Детские годы Саратова

Когда Саратов был ещё мальчишкой,
С веснушками бревенчатых лачуг,
Он Волгу-маму слушал с детской книжкой,
Прижимаясь нежно к её плечу.

Его вихри - косые переулки -
Сплетались в золотистый стог волос.
А ветер, полный запахов прогулки,
В нос целовал чугунный старый мост.

Качал его на липовой перине,
Где пчёлы собирали жёлтый мёд.
Купцы тогда ходили по мякине,
И плыл над Троицким соборный лёд.

Он босиком бежал по Миллионной,
Сбивая в кровь булыжные носки,
И прятал клад в пыли неугомонной -
Цветных стекляшек синие куски.

Ловил ершей дырявою рубашкой,
Гонял гусей вдоль сонной Глебувчины*.
Казался мир ему большой затяжкой,
Где купола светились из овчины.

Над ним текла история незримо,
Как сок берёзы по живой коре:
То пугачёвской вольницы седое имя,
То звон ладьи на утренней заре.

Но он, чудак, гонялся за плотвою,
Не зная, что под каменной грядой
Уже гремит железною клюкою
Двадцатый век над спящею водой.


Теперь он спит, укрывшись шалью снежной,
Вздыхая дым фабричных облаков.
Но снится мальчику простор безбрежный
И скрип рассохшихся от времени шагов.

24.09.2026    05:10


*По поверию, первый воевода, перемещенный в 1674 году на горную  сторону крепости - Михаил Иванович Глебов - поставил свою избу близ Казанских ворот в устье оврага, отчего и получил последний название Глебов, а впоследствии Глебучев овраг.