Питерское небо. Питерский сонет. Подборка

ВСТРЕЧА

Ещё немного и Нева проснётся!
Сфинкс греет чуть озябшие бока,
скрывает много тайн наверняка,
лелея жар египетского Солнца.
       Под небосводом вечным без границ,
       среди угрюмых, отрешённых лиц,
       мелькнёт в толпе улыбка незнакомца.

Играет ветер позабытый блюз.
Любовь незримо в воздухе витает.
Весна уже назначила свиданье,
Пожалуй, на него я соглашусь.
       Хранитель-Ангел рядом непрестанно.
       Он точно знает – в мире всё обманно,
       Поэтому не в силах спрятать грусть.


ВЕСНА   

Плывут по небу перья-облака,
касаясь Петропавловского шпиля.
Весна опять в свои права вступила,
предчувствие любви пьянит слегка.
      Вдыхая воздух Финского залива,
       идём мы в тишине, неторопливо,
       беседуя о разных пустяках.

Сомненья прочь о том, что будет завтра,
Есть этот миг, сегодня и сейчас.
Незримо Ангел охраняет нас,
в погожий день волнующего марта.
       Нельзя вернуть ушедшее вчера,
       поют о том пронзительно ветра,
       известна им безжалостная правда.


СЕВЕРНАЯ ВЕНЕЦИЯ

Окутал серебристой, лёгкой дымкой
каналы и залив седой туман.
Возможно, здесь оптический обман?
Исчезло всё под шапкой невидимкой.
       Неспешно вдоль гранитных берегов,
       под каменными арками мостов,
       несёт кораблик лёгкою пушинкой.

Все неприметней пены кружева…
Пьём свежий воздух жадными глотками,
пуховыми укрывшись облаками,
нам не к чему обеты и слова.
       Мотора монотонное жужжанье,
       здесь с Северной Венецией свиданье,
       любви щепотка, горстка волшебства.


ЛЕТНЕЕ УТРО

Июньским снегом замело дороги.
Заря, накинув сонно пеньюар,
Оставленный луной когда-то в дар,
Явила образ томной недотроги.
      Позолотила храмов купола,
      Она как будто этого ждала…
      Летит назад в небесные чертоги.

Доносится кофейный аромат,
Дождём омыта плитка тротуара,
И не спеша идёт влюблённых пара,
Лежит их путь в тенистый Летний сад.
      Что этот день сегодня напророчит?
      Тихонько летний гром вдали грохочет,
      Растерянно и как-то невпопад.


ЛЕТНИЙ САД

Упало покрывало белой ночи,
укутав лёгкой дымкой Летний сад.
Цветов вдыхаем тонкий аромат
и строим жизнь свою из многоточий.
      Бродили здесь Ахматова и Блок,
      а в воздухе витали рифмы строк,
      возникших ненароком, между прочим.

Из мрамора богини стали в ряд, 
ведёт куда-то лабиринт зелёный,
А ветер теребит верхушки клёнов.
Ах, сколько тайн те статуи хранят!
      Фонтан журчит и безутешно плачет,
      с Фонтанкой обручён, а как иначе,
      они друг с другом редко говорят.


АКВАРЕЛЬ НА ШЁЛКЕ

Прекрасно небо – акварель на шёлке,
размыт вдали Исаакия собор.
Прошло не мало лет с тех давних пор,
не склеить жизни хрупкие осколки.
       Унёс к заливу ветер те слова,
       дочитана последняя глава,
       хранит альбом мечты на дальней полке.

В час где-то между завтра и вчера,
усталый Ангел на скамейку сядет,
мелькнёт надежда в светлом кротком взгляде.
он тихо скажет: «Мне лететь пора!».
       Так время-лекарь, уврачует раны,
       покажется, возможно, это странным,
       что сердце не разбилось навсегда.


СЛЁЗЫ ДОЖДЯ

Туман укутал берега Невы,
Приятна свежесть утреней прохлады.
Ажурное плетение ограды
и дремлют стражи - каменные львы.
       Знакомый силуэт колонн Ростральных,
       возник из снов далёких, виртуальных,
       свет маяка из зыбкой темноты.

Мост опустил распластанные крылья,
подмигивают светом фонари.
Ты только ничего не говори,
к чему все бесполезные усилья.
       Подъедет опоздавшее такси.
       Слезами дождь опять заморосил,
       смывая грань меж небылью и былью.


ГОРОД НА ГРАВЮРАХ

Рассматривая город на гравюрах,
Нельзя вернуть ушедшее вчера,
Тот случай, где бессмысленны слова.
Ручьев, слепящих вдоль кривых бордюров.
       Следы твоих размеренных шагов,
       нечёткой строчкой где-то у домов,
       не разобрать как ноты в партитурах.

