Тридцать пять лет как один миг

[Verse 1]

Тридцать пять лет — как один миг,
Мы уезжали целыми посёлками.
Кто-то молчал, кто-то плакал в пути,
Кто-то прощался последними взглядами.

Мы говорили: «Там — наша страна,
Там нас поймут, там мы будем своими».
И за иллюминатором тишина
Прятала улицы, двор и родимые зимы.

Мы ехали в землю своих предков,
С немецкой фамилией, с русской душой.
Нам обещала история место,
Где наконец-то мы будем собой.

И мы учили чужие слова,
И прятали старую речь за дверями.
Старались быть правильными для них…
А кем же мы стали за тридцать пять лет?

[Chorus]

Тридцать пять лет — и что?
Ну скажи мне, родной человек.
Ты уехал туда доказать,
Что нашёл там своё счастье навек.

Тридцать пять лет — и что?
Дети выросли, внуки пошли.
Но скажи — почему иногда
Тебе снится земля, где ты жил?

Ты ведь ехал домой…
Так почему же до сих пор
В сердце русский двор, казахский аул,
киргизский старый сад,
родной русский разговор?

[Verse 2]

Там всё другое — порядок, закон,
Всё по часам, всё расписано строго.
Только душа не живёт по часам,
И к ней не найти универсальной дороги.

Мы начинали себя с нуля,
Меняли привычки, меняли манеры.
Но сколько себя ни ломала судьба —
внутри оставались прежние нервы.

Нас называли порой «русскими»,
Хотя мы приехали с немецкой кровью.
И вот ведь странность этой судьбы —
между двумя мирами искали мы дом свой.

А дети уже не помнят дворов,
Где мы когда-то босыми носились.
Они говорят на другом языке,
А мы понимаем — годы унеслись.

[Chorus]

Тридцать пять лет — и что?
Ну скажи мне, родной человек.
Ты уехал туда доказать,
Что нашёл там своё счастье навек.

Тридцать пять лет — и что?
Дети выросли, внуки пошли.
Но скажи — почему иногда
Тебе снится земля, где ты жил?

Ты ведь ехал домой…
Так почему же до сих пор
В сердце русский двор, казахский аул,
киргизский старый сад,
родной русский разговор?

[Verse 3]

А помнишь аэропорт? Помнишь последний взгляд?
Мать отвернулась, чтоб слёз не увидел.
Кто-то сказал: «Мы ещё будем назад…»
Только назад почему-то не вышло.

Прошли города, телефоны, года,
Родные могилы покрылись травою.
И стало привычным слово «туда»,
Хотя настоящее всё ещё спорит с тобою.

Ты можешь купить себе новый дом,
Поставить калитку, цветы посадить.
Но разве возможно купить за него
То место, где впервые учились любить?

[Bridge]

И я не скажу тебе: «Езжай назад».
И не скажу, что ты выбрал неправильно.
Я только спрошу — спустя столько лет:

Ты счастлив?
Ты дома?
Ты сам себе веришь?

И если ответишь:
«Конечно, я дома», —
тогда почему,
когда пахнет дождём,
ты вдруг закрываешь глаза
и видишь
тот самый двор?

[Final Chorus]

Тридцать пять лет — и что?
Разве мало, чтоб время спросило:
Ты за что столько лет берег
То, что сам от себя отдалил?

Тридцать пять лет — и что?
У каждого правда своя.
Но бывает — уехал за счастьем,
а счастье осталось там.

Там, где первый твой снег,
там, где мать говорила: «Домой».
Там, где немецкая кровь
смешалась с русской землёй.

И неважно уже,
как ты называешь себя.
Если сердце однажды спросило:
«А зачем я уехал тогда?»

[Outro]

Тридцать пять лет…

И всё ещё снится
та самая улица…

Не Германия.

Не прошлое.

Дом.