Еду, еду, еду я...

По всему терпким потом пропахшему насквозь плацкарту
Звон стаканов – где водка, где чай, где печаль.
Мне вагонный катала сдаёт им краплёную карту,
И как будто об этом подвохе колёса стучат.

Бесконечные рельсы, и шпалы разят креозотом,
Сквозь леса и болота несётся куда-то состав.
И сверкают порой за окном купола позолотой,
И сидит вороньё на простых деревянных крестах.

Проводник матерится, сметая из тамбура за борт окурки,
Кровоточит стекло от брезгливо раздавленных мух.
Сериал этот длинный, как жизнь, – словно игрища в жмурки,
И всё ловит химер, завязавши глаза, наш святой русский дух!


Рецензии