Падение

Я снова куда-то иду. Направленье? Вздор глухонемого.
Если б я только знала, под светящейся вывеской «цель»
Что-то ещё возлежит, устаревшим названо словом,
Мой гроб – в обломках судов, насевших грудиной на мель.

Я мечтала о пике славы. Дошутилась, пожалуй, со временем,
Стрелки безвольно на шесть, циферблат зажевав к краям.
Тело разбитого судна в лазури распластано теменем,
И рваные паруса на разломанных тлеют костях.

Я забыла их имена. Неведение скрыла невинность,
Прошлое – грех и позор, тяготеющий жаркий свинец,
Люди – рыбы на гарпунах, положения скользки и хлипки,
Молитесь о том, чтоб постиг вас негласный конец.

Прошу, распустите по свету мои загноившие мысли,
О ранах не бойтесь, сметает их грубым стежком,
Путей из забвения нет, эскизы под солью морской раскисли,
Всё равно, что с другого конца Земли добираться до дома пешком.

Я стёрла из памяти лица, их смех и тени сокрытой зависти,
Кажется, все мертвы. Не хочу даже мысли давать простор.
Смыслом останется в светлой кристальной воде утопиться до старости,
Что угодно, лишь бы с совестью не вступать больше в спор.

Я продолжу дремать, вырыв нору на влажном песке,
В желудке боль схороня и лотос беспамятства сладкий,
Семь лет одиночества, отданных смертной тоске,
В сравнении с распрями человечества вновь окажутся краткими.

Семь лет, как ничто и не смеет тревожить меня мирское,
Глас сновидения шепчет, что так для меня будет лучше,
За спинами в медных отблесках, догорая, рушится Троя,
Молчи. В человечество в прах обратится вера.
И слёзы отчаяния под веками станут суше.