Погода поменялась в ночь

***

Погода поменялась в ночь.
Стыл белый месяц между клочь
ев рваных облаков
И, как табун без седоков,
Они неслись, роняя морось.
Метался звездный свет, как волос,
И ковш Медведицы мерцал,
И удивленно созерцал
Накат стихии пес бездомный.
Пленяя статью бесподобной,
Вяз листья жухлые ронял:
Словно купюры у менял,
Носил их по асфальту ветер.
Слепые окна пялил Петер
бург в гранитный саркофаг канала,
Волна бумажный сор качала
И бился о причал баркас.
Любовь, как зонт, спасала нас,
Укрыв от бурь и злобы века:
Два одиноких человека
Слились, как с шторою герань,
Отдав бессонной ночи дань.
Сатиры, путти, паутина,
Навек угасший жар камина,
С крылатой Никой канделябр,
Под спудом кружев самовар,
Обойных фресок хороводы,
Путевка желтая в Минводы,
Сервиз (ирония во мне)
С отметкой: "Память о Москве".
Сомкнув тела, мы погружались
В случайный омут мелочей,
Имевших смысл и цену в чьей-
то жизни, отражались
На створках пыльного трюмо -
Как бы герои из кино
Немого. Модница - годин
Сороковых или тридцатых,
Теперь на кладбище. Пернатых
Собрав поклонников: седин,
Морщин лишенная и трости -
У старости на сем погосте
Нет права тешиться над ней -
Поскольку на большой репей
Она взирает с обелиска
С надменным ликом василиска,
В манто и шляпке набекрень.
И будто молвит: "Добрый день!"
Не чувствуя еще печали,
Украдкою мы изучали
Буфета кафедральный строй.
Графинов, рюмок и насто
ек витражи и арки,
Салатниц вычурные раки,
Алтарь из специй и приправ.
И ты, к губам моим прижав
Свой тонкий палец, прошептала,
Что счастлива, как никогда...
Вступал октябрь в свои права.