Я помню все свои грехи
И даже те, по малолетству,
Что соответствовали детству,
Сродни наивной чепухи…
Когда родительский запрет
Я нарушал, тайком сбегая,
С друзьями на ставок, вдыхая,
Там дым дешёвых сигарет…
Когда с усердьем мастерил
Себе я первую волыну,
И поджигал в овраге шину,
И неудачи материл…
Когда участвовал в налёте
На сад зеленых абрикос,
Как стойко выдержал допрос,
Попавшись сторожу в отлёте…
Когда, сорвав рябины грозди,
Ползли в засаду на подвоз
И, карауля паровоз,
На рельсы складывали гвозди…
Бывало, что меня ловили
За этим скверным поведеньем,
И, с воспитательским усердьем,
Ремнем безжалостно лупили…
Но, сознаваться не спешил,
Родным в своём грехопаденьи,
А, заводя их в заблужденье,
Опять отчаянно грешил…
Я опасался лишь отца,
Его, войной взращенных правил,
Он жёстко ни во что не ставил
Ни хитреца, ни подлеца…
Ему я не решался врать,
Попавшись, «честно» сознавался,
Что сам грехами занимался,
Друзей не смея выдавать…
Он мою «правду» принимал
И грозно на меня ругался,
В душе довольный улыбался
И по-отечески прощал…
Так мы росли тогда детьми,
Рожденными в пятидесятых
И становились, без предвзятых,
Вполне хорошими людьми…
21.09.2026
Свидетельство о публикации №126092100230