Песня к фильму голый космолёт из пресподней с крас

; Гимн «Непотопляемого III».
(Эту песню, поет сам Капитан Нэльсон под укулеле, пока его корабль, летит на подогреве сидений.  Люси подпевает ему, лёжа на пульте и одновременно контролирует напряжения, при помощи дежурного офицера Боба, а Петрович в космосе за окном, отбивает ритм этой песни, по иллюминатору, своим разводным ключом)

Космос, бескрайний… усеянный звёздами…
Мы, бороздим его… с пьяными тостами…
Наш, звездолёт … в ржавых морщинах…
Вмятины, сбоку … и мыши в турбинах.

Парень, в скафандре … со спрятанным шкаликом…
Красит, обшивку… малярным валиком…
закрасил, окно … вот незадача!
размазал, перчаткой… пьяная кляча… …

аааааааааааааааааааа  ааааааа!

А Капитан, наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… искры сыплются Градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!

Дежурный, на пульте… забыл про приборы…
Люси, уложил …ей закрыв мониторы…
Она, нажимает… спиной всё подряд:
То тумблер, на слив… то на ядерный ад! …

Следит, за порядком … наш капитан …
ему, что корабль … что аэроплан…
он, безмятежно … расплёскует чай…
электро рубильник … включив невзначай! …

аааааааааааааааааа ааааааа!

А Капитан наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… гайки сыплются градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!

Нас, поймали пришельцы … за Юпитера кругом…
схватил, Капитан… свою чашку с испугом…
теле-портнулся, он прямо… к врагам…
И плюнул, заваркой … по их серверам! ...

У них, Звезда Смерти … взорвалась к чертям…
стучат, от них гайки … по плоскостям…
Инспектор, по кадрам… гранату принёс…
Петрович, спиною … закрыл тот вопрос!

Петрович, застрял… в разбитом окне…
И Маляр, закрасил… его в тишине…
Корабль, задымился… сгорели панели..
Зато мы, согрелись … хоть и летим еле-ели!

И тут, чайная ложка… куда то пропала…
В энерго, реактор … наверно упала…
Капитан, вынимает… сигару со рта…

и чай, ней мешает …вот это черта!
«Я за! Безопасность … в ответе, друзья!» —
И падает наземь… о провод скользя...

Из космоса, вопли … — Полундра! Атас! —
безумный корабль… прёт прямо на нас…
Наш крейсер, искрит … дребезжит и скрипит,
Но в космоса, всё же … глубины летит!

аааааааааааааааааа ааааааа!

А Капитан наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… крысы  сыплются градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!


Бьёт Петрович, в окно … он просто в ударе…
страшное, что-то … увидел в радаре…
В космосе, маляр… торчит за окном…
и ритм, отбивает … огромным ключом...

Но песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…

свою  песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…


эту  песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…


аааааааааааааааааа ааааааа!


пока песню, поёт… капитан на гитаре…
ни кто, не расскажет… ему о пожаре…

-----------Идея сценарий фильма ----------

Памяти актёра Лесли Нильсона посвящается.
Знакомьтесь: Капитан Фрэнк Дребин-младший. Поехали!



ГОЛЫЙ КОСМОЛЁТ: ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ С КРАСКОЙ на боку

ЭПИЗОД I

Бескрайние просторы космоса, были усеяны миллиардами звёзд. От одного края Вселенной до другого. Звёзды сияли ярко, величественно и одиноко — прямо как прыщи на лице подростка, переевшего шоколада.

В поле зрения, на фоне этой космической романтики, медленно вплыл, межгалактический, гордый, ценой в миллиарды кредитов, Имперский крейсер, «Непотопляемый III». Что, как бы намекало, на судьбу  первых двух.  Ну, как крейсер. Весь его корпус, был покрыт ржавчиной, трещинами и вмятинами, от неудачных параллельных парковок, об острые углы астероидов. По бумагам, это был лучший корабль империи. Практически её флагман. А флагманом, его считали исключительно потому, что других имперских кораблей, в у империи уже не осталось.

В министерстве обороны утверждали, что крейсер находится в отличном техническом состоянии, ведь 300 лет для имперских кораблей — вообще не срок. Корабль плыл в вакууме, оставляя позади себя непрерывную цепочку из отваливающихся гаек, болтов и кусков обшивки.

Ещё дальше за кораблем, можно было увидеть дружную стайку, покидающих его крыс. Не зря их считают умными животными: видать, они поняли про этот флагман что-то такое, что предпочитали находиться в открытом космосе без скафандров, лишь бы быть подальше от этого крейсера.

Позади флагмана, на почтительном от него расстоянии, уныло тащился мусоровоз скупщиков металлолома. Пираты-утильщики не теряли надежды, что у имперского линкора, наконец от ржавеет и отвалится ещё одна орудийная башня. Тогда они сразу смогли бы сдать её, и  выполнить план по сбору космического мусора на 100 лет вперёд. И после этого уйти на пенсию всем мусоровозом. Но последняя орудийная башня,  продолжала цинично обманывать их ожидания. Она угрожающе раскачивалась на каждом повороте, скрипела, но продолжала оставаться на месте, планируя продержаться так ещё целую вечность.

