Из Былого. 2013. Заключительная Семёрка

1. «Екклесиаст»

Кинщик спился. Заболел. Уехал.
Раз за разом барахлит движок.
Веры нет отпетым пустобрехам,
И преданье вовсе не свежо.
Речь живую заразили матом.
Мат ужали до ходячих слов.
Затыкаю уши плотно ватой,
Запираю сердце на засов.
Неуклюже ёрзает эпоха.
На задворках
Пусто и темно.
И тускнеет лик немого Бога
На иконке…
– Грустное кино!
(17.12.2013)

2. «Екклесиаст 2. Набежало утром 19 декабря на троллейбусной остановке»

Фамусов
Сказал, бы я, во-первых: не блажи,
Именьем, брат, не управляй оплошно,
А, главное, поди-тка послужи.
Чацкий
Служить бы рад, прислуживаться тошно.
Фамусов
Вот то-то, все вы гордецы!
Спросили бы, как делали отцы?
Учились бы, на старших глядя...
(А. С. Грибоедов. «Горе от ума», действ. 2, явл. 2)
-----------------------------------

Всё – суета.
Бесстыдно, бестолково.
И стынет кровь, и скованы уста.
Напрасно тщится воинство Христово
оспаривать доходные места
и поприща искать поближе к раю.
А я стишки разгульные мараю.
Как будто собираюсь наверстать
зараз,
что упустил в часы застоя.
Хоть знаю:
дело гиблое, пустое –
обет давать, но строгого поста
блюсти не мочь.
Как тать, хожу по краю.
На вдох – живу, на выдох – умираю.
Чуть ночь – облом. Наутро – суета…
Плясать бы рад,
да музыка не та!
(19.12.2013)

3. «В канун собственного дня рождения»

Моё рождение – Всевышнего каприз.
А чуть иначе – просто сбой фортуны.
До блеска драишь самовар латунный,
окалину выводишь и скоблишь –
а толку нет.
Когда б он был из меди,
созвал бы я родных, друзей, соседей:
На всю округу закатил бы пир!
А так…
Оставлю вычурный ампир
крутым сановникам, успешным дядям.
И проведу сей праздник в тишине.
Под вечер Муза забредёт ко мне.
Мы с ней, на парочку, чаёк наладим.
По чарочке пропустим. О стихах
потрепемся...
О женщинах – ни слова!
На посошок послушаем Фролову.
И подытожим:
жизнь – не так плоха,
хотя местами выглядит херово.
(20.12.2013 (23.30))

4. «Подарки. Шутка»

Размахнулась-таки Таша!
Вжик! – по камушку коса.
Я в растерянности даже.
Посрамлён, обескуражен.
– Как мне Ташу «наказать»?

Вроде, целил.
Бац! – Осечка.
Непутёвое ружжо.
Ах, плутовка! Ах, Лисичка! –
Набалуешься, ужо!
Из рыжья эрзац-колечки
стыдно мне теперь дарить.
Как Тебя, моё сердечко,
«наказать-благодарить»?
Глажу я холодный Parker,
словно пальцы милых рук.
Ах, Лисичка! Ну, подарки!
Закрутила Ты игру!
Не отвертишься стишками…
Что ж Ты, любушка, творишь?!
Коль нашла коса на камень –
Увезу Тебя в Париж.
На каком-нибудь Монмартре,
в Безалаберном кафе,
я достану этот Parker
из кармана галифе
и такое накатаю
на распластанных листах,
что не снилось и Батаю!
Но пока, однако,
– Ах…

Агуреевские «штучки»
я включаю наобум.
Дни считаю до получки.
Перстни, камушки и ручки
бередят мой слабый ум.
(22.12. 2013)

5. «Преферанс»

Собою я не дорожу
и Вас, сударыня, не стою.
Лежать валетом к марьяжу –
занятие почти пустое.
Скребусь, как мышь, на распасах.
И в тёмную зазря вистую.
Сегодня в «питере» подсад.
Вчера прокинулся в «ростове».
Не стою, милая, я Вас!
На мизерах тащу вагоны.
Перезаклад, недозаказ
и – штраф по волчьему закону.
Флаг на горе, а в пуле – fuck…
Рисуют на меня колёса.
Я – неудачник и простак,
рискующий остаться с носом.
При всех «понеже» и «зане»
для Вас я – лишняя обуза.
Забудьте, право, обо мне,
моя некарточная Муза!
Бланковой дамой не к лицу
Вам оставаться в этом мире.
А пуля движется к концу.
Расклад: четыре на четыре.
Стена. И режут козырей.
На восьмерной – без двух.
О, Боже!
Теперь и тотос не поможет.
Да закрывали б уж скорей…
(24-25.12.2013)

6. «Человек»

Я Царь, – я раб, – я червь, – я Бог! –
Но будучи я столь чудесен,
Отколь я происшёл? – Безвестен;
А сам собой я быть не мог.
(Г. Державин)
----------------------------------

Блажить и лгать. А после – каяться.
Скрипеть зубами по ночам.
Цепляться памятью, как пальцами,
за всё, что бросил сгоряча.
В стакан на донышко заглядывать.
На злые звёзды в небо выть.
И смертную тоску треклятую
в скиту молитвою травить.
Да хоронить тайком на кладбищах
следы предательств и потерь.
Давно не царь, но и не раб ещё.
Не ангел. Впрочем, и не зверь.
(27.12.2013)

7. «На посошок»

Промчался год. Экспрессом просвистел.
Зачем? Куда?! – В потоке междометий
увлёк с собою груду бренных тел
и воз надежд, и ворох грязных сплетен.
Год – так себе: бесцветный и пустой.
Не лучше прежнего, не хуже многих.
Бесснежная зима. В умах – застой:
занятие – достойное двуногих.
И я к нему присох, точней привык.
– К застою. – Будь он семижды не ладен!
Но…
в нём со мною рядом были Вы.
И год прощён. И даже Баден-Баден
на горизонте замаячил вдруг.
И мы махнём в него, хотя бы в шутку.
Пять роз в кувшине завтра поутру
напомнят мне про ту,
что незабудкой
засохшею стояла у окна
на подоконнике, тоскуя о Данае.
На посошок за этот год до дна я
махну стаканчик доброго вина.
(31.12.2013)