Шаг в сторону

Порой кипят шекспировские страсти
В семействах дожей или королей.
Мои герои - непонятной масти:
Никто б не пожелал таких ролей -
В кино ли, в жизни, ибо их напасти
Простому человеку - ни к чему.
Пусть автор я, но не имею власти,
Спасать того, кто шествует во тьму.
Поверьте, мне совсем не по приколу
Устроить ад Лимону и Жеколу,
Ну, а Франческу мне и вовсе жаль -
Ведь женщина: она имеет право
Быть глупой, но при этом величавой -
О ней моя особая печаль.
Цель женщин - есть любовь и сладострастье,
Мужчин цель - поклоняться красоте,
И в этом состоит мужское счастье,
А не в деньгах и глупой суете.
Мои герои - буря и ненастье,
И ищут приключения себе,
Но всё ж, я до конца приму участье
В их, может быть, незавидной судьбе.

P.S. В этой части “Жеколиады” важен не столько сюжет, сколько форма. Формально в ней нет ничего особенного: просто стихотворение из 22 строк. Понятно, что рифмовки:
страсти-масти-напасти-власти/
сладострастье-счастье-ненастье-
участье - созвучны друг другу (ти/тье), что бросается в глаза любому внимательному читателю, но тут даже ни это главное.
Основная “фишка” в нашем примере это два терцета внутри. Прочитав первые 14 строк, мы фактически увидим Вольный сонет (рифмуются только нечётные строки). Если потом начать чтение с тех же терцин, мы получим похожий сонет, но уже обратный.
Если считать, что созвучные рифменные цепочки это - A,
то мы получим такие структуры: ABAB/ACAC/DDF/EEF/ и DDF/EEF/ABAB/ACAC (или если хотите, …AGAG/AHAH).