Величавый Питер

Усталую волну полночного канала
Умело рассекает юркий шкипер,
Над сводами мостов угрюмо возвышаясь,
Во фрунт стоит суровый, строгий Питер.

Нахмурил портики, пилястры и балконы,
Уста сомкнул, надменно превередлив,
И держит паузу, как лучшие актеры,
На катера глядит, что ход замедлив,

Васильевскую Стрелку огибая,
Ждут, что мосты взмахнут крылами птицы!
И ветер с Финского, туристов отрезвляя,
Поднятию мостов, как чуду удивится.

Не вам, дрожащим на ветру под пледом,
Не вам, беспечным в ожиданьи зрелищ,
Расскажет город о своих победах
И о паденьях, в коих всяк не сведущ!

Молчит сурово о безумстве дерзких,
На дыбу вздернутых от лучшей доли,
Утопленных в слезах недетских,
В Сибирь уехавших по доброй воле,

Уродстве бунтарей, безжалостно взрывавших,
И канувших реформах в тронных залах,
В дыму сражений и в боях пропавших,
Талантом поражавших и бывалых…


Стоит во фрунт надев парадный китель
Участник голода, бомбежек, смерти многих
Суровый, строгий, молчаливый Питер!
Холодная Нева ему ласкает ноги.

Пусть в узкий ход полночного канала
Уводит быстрый катер юркий шкипер.
Вам только зрелищ, зрелищ мало…
Храни молчанье, величавый Питер!