Орех и вороны

Утро вставало серым шёлком 
Над спящим городом, где прохлада 
Ещё держалась в тенях старых клёнов, 
Где солнце лениво поднималось, 
Обещая день такой же, как вчера.


На ветке дуба, раскидистого, 
Как старый философ, сидел Ворон — 
Знаток утренней тишины. В клюве чёрном, 
Как смоль, держал он орех, крепкий дар земли.

Стук. Ещё один. 
Точный, выверенный удар о твёрдую кору. 
Хруст. Идеальный разлом. 
Две половинки, две судьбы ореха.

Первую он взял аккуратно, 
Готовясь к трапезе, к наслаждению 
Плотной мякотью. Момент покоя, 
Первый глоток утренней удачи.

И тут, словно тень из-за угла реальности, 
Появился другой. Тоже Ворон, 
Такой же чёрный, но с глазами, 
Полными спешки, хищной решимости.

Он не приветствовал, не ждал приглашения. 
Его мир был миром немедленного действия. 
Увидел вторую половину, брошенную на ветке, 
Почти забытую в моменте, — 
И вот движение, быстрое, как мысль 
О потерянной возможности.

Рывок. Птица склонилась, 
Схватила добычу, не дав ей остыть 
На холодевом воздухе утра. 
Без лишних слов, без предупреждения 
Он взмыл. Крылья захлопали 
С яростным, нетерпеливым звуком. 
Уносил то, что не заработал.

Первый Ворон замер: орех в клюве, 
Вторая половина исчезла. На секунду 
На его чёрном лице, если бы вороны имели лица, 
Отразилась недоумённая обида. 
Но время в этом утреннем балете 
Не прощает промедлений.

Второй уже уходил в зелёную даль, 
Превращаясь в быстрое чёрное пятно 
На фоне светлеющего неба. 
И первый отреагировал — не раздумывая 
О справедливости, не оплакивая потерю, 
Он бросил недоеденный кусок, 
Побежал за вором, в погоню.

Это был полёт вдогонку. Крыло за крылом, 
Напряжение в теле. Два чёрных силуэта 
Рванули сквозь ветви, через проёмы зданий — 
 Погоня за украденной долей завтрака.

Ветер свистел между перьями, 
Через провода, над крышами домов. 
Короткая схватка, воздушный танец 
Двух теней. Кто догонит? Кто уступит? 
В этой утренней драме о простом орехе, 
Разбитом на части и унесённом в полёте.

Их крики потерялись в гуле просыпающегося города. 
Два ворона, два крыла, один орех 
И бесконечная погоня под высоким, 
Равнодушным небом.

Утро продолжалось, не обращая внимания 
На птичий спор. Солнце выше. 
Но в тот миг важны были лишь 
Скорость и жадность, догоняющая ярость — 
И борьба за право доесть свой завтрак 
В этом большом, щедром, но порой несправедливом мире.