Приветствует гудками сухогруз,
Льёт тёплый свет небесное светило,
Весна воспоминанья воскресила,
Пусть ненадолго, в этот день вернусь.
       Крылатый Ангел щурится лукаво,
       Воздушных кружев в небе покрывало,
       А на губах ветров солёный вкус.


ДОЖДЬ

Дождь занавесил окна серой шторой,
Слезой стекают струи по стеклу,
Зонт мокрый купол свой открыл в углу,
С надеждой ждёт опять прогулки новой.
       Аничков мост и вздыбленных коней
       Держать узду становится трудней,
       Хотят умчаться в дальние просторы.

Нарушить не решаюсь тишину.
На парапете мокрый Чижик-Пыжик,
Немного отдохнул от фотовспышек,
Возносит ливню радостно хвалу.
       Потоками ручьёв уходит время,
       Решается извечная дилемма,
       Закончим ли последнюю главу.


ОСЕННЕЕ

В костре прощальном листья догорят
И в пепел обратятся непременно,
Не избежав забвения и тлена.
Цыганской шалью упадёт закат.
       Случайно в этой жизни разминулись
       В вокзальном шуме, лабиринте улиц
       И не доступен больше адресат.

Во след печально фонари глядят,
Иллюзия размытых очертаний.
Крик журавлей пронзительный, гортанный,
Они летят в тумане наугад.
       Зонт не спасает, безутешны ливни,
       Сердечком лист берёзовый прилипнет,
       Напомнив, что никто не виноват. 



ЗАКАТ НАД НЕВОЙ

Прощальный луч на скатерти небес
Оставил акварельные разводы,
В залив плеснул сусальной позолоты,
Одно мгновение - и вдруг исчез.
       Затих, устав от суматохи, город.
       Луны кусочек будто бы отколот,
       Весь светится и угасает весь.

Змеёй под воротник пробрался холод.
На берегу скучающей Невы
Закатный час. Мы так же влюблены.
Что новый день нам завтра приготовит?
       Проходит слишком быстро жизнь, увы!
       Со мной, надеюсь, согласитесь вы.
       Был, кажется, ещё вчера ты молод.


ПИТЕРСКОЕ ЛЕТО

Взбивает Ангел сливки-облака,
Рассыпав с неба тополиным пухом.
Каминные часы пробили глухо,
Доносится шансон из далека.
       Пусть быстротечно Питерское лето,
       И в переулках заблудилось где-то,
       Не стоит торопить его пока.

Романтик-ветер, позабыв о бурях,
Мурлычет что-то в глубине двора.
Давай быстрей! Давно гулять пора.
Смеётся солнце, глаз янтарный щуря.
       Лохматый пёс на голубя рычит,
       Интеллигентно спорят старички,
       Подобны ли мы шахматным фигурам.


ЦАРСКОСЕЛЬСКАЯ ОСЕНЬ

Застыло время в Царскосельском парке.
Любуюсь позолотой тополей,
И на душе становится теплей
От многоцветья этих красок ярких,
       А на руках протянутых ветвей
       Дрожит листва над головой моей,
       Пруд отражает мраморные арки.

Там по кошачьи выгнул спину мост.
Грустит на камне девушка с кувшином,
Застыв в мгновении неповторимом,
И кажется понятен мир и прост.
       По тропке парочки проходят мимо,
       И воробьи шумят нетерпеливо,
       Им брошу угощенье – крошек горсть.


КАПЛЯ ВЕРЫ

Куда ведут нас пыльные дороги?
Из тьмы времён, из мрака пустоты,
где белые ветра поют псалмы,
а здания безлики и убоги.
       На нищенский приветливый погост,
       где к Ксении пришёл печальный гость
       и мы подводим жизни всей итоги.

Лампады льётся тёплый, ясный свет,
отогревая сердце, что продрогло,
душа искала утешений долго,
но будет на молитвы ли ответ?
       День новый нам дарует каплю веры,
       в ночи исчезнут злобные химеры,
       забрезжит над Голгофою рассвет.


ДОЖДЬ ЗА СТЕКЛОМ

Дождь за стеклом слезами в три ручья,
Мелькают зданий пышные фасады,
Аллея Александровского сада,
Адмиралтейство, городской причал,
Дворцовая и сквер Екатерины,
Неоновым огнём горят витрины,
Вновь непогодой ты меня встречал.

Погашена Ростральная свеча,
Истории застывшие картины,
Путь от судьбы к судьбе довольно длинный.
Скажи, ты это тоже замечал?
А впрочем, промолчи, мне слов не надо...
Тревожит душу грустная баллада –
Дождь за стеклом слезами в три ручья.


