Три худяка

В королевстве толстяков
Жило трое худяков:
Худя, Дяк и третий Як —
В сумках их сплошной голяк.

«Кушать хочется, ребята
Да закончилась зарплата!
Одолжите мне хоть грош,
Бьёт от голода уж дрожь!»

«Худя, тоже мы без денег,
Каждый бедности тут пленник!
Кушать хочется всем нам —
Был бы рад я и мышам!»

Театрально выдал Дяк,
Глубже пряча свой медяк,
Туже затянув ремень,
Раз в пятнадцатый за день.

«Ну-ка слухайте, дружочки,
Коль хотите пирожочки,
К ним грибочки и сырки,
Вкусноты другой горшки

То имеется дедочек,
Он готов златых мешочек
Заплатить за честный труд:
Взять ларей — те в сотню пуд,

Разносортного товара
И добраться до амбара,
От стены где до стены,
Одинаковой длины,

Симметричными рядами,
Поднатужившись плечами,
Разложить так всё добро —
Вродь звучит-то нехитро!»

Речь окончил красный Як,
Самый умный из худяк.
Худя хрюкнул, хмыкнул Дяк,
Теребя в штанах медяк.

«Что же мы стоим, ребята?
Мнёмся здеся, что телята!
Выдвигаемся скорей,
Жрать хочу, быстрей, быстрей!»

Худя торопил, как мог,
Уйму так прошли дорог.
Раз пейзаж и два пейзаж,
Иссякал в парнях кураж...

Наконец пришли к дедку,
Тот потягивал кваску,
Заедая колбасой
И шлифуя ветчиной.

«Деда, здравствуй, мы по делу,
Шли к тебе, кажись, с неделю,
Чтоб корыстненько помочь
За одну всего лишь ночь!»

Улыбнулся мило Як,
Прифальшивейший добряк.
Дед лыбнул ему в ответ,
Обтираясь об жилет.

«Хлопцы, больно вы худые,
Вижу я таких впервые!
Но иных рабочих нет,
Вам даю зелёный свет!»

Под негромкое «Ура!» ,
С дедова попив ведра,
Побрели таскать товар,
С ветки ворон вслед: «Кар!» «Кар!»

«Что-то больно многовато, —
Дяк промямлил глуповато. —
«Вряд ли сдюжим до утра,
Сундуков почти гора!»

«Коль уж взялись за работу,
Через лень и неохоту,
Доведём всё до конца!» —
Як состроил удальца.

«Ну вперед тогда, ребята! —
Молвил Худя. — Как команда!»
Поднимают первый груз.
Бдыщ! — случился вдруг конфуз.

Не сдержали парни ларь —
Их бы ругань и в словарь!
Ящик рухнул вниз плашмя,
Худяков ошеломя.

Из него еды поток,
Ароматом сбив чуток,
Сотворил съедобный пруд —
К чёрту этот тяжкий труд!

«Кушать! Жрать! Наполнить брюхо!»
Худя плакал: «Вот ведь пруха!
Я мечтал давно поесть,
Верил... Знал, что Бог... он есть!»

«Вкуснота и вкуснотища,
Не питался лет так тыщу!»
Смаковал довольный Дяк,
Потеряв в еде медяк.

Самый умный же худяк,
Не вкусивший пищи Як,
Вёл внутри себя борьбу,
Пот аж выступил на лбу...

«Нет-нет-нет! Еда не наша,
Это всё равно что кража!
Но всего один сундук...
У дедка ещё сто штук!»

Ом-ом-ом и Ам-Ам-Ам!
Хрум-хрум-хрум и Ням-ням-ням!
На всю местность слышен чавк,
Прекратить жевать — никак.

Первый ларь, второй...восьмой,
Тридцать пятый, нет, шестой!
И росло, росло число,
Каждый стал в семьсот кило.

Лопнул, ойкнув, бедный Дяк,
Лопнул, айкнув, следом Як.
Худя торта взял кусок.
Хлоп! — познал и он хлопок!

Утром дед пошёл туда
Да упёрся в брег пруда.
По щеке ползёт слеза,
Меж зубов торчит кинза.

«Боже правый, боже левый,
Мой животик, ну не гневай!
Нанял б лучше толстяков
Вместо глупых худяков!

Препростой была задача,
Крайне чётко ж обозначил:
Занести втроём товар
В близстоящий мой амбар

И расставить аккуратно —
Заплатил бы пятикратно...
Эх! Придётся доедать —
Чё добру тут пропадать!»