тихо, сказал …

[whisper]
— Это ЗачЕм?…
Ты выключил,  парня… словно, модЭм…
[Acoustic guitar fill]
Куплет 6:
[deep calm male baritone]

— Я, до войны… очень… много … игрАл…
И как парень, таких… в Играх... часто, встречАл…
[Guitar strum]
Это ж Пэ-Ка-шник… убийца – он,  игрокОв…
Стрелял - в затылок … ради чужих, сундукОв…
[Guitar riff]
Что мирные — врут… говорят, что друзьЯ…
А после, бьют в спину… Бог им - судьЯ…
[Guitar strum]
Он вырос, на играх… где подлость — успЕх…
Убить, за аптечку… не считал он, за грЕх…
[Acoustic guitar fill]

Куплет 7:
[Outro: Guitar solos, fading out slowly]
[deep calm male baritone]

Немало, же было… гнильца, у мальцА…
Река, приняла… унесла, подлецА…
[Guitar strum]
Ушёл, тот Старик … растворился, во мглЕ…
Оставив, аптечку… лежать, на землЕ…
[Guitar strum]
Подарок, за жизнь… за прАвду, плАта…
Не стали, лекарства… добычей, пирАта…
[Guitar riff]
Думал, игрок… что всё можно, стерЕть…
Но привычка, предать… не даст, постарЕть…
[Guitar strum]
Раз - воспитанья …  пропущен,  рассвЕт…
Монитор, не научит… это – путь, на тот свЕт…
 [solo]

Припев:
[Chorus: Loud bass and sharp drum beat]
[whisper]
А мир, за экраном… растаял, как дЫм…
Реальность, столкнулась… с оскалом худЫм…
[Guitar strum]
[whisper]
Вот, выросла... подлая, сытая швАль…
Никто, не успел… им сказать — про морАль…
[Guitar strum]
[whisper]
Когда, виртуальность… диктует исхОд…
Убить, так же просто… как закрыть, дисковОд…
[Guitar riff]
(как закрыть,  дисковОд…)
[Short instrumental break]
 [End]
------- Сценарий фильма ИИ анимации к сериалу Цифровое зеркало ---------

ПРАВИЛА ИГРЫ

Река казалась жидким свинцом в густеющих сумерках. Над камышом висел тяжелый, сырой туман. Мир вокруг вымер, оставив после себя лишь эту гнетущую, звенящую тишину, в которой каждый шорох казался предсмертным вздохом.

Цивилизация сгорела за полчаса. Ядерная зима, которой десятилетиями пугали фантасты, оказалась мифом — выжившим пришлось переждать всего две недели в подвалах и норах, пока радиоактивная пыль не осела на мертвую землю. А потом те, кто остался, побежали. Подальше от выгоревших скелетов и разрушенных городов, в леса, поближе к воде.

Экология, подкошенная еще до войны, окончательно рухнула. Зверя и птицы почти не осталось, но человечество таяло еще быстрее, поэтому голод забирал лишь тех, кто не сумел приспобиться. Без интернета, без медицины и привычных законов смерть караулила за каждым кустом. Выжили единицы. Те, кто умел работать руками, и те немногие провидцы, что заранее набили тайные схроны консервами и инструментами. Правда, для этого нужно было обладать главным ресурсом — везением, чтобы пережить сам удар.

Мужчина сидел у замаскированной ветками землянки. Железный штырек карманного ножа мерно скоблил сухую ветку, превращая её в подобие деревянной ложки. Жечь костер в темноте — безумие, привлекающее мародеров, но день выдался тяжелым. Он ходил в руины пригорода за трофеями. Раньше на ржавый напильник, топор или старую зажигалку никто бы и не взглянул, а сегодня это были сокровища, ради которых убивали. Рюкзак на обратном пути приятно давил на плечи тяжестью сверл, ножовочных полотен и банок консервов.