СФИНКС

На зыбком глянце Невского холста
Вечерних красок лунная палитра,
И золото сусальное пролито,
Его случайно кто-то расплескал,
Рисуя в небе маленькие звёзды,
Но, видно, спохватился слишком поздно,
А может всё случилось неспроста.

Гранитных плит высокий пьедестал,
Там старый Сфинкс на мир взирает грозно,
А тело затекло в статичной позе,
За сотню лет безмолвия устал,
Застывших губ беззвучная молитва,
И только взгляд с полуулыбкой хитрой
Прикован к глади Невского холста.


ТОЛЬКО МИГ

Фасады зданий – отблеск дней былых,
У питерских дождей мотив несносен,
Унылость зим и быстротечность вёсен,
Спасает оберег из рук твоих.
Пусть часто жизнь играет чёрной мастью,
Но поцелуя сладкое причастье,
Всё это поровну разделим на двоих.

Судьба рисует на ладони штрих,
Меняется погода в одночасье,
Холодный ветер более не властен,
Прояснилось, зануда-дождь притих,
Кораблик жёлтый в плаванье уносит
Вплетает время в бронзу нитью проседь,
А между «до» и «после» только миг.


ВЕСНА В ЛЕТНЕМ САДУ

Мой Летний сад прекрасен утром вешним,
Вновь наслаждаюсь обликом твоим,
Рассветный час всегда неповторим,
И пробуждает спящие надежды.
Над головами мраморных богинь
Трепещет неба шёлковая синь,
Щебечут птицы радостно и нежно.

Проклюнулся в проталинах подснежник,
Весенний день внезапно стал цветным,
И белый лебедь, словно Лоэнгрин,
На отраженье смотрит безмятежно.
Остановить мгновение хотим,
Но облака в воздушных пачках прим
Уносит ветер дальше к побережью.


ЛЕТО В ЛЕТНЕМ САДУ

Мой Летний сад – в нём мимолётность встреч,
У замка цвета розовой черешни,
В толпе туристов, словно, гость нездешний,
И кажется, мне можно пренебречь,
Что вновь одет по-летнему небрежно,
И не заметят статуи, конечно,
В тени скрывая мрамор бледных плеч.

Но хочется запомнить, и сберечь
Негромкое журчание фонтанов,
Проснувшихся на удивленье рано,
Шум города, крик чаек, чью-то речь,
Цветную нежность красочных тюльпанов.
Увидеться негаданно-нежданно,
И тихо прошептать: «До новых встреч!»


ОСЕНЬ В ЛЕТНЕМ САДУ

Мой Летний сад, развей осенний сплин
Листвой янтарной ясеня и клёна,
Мне шепчущих признания влюблённо,
И сделай воздух пряным и хмельным.
Пусть ненадолго в этом царстве сонном
Вновь зазвучит весёлый птичий гомон
В путь провожая журавлиный клин.

Особенно сейчас необходим
Шуршащий плащ из яркого нейлона,
Оттенка переспелого лимона,
Зонт радужный и новый палантин.
Завидуйте, богини пантеона!
Я непременно посещу вас снова,
И в подиум аллеи превратим.


ЗИМА В ЛЕТНЕМ САДУ

Мой Летний сад в плену холодных зим,
Укутан покрывалом белоснежным,
Озябшие деревья ждут с надеждой
Дыхание весны. Неповторим
Тот голос, что звучал здесь летом нежным.
Перебирая всё, что было прежде,
Бредёт по тропам память-пилигрим.

Изящен пруд в холодном блеске льдин,
На изгороди вензелем подсвечник.
Пророчествуя вечеру о вечном,
Горюет чёрный ворон, нелюдим,
Под эту нескончаемую песню
Михайлов замок спит, не веря лести,
На фоне серых облачных гардин.


ТУЧИ

Свинцовым пологом нависли тучи.
Атланты держат – сила в них и стать.
Пусть пальцы затекли – нельзя разжать
Бичует ветер по ногам колючий.
Поток реки несёт осколки льда,
И растворяет время без следа,
В незримом удивлении созвучий.

В незримом удивлении созвучий
Рождаются вопросы и слова.
Идём из ниоткуда в никуда,
Но верим, что сегодня день везучий.
Куда от непогоды убежать?
Продрогла одинокая душа…
Согреет тёплый взгляд, счастливый случай.


МОРСКОЙ ДУХ

Густой туман от края и до края.
Попробуй рассмотреть – чужой иль свой.
Застыли стражи над седой Невой,
Ловлю их взгляд – иллюзия простая.
О чём-то волны шепчут в унисон.   
Размыто очертание колонн…
Реальность параллельная, другая.