Наматывая на стык башни сотую бабину синей изоленты, завскладом Петрович философски приговаривал:
— Нет ничего более вечного, чем сделанное временно.

На  ремонт башни, у него ушла абсолютно вся корабельная изолента, которая предназначалась для починки генератора. Поэтому корабль, местами зловеще искрил. У него была полностью неисправна проводка — космические мыши сгрызли её до голого, неприличного состояния, из-за чего иллюминаторы хаотически мигали, как вывеска дешевого стриптиз-бара.

Правая половина корабля, была свеже выкрашена в ослепительно белый цвет. Камера приблизила борт, и мы увидели фигурку космонавта в скафандре, который был заляпан белой эмалью сильнее, чем холсты художников-абстракционистов. В одной руке у него было ведро, в другой — малярный валик. Он старательно закрашивал на обшивке ржавчину, граффити и надпись «Пришельцы — лохи»  а также — многочисленные, трехэтажные матерные слова на древне марсианском языке. Трёх этажные, потому что эти буквы были размером с три этажа.
Космонавт так увлёкся работой, что случайно закрасил жирным слоем стекло иллюминатора.

— Ой, чёрт, — беззвучно, судя по губам, сказал он внутри шлема. Нам пришлось прочитать это по губам, потому что микрофон в его скафандре, был давно и безнадёжно сломан.

Вовремя опомнившись, маляр начал яростно протирать стекло толстой перчаткой, отчего краска окончательно размазалась ровным, плотным слоем, намертво перемешавшись с выступающим из швов, судовым клеем ПВА, которым были загерметизированы стыки и щели корабля . Но парень не сдался. Он достал из кармана скафандра, строительный шпатель, скребанул по стеклу и проделал маленькую, аккуратную дырочку. Ровно такую, чтобы можно было заглянуть внутрь рубки.

И там, конечно же, было на что посмотреть.
На капитанском мостике стоял пульт управления, за которым должен был сидеть дежурный офицер Боб и следить за показаниями приборов. Но вместо приборов Боб пристально изучал анатомию, хорошенькой официантки из судовой столовой Люси, которую он уложил прямо на клавиатуру главного навигатора. Её белый передничек задорно задрался, а ноги в туфлях на умопомрачительных шпильках для удобства покоились на плечах дежурного офицера.

Боб почувствовал спиной чей-то взгляд. Повернувшись, он увидел прижатый к проделанной дырочке шлем маляра. Офицер начал строить страшные гримасы, вращать глазами и крутить пальцем у виска, всем видом показывая: «Проваливай, не мешай работать! У меня тут экстренная калибровка стыковочного узла!»

Люси, лежащая спиной на пульте, томно вздыхала и при каждом вздохе нажимала лопатками, ягодицами и поясницей десятки разноцветных кнопок, тумблеров и секретных переключателей. Именно из-за её движений, иллюминаторы корабля снаружи мигали, как новогодняя гирлянда, которой управляет сумасшедший электрик.

В этот момент автоматические двери с шипением разъехались, намертво прищемив хвост, пробегавшему мимо судовому коту. В рубку вошёл седой Капитан Нэльсон. На его груди красовалось столько медалей, что при ходьбе он заметно кренился влево.
— Я отвечаю за безопасность на этом корабле, — с глубоким, театральным пафосом произнес Капитан, глядя куда-то поверх голов, словно читал текст с невидимого суфлера.

С этими словами он зачем-то полез в карман брюк и с абсолютно каменным лицом достал презерватив в блестящей упаковке. Не глядя, он положил его на пульт, аккурат рядом с бедром молоденькой официантки. Затем Капитан нащупал в кармане второй предмет и протянул его дежурному офицеру. Боб, не отрывая взгляда от ног девушки, послушно вытянул руку навстречу. Капитан разжал пальцы. На ладонь офицера упал одноразовый пакетик чая «Липтон».

Капитан, продолжая вещать о безопасности, убрал руку, но случайно выронил первый презерватив. Камера крупным планом проследила за траекторией падения: блестящий квадратик пролетел строго вертикально вниз и со звуком «плюх» упал прямо в кружку с кипятком, стоящую на краю пульта.

— Да, безопасность превыше всего, — повторил Капитан, поднимая указательный палец вверх.

Чтобы закрепить свои слова действием, он подошел к главному щитку и уверенным движением руки, поднял вверх массивный черный рубильник.
Раздался страшный треск, посыпались сине-зеленые искры замкнувшей проводки. За стеклом иллюминатора, прямо в открытом космосе, с криком (которого никто не услышал, потому что в космосе нет звука) пролетел человек в синей спецовке с отверткой в руках — электрик Петрович. Следом за ним, величественно кувыркаясь в невесомости, пролетела алюминиевая лестница-стремянка.