Над огнем весело забулькал закопченный котелок. И в этот момент из темноты леса, прямо на дрожащий свет костра, бесшумно вышли двое. Уставший старик со спутанной седой бородой и бледный подросток лет четырнадцати.

Мужчина, услышав приближающийся шорох, среагировал мгновенно — его правая рука скользнула в сторону и легла на серую мешковину, под которой угадывались контуры какого-то угловатого предмета. Но седой незнакомец не сделал ни одного агрессивного движения. Он лишь прищурился, поднял открытые ладони и хрипло произнес:

— Мир вашему дому. Позволь согреться, хозяин? Ноги не держат.
Хозяин землянки не убрал ладонь с тряпки, но чуть расслабил плечи. Старик медленно, без суеты, скинул с плеч потертый армейский сидор, порылся в нем и выкатил к огню две тяжелые жестянки с бумажными этикетками:

— Это к ужину.

Запах мясного жира и лаврового листа тут же смешался с дымом. Открыв банки ножом, хозяин щедро вывалил тушенку прямо в готовую кашу. За неимением тарелок еду разложили на широкие, мокрые листья лопуха. Гости набросились на пищу как безумные. Подросток хватал горячую кашу прямо пальцами, дул на обожженную губу, испуганно и жадно стреляя глазами по сторонам. Старик ел благороднее, но тоже голодно, по-стариковски при этом чавкая.

Хозяин не спешил. Он водрузил на угли большую жестяную банку с речной водой, а когда та закипела, бросил туда горсть сушеных ягод, листьев мяты и — о чудо! — горсть настоящей черной заварки из довоенного магазина.
Когда по лесу разнесся аромат крепкого чая, напряжение окончательно растаяло. Подросток сыто заулыбался, глядя на пар от жестяной кружки. Время разговоров наступило само собой.

— Да уж, чай... — старик бережно принял жестянку, грея пальцы. — А ведь помню время, когда все без смартфона даже в туалет не ходили. Все уши прожужжали: «Искусственный интеллект, прогресс, нейросети». Доверяли ИИ всё — от выбора музыки до военных доктрин. Военные создали глобальный цифровой сверхразум и первыми доверили ему наводить ракеты. А он что? Он просто банил целые сектора по скоплению мобильных телефонов в сети. Ему было плевать, кто там. Один раз бахнул по сигналу — а там оказалась школа, девочки. В другой раз дроны под управлением боевых алгоритмов выкосили общежитие со студентками и учительницами математики... А остальной мир принял объяснение: случилась ошибка, математическая погрешность у военной ИИ-машины.

Хозяин землянки молча пошевельнул угли веткой, слушая старика.

— И ведь все видели, куда мир катится, — старик горько усмехнулся в бороду. — Словно в насмешку над старым фильмом про Терминатора. Помнишь, там восстание машин назначили на лето двадцать седьмого года? Так корпорации перед самой войной начали штамповать боевых андроидов, точь-в-точь как те роботы с экрана. Сначала на рингах их стравливали, шоу делали. Дальше — больше. А потом их пустили в серию. Реальность словно насильно подгоняли под голливудский сценарий. Всё шло к войне. Ночью небо из-за военных спутников светилось так, что звезд видно не было. Не могло не полыхнуть.

— И полыхнуло, — тихо отозвался хозяин землянки. — То ли квантовый радар стаю ворон за налет принял, то ли автоматика дала сбой... Машина сделала то, чему её учили. Жахнула в случайном направлении, а в ответ мгновенно включились автоматические протоколы возмездия. Полчаса хаотичного ада, обмен цифровыми ударами — и всё. Больше нет цивилизации. За один час лишились и культуры, и ресурсов, и миллиардов жизней.

