25 ЛЕТ

Куплет 1

Мне дали двадцать пять — и дверь закрыли,
Чужое преступление — на мне.
Мне годы приговором отрубили,
Сказав: «Ты виноват. Конец Тебе».

Я до последнего кричал: «Не верю!
Я этого убийства не свершал!»
Но за спиной уже закрыли двери,
И молоток по тишине стучал.

Припев

Двадцать пять лет — за чужую вину,
Двадцать пять лет — я глотал тишину.
Четверть века украли у меня,
За чужую кровь, за чужие слова.

Двадцать пять лет — ни любви, ни тепла,
Двадцать пять лет — за чужие дела.
Я вернулся — а жизнь не ждала…
Четвертак отсидел — только молодость ушла.

Куплет 2

В тюрьме года похожи друг на друга,
Там каждый день похож на день вчера.
Я жил одной отчаянною надеждой:
Когда-нибудь закончится тюрьма.

Шли годы — мать всё реже мне писала,
В конвертах пряча слёзы и печаль.
А после — тишина вестей настала,
И я в тюрьме узнал, что значит «жаль».

Припев

Двадцать пять лет — за чужую вину,
Двадцать пять лет — я глотал тишину.
Четверть века украли у меня,
За чужую кровь, за чужие слова.

Двадцать пять лет — ни любви, ни тепла,
Двадцать пять лет — за чужие дела.
Я вернулся — а жизнь не ждала…
Четвертак отсидел — только молодость ушла.

Куплет 3

Я видел, как седели наши лица,
Как молодость сгорала день за днём.
Мне снилась по ночам родная улица,
Где мы когда-то бегали вдвоём.

А тот, кто настоящим был убийцей,
Всё это время прятался в тени.
А я учился с собственной темницей
Делить на равных долгие дни.

Куплет 4

На двадцать пятом году всё вскрылось:
Нашёлся тот, кто правду рассказал.
И оказалось — всё давно купилось:
Свидетель лжесвидетелем стал.

Подняли дело, старые бумаги,
Нашли подлог, свидетелей и ложь.
И тот, кто мне сломал когда-то жизнь,
Теперь от правосудия не уйдёт.

Финальный куплет

Мне дверь открыли:
«Всё. Теперь свободен».
Я вышел на знакомый тротуар.
Но четверть века не вернёт Господь мне
Ни молодость, ни мать, ни старый двор.

Я постоял и посмотрел на небо,
Которого не видел столько лет.
И понял: я вернулся человеком,
Но прежнего меня на свете нет.

Финальный припев

Двадцать пять лет — за чужую вину,
Двадцать пять лет — я глотал тишину.
Четверть века украли у меня,
За чужую кровь, за чужие слова.

Двадцать пять лет — ни любви, ни тепла,
Двадцать пять лет — за чужие дела.
Я вернулся — а жизнь не ждала…
Четвертак отсидел — только молодость ушла.

Финал — почти разговором

Двадцать пять лет…
За чужую вину.
Четвертак отсидел…
Но душа — не пропала.