Свет в каплях незаметно преломляя,
Воздушный шлейф дрожит над головой,
А там, где проблеск виден голубой,
Взлетела чаек оголтелых стая.
Навечно пришвартован галеон,
Возможно, о штормах мечтает он…
Густой туман от края и до края.


ДВИЖЕНИЕ

Несущийся поток… касанье судеб,
Пересечение земных дорог.
Промозглый ветер… я совсем продрог.
Давай на Спасский, дальше будь что будет.
От Безымянного Аничков мост,
Где вздыбленные кони в полный рост.
На них с опаской смотрит чёрный пудель.

Спешат не глядя друг на друга люди.
Движение стремительно вперёд.
Слюдой застыл на лужах первый лёд.
Взгляд мимолётный… вспомнит - позабудет.
Ты пошутила или всё всерьёз?
Бежит, не отстаёт бродяга пёс.
Переплетение дорог и судеб.


ПИТЕРСКИЙ ДОЖДЬ

Дождь Питерский промозглый и колючий.
Затянуто пространство сизой мглой,
Зонт треплет беспощадно ветер злой,
Но промелькнёт в толпе улыбки лучик.
Вдруг, станет явью позабытый сон,
Почувствуешь, что снова в жизнь влюблён,
Унылый день, внезапно станет лучшим.

Дождь монотонный, тихий и певучий.
Задумавшись, иду по мостовой,
Услышу голос: «Подожди! Постой!»
Случайно повстречавшийся попутчик.
Неоновых огней размытый фон,
Всевышним этот миг определён.
Унылый день, внезапно станет лучшим.


МАРТ НА ФОНТАНКЕ

Измайловского храма звёздный купол.
Фонтанка спит в объятьях тишины.
Следов пунктиры на снегу видны.
Гулёна кот под окнами мяукал,
Провозгласив, что Март вступил в права.
Весенний месяц, только вот беда,
Теплом и солнцем делится он скупо.

Мост выгнул спину аркой полукруглой.
Проталины, заметные едва.
Кричат мальчишки громко: «Цу е фа!!!»,
Облюбовав на парапете угол.
Им дела нет до этой старины.
Беспечны, в жизнь безумно влюблены,
Над головой простёрт небесный купол.


МУЗЫКА ДОЖДЯ

Маэстро-дождь играет полонез,
Легко касаясь клавиш перехода.
Метро … на площади я жду у входа
Свет фар дрожит и светофор воскрес.
Себе тихонько что-то напевая,
Смотрю куда плывёт толпа людская,
От непогоды прячусь под навес.

Витрин и фонарей размытый блеск…
Обычная промозглая погода,
Идут дожди в любое время года
С прогнозами синоптиков вразрез.
Смотрю спешишь, кого-то пропуская,
Промокшая, уставшая, родная…
Благословенье Питерских небес.


ПЕРЕХОД В ВЕСНУ

Пригрело солнце Зимнюю Канавку,
Чуть тоньше стал фаянс плавучих льдин,
Скрывающих нутро речных глубин,
Проявленное будто наизнанку.
А первый мостик – переход в весну,
Проворный луч в проталину скользнул,
И воробьи щебечут спозаранку.

У Эрмитажа перейду Канавку,
Туман прикрыл гранита наготу,
Усталые Атланты на посту
Почтительно приветствуют беглянку.
Игривый ветер треплет палантин,
По набережной ты идёшь один,
Чему-то улыбаясь спозаранку.


ЛЕТНИЙ ДОЖДЬ

Взлохмаченные ветром облака,
И перекличка чаек говорливых…
Виднеется собор издалека,
Умыта площадь первым летним ливнем,
И, отраженье в каплях находя,
На глянце мостовой в слезах дождя,
Играет солнце радужным отливом.

Машина, словно древняя ладья,
В фонтане брызг плывёт неторопливо.
Дождливым днём ты в парке ждёшь меня,
Укрывшись под шатром тенистой ивы.
Задира ветер растрепал слегка,
Задев крылом, стремглав промчался мимо,
Взлохмачивая в небе облака.


АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ СТОЛП

Александрийский столп венчает небо
С землёй, хранящей память давних дней,
И облака над головой моей
Норд-ост вращает обезумев, верно,
Рассматривая, что же там внизу,
Пророчит дождь и летнюю грозу,
В Канавке баламутя пенный невод.

Не слышно гула праздничной толпы,
На площади, где детище Растрелли,
Подходы к Зимнему внезапно опустели,
И кажется, остались только мы.
Благословляет Ангел неподвижный,
Стоит безмолвно двести лет – так вышло,
Устал от постоянной суеты.