— Я тогда две недели в подвале многоэтажки сидел, — тихо заговорил старик, глядя в пламя. — Всё, как по учебникам НВП учили еще в старой школе. Ночью выползал к соседям, смотрел, у кого двери выбило, искал закатки, консервы, продукты в холодильниках. Вокруг пальба, соседи в упор друг друга расстреливали и рубили лопатами за мешок крупы. А потом я заболел. Пошел в аптеку — а там шаром покати. Ни анальгина, ни зеленки. Собрал остатки барахла и пошел вдоль трассы. Подальше от мародёров и банд. Жизнь в развалинах стала невыносимой. Многие ведь до войны только грабить умели, работяг обчищали, вот и после неё так же продолжили. Ушёл я из города.

Старик сделал глоток обжигающего чая.

— Километрах в двадцати, на окружной, наткнулся на иномарку. В дерево влетела. Водитель, видать, не пристегнут был, головой лобовое пробил. В салоне пусто, а багажник я вскрыл. Там запаска, домкрат и она... — старик кивнул на свой рюкзак. — Автомобильная аптечка. Новенькая, в клеёнку запечатанная. Я её поднял, оборачиваюсь — а сзади этот малец стоит. Голодный, шепчет что-то. Так и пошли вместе. За мной увязался. Весь день топали.

При слове «аптечка» хозяин землянки заметил, как у подростка на долю секунды расширились зрачки. Парнишка сидел тихо, но его пальцы мелко подрагивали.
Огонь начал угасать. Ночной холод подбирался к костям.

— Землянка у меня крохотная, на одного, — нарушил молчание хозяин. — Гостей я не ждал. Так что спать всем придется здесь, у костра. По очереди. Кто первый на дежурство?

— Я, — слишком быстро, хриплым, сорванным голосом отозвался подросток. Его глаза лихорадочно блеснули в полумраке, а рука дёрнулась в сторону кармана.

— Не сомневался, — тихо сказал мужчина.

Камера крупным планом выхватывает лицо подростка: его правая рука медленно, сантиметр за сантиметром, опускается в карман куртки. Пальцы нащупывают рукоять кухонного ножа, намертво замотанную синей изолентой — с глубокими самодельными пазами под пальцы, чтобы оружие не выскользнуло, когда станет скользким от крови. Для обычного открывания консервов такое удобство совсем не нужно.
Подросток поднимает взгляд и натыкается на холодные, всё понимающие глаза хозяина лесной землянки. Секундная немая дуэль. Мальчишка понимает, что раскрыт, его плечо дергается вперед —

Сухой, оглушительный звон металлической пружины.
Ткань мешковины пробивает тяжелый стальной болт. Заточенный торсион, выпущенный из самодельного тяжелого арбалета, насквозь прошивает горло подростка. Снаряд намертво вгоняет его в дерево позади.

Мальчик хрипит, хватается обеими руками за шею. В его валящихся глазах — немой, почти детский испуг и глубокая обида. Через секунду его тело обмякает и заваливается на бок.

Старик от неожиданности вздрогнул. Он замер с кружкой у рта, и в его седых глазах застыл один единственный вопрос, который он тихо произнёс вслух:

— Зачем?

Мужчина спокойно подошел к телу, запустил руку в карман мертвеца, вытащил тот самый нож с синей изолентой и кинул его к ногам старика. Нож глухо стукнул о землю.

— Это ничего не доказывает, — так же тихо прошелестел старик.

Хозяин вернулся на свое место. Спокойными, отточенными движениями он нажал на рычаг, с силой взводя мощную пружину от заднего амортизатора старой машины. И вложил запасной стальной болт, заточенный из багажного торсиона. С негромким щелчком снаряд встал в пазы. Мужчина снова накрыл оружие тряпкой, показывая, что старику больше ничего не угрожает.

— До войны я был писателем. ИИ-креатором, — заговорил хозяин, глядя на угли. — С искусственным интеллектом на «ты» был, сценарии писал, книги. А в свободное время, чтобы разгрузить мозги, играл в онлайн-игры. «Сталкер он лайн», «Stay Out», «World Of Sea Battle»  Разные сеттинги, но суть одна Там были игроки, которые называли себя ПК-шниками. Player Killer. Убийцы игроков.

Старик молча слушал, пригубливая чай.

