Покер

Свет лампы стянут в жёлтую окружность,
керамика стучит о край стола.
Движений механическая нужность
рассчитана до целого числа.

Раздача карт. Движение прямое.
Ко мне приходят двое королей.
Я вижу в ней опять пятно слепое
под тенью чуть приподнятых бровей.

Теория игры — закон локальный,
и сумма наша сводится к нулю.
Мой каждый верный шаг, триумф формальный —
урон тому, кого я так люблю.

На фетр ложатся карты: тройка, дама.
И туз червей. Бесшумная дуэль.
Она идёт в атаку жёстко, прямо,
загнав мои догадки в цитадель.

Размер её заявки — половина
от банка. Это вызов, не вопрос.
Теория гласит: тут дисциплина
важнее, чем предчувствие угроз.

Лежат мои карманные фигуры
в тени невозмутимого туза.
Что кроется внутри её натуры,
и что сейчас таят её глаза?

Трансакции, по Берну, здесь прозрачны,
как в наших ссорах: стимул и ответ.
Решения точны и однозначны,
когда любви и состраданья нет.

Я отвечаю коллом. В ожиданье
ложится тёрн. Он не решит судьбы.
Растёт математическое зданье,
скрывая нас от горечи мольбы.

И тут она бросает стек в атаку,
«олл-ин» звучит, как лопнувший сосуд.
И математика, подобно браку,
выходит на последний страшный суд.

Моя модель работает с дефектом:
за этой грудой фишек и монет
я тщетно закрываюсь интеллектом
от осознанья: победивших нет.

Ложится ривер. Чёрная десятка.
Я молча открываю королей.
Она встаёт. Зелёная подкладка
её пальто мелькает у дверей.