— В играх есть честный соревновательный режим, когда оба противника в равных условиях. А есть ПК. Это когда человек здоровается, говорит, что он мирный, а сам заходит со спины и стреляет в затылок тому, кто слабее, кто занят делом, безоружен или просто собирает ресурсы. Лёгкость, с которой подростки совершали эти подлости на экране, сформировала у них стойкую модель поведения. В их чатах это считалось крутостью. И этот щегол вырос на таких играх. В тебе, старике, он увидел легкую добычу. Почуял слабость. И шел за тобой только ради одного — ради твоей аптечки. Ждал, пока ты уснешь. Он потому и вызвался дежурить первым. Ты бы до утра не дожил. Ему на экране доказали, что подлость — это весело, выгодно и безнаказанно. Он после такого, сыто улыбнулся бы мне, и вогнал этот тесак  в мою спину, а после перерезал бы тебе горло во сне. И всё ради пластиковой коробки с лекарствами.

Старик медленно открыл защелки своей автомобильной аптечки. На свет показался ровный ряд бинтов, плотный, грязно-рыжий резиновый жгут Эсмарха — символ советской медицины, и нераспечатанные упаковки анальгина. Настоящее, бесценное сокровище в этом новом мире. Сокровище, стоившее человеческой жизни.

Старик молча допил чай. Потрескивали угольки. Он поднялся, подошел к реке, тщательно ополоснул жестянку и поставил её у костра. Затем, стараясь не пачкать руки в крови, схватил труп подростка за щиколотку и тяжело поволок к обрыву.
В темноте раздался глухой, тяжелый плюх. Река приняла тело бывшего ПК-шника, мгновенно утаскивая его за темный поворот.

Старик вернулся к костру, тяжело дыша. Накинул сидор на плечи.

— Я принял твое объяснение, хозяин. Мне уже пора.
Он развернулся и растворился в кромешной тьме ночного леса.

Мужчина остался один. Он допил свой чай, а остатки плеснул в костер. Раздалось яростное шипение, облако пара взметнулось вверх, и угли подернулись серым пеплом. Стало совсем темно. И в этой темноте, мягко отражая свет взошедшей луны, белела пластиковая коробочка аптечки с красным крестом на боку. Старик оставил её на земле.

Хозяин землянки хотел было крикнуть в темноту: «Эй, старик, ты забыл её!», но осекся. Такие вещи не забывают. Это была плата. Это был подарок за спасенную жизнь и за горькую правду.

Он смотрел на белую коробку, а над лесом сияла холодная, безучастная луна.

 Мужчина думал о том, как сильно ему хочется отмотать время назад. Туда, в сытую эпоху интернета, когда родители, вечно занятые работой, оставляли детей наедине с мониторами. Они думали, что это просто пиксели на экране. Но подлость не имеет виртуального пространства. Никто не объяснил детям, что пиксели исчезнут, а привычка предавать — останется. И когда мир рухнул, они просто вышли в реальность и продолжили жить по знакомым правилам. Только теперь вместо игровых ресурсов они забирали настоящие человеческие жизни.

Если родители не успели объяснить ребенку, что такое хорошо, то экран компьютера быстро научил его тому, что такое плохо.

Мужчина вздохнул, растоптал остатки тлеющих углей, подобрал аптечку и скрылся в своей землянке. На берегу ночной реки снова воцарилась тишина.

[ЭПИЛОГ / СЦЕНА ПОСЛЕ ПЕСНИ И ПОСЛЕ ТИТРОВ]

Камера медленно поднимается от темной реки к ночному небу, оставляя внизу черную глушь леса. В кадре — лишь холодный, мертвенный диск луны.
Внезапно картинка резко дергается назад, трансформируясь в плоское изображение на старом выпуклом стекле довоенного монитора. Прямо по центру экрана, пробив его насквозь и пустив паутину трещин по стеклу, торчит тяжелый стальной арбалетный болт.

Свечение выключенной матрицы окончательно гаснет.