Камера медленно отъехала от руки Капитана, всё ещё сжимающей рубильник. Стала видна большая красная табличка, висящая прямо на нем: «НЕ ВКЛЮЧАТЬ — РАБОТАЮТ ЛЮДИ!»

На корабле тут же взвыла сирена. В коридорах началась классическая корабельная паника: люди в пижамах, офицеры и повара хаотически бегали в разные стороны, врезаясь друг в друга. Загробный механический голос бортового компьютера монотонно завел:
— Внимание. Человек за бортом. Повторяю: человек за бортом. Пожалуйста, приготовьте ваши билеты для контроля.

Капитан Нэльсон внимательно прислушался к голосу. Обернувшись, он сорвал со стены пенопластовый спасательный круг, выкрашенный наполовину в красный, наполовину в белый цвет. С суровым лицом героя боевиков Капитан подошел к иллюминатору и... рванул его на себя, настежь распахивая окно в открытый космос.
В рубку, мгновенно ворвался, ураганный ледяной ветер! Он сдул со стола все секретные карты, отчеты, сорвал со стены  календарь  с обнажённой марсианской красавицей,  и унёс в открытое окно парик дежурного офицера Боба.

Капитан, стойко преодолевая сопротивление космического вакуума и колышущиеся на ветру седые волосы, замахнулся и бросил пенопластовый круг в окно, целясь в пролетающего мимо электрика. Петрович к этому моменту уже успел покрыться ровным слоем инея и заснежиться, как забытый в морозилке пельмень. Каким-то чудом, он поймал круг мертвой хваткой и благодарно, со слезами на замороженных глазах, закивал Капитану.

Довольный собой Капитан с трудом захлопнул окно и запер его на большой оконный шпингалет.

Этот шпингалет на окно, пришлось поставить после случая, когда один из дежурных офицеров, мирно спал за пультом, но, внезапно проснувшись, увидел на радаре какую-то помеху, испугался и срочно покинул корабль, «щучкой» выпрыгнув в приоткрытое для проветривания окно. С тех пор это окно, всегда запиралось. Иначе лишились бы половины команды. Ведь далеко не все знали, что снаружи крейсера, прямо в центре чаши радара, расположилось  соломенное гнездо, поселившегося там Чужого. Когда Чужого обнаружили, его решили не выгонять, а стали подкармливать объедками из столовой. За это монстр преданно отпугивал от крейсера космических паразитов, космических пиратов и назойливых Свидетелей Иеговы.

Как только окно заперли на шпингалет, ураган тут же прекратился. Сирена смолкла. За дверью в коридоре, хаотическая беготня, прекратилась в ту же секунду — люди поправили галстуки, отряхнулись и чинно, спокойным шагом, с портфелями в руках, зашагали дальше по своим делам. Некоторые в этой толпе шли с туристическими рюкзаками за спиной, а кто-то тащил за собой базарную сумку-тележку на двух колёсиках.
________________________________________
Часть 2. Будни космического абсурда

Следующие три дня, прошли в штатном режиме. Капитан Нэльсон, лично обходил корабль, чтобы проверить, как продвигаются хозяйственные дела.
В отсеке гидропоники, он подошел к главному агроному, который выращивал космическую картошку.

— Как урожай? — строго спросил Капитан.
— Отлично, сэр! Но у нас завелся космический, колорадский жук.
В этот момент, мимо них на задних лапах, прошагал двухметровый жук в скафандре, несущий под мышкой, мешок отборной картошки. Капитан проводил его абсолютно невозмутимым взглядом, повернулся к агроному и сказал:
— Главное — вовремя опрыскивать.

Затем, Капитан заглянул в медицинский отсек. Там доктор осматривал пациента.
— Доктор, это серьезно? — спросил больной.
Доктор с грустным лицом посмотрел на рентгеновский снимок, где вместо скелета был отчетливо виден силуэт застрявшего внутри разводного ключа.
— У меня для вас две новости, — сказал доктор. — Первая: мы наконец нашли пропавший разводной ключ Петровича. Вторая: вам теперь категорически нельзя проходить через металлоискатель.

В трюм заглядывать Капитан побоялся. Крейсер втихую подрабатывал левыми грузоперевозками. До сих пор оставалось загадкой, где находились безумные торговцы, желающие возить на нём груз, потому что космические мыши в трюме в первый же день начисто сгрызали всё подчистую. Они расплодились настолько, что представляли угрозу для экипажа. Вся команда панически боялась совать нос в трюм.

И только хитрый Петрович, отважно проворачивал там, какие-то свои мутные схемы. Кто-то из экипажа видел, как он утром заносил в трюм бухту ещё новенького кабеля, в толстой обмотке, а вечером забирал оттуда абсолютно голый, очищенный от изоляции медный провод. Поговаривали, что мусоровоз скупщиков металла, который тащился за крейсером, уже был доверху набит проданной им Петровичем медью. Ещё шептались, что Капитан с ним в доле, потому что копит себе на пенсию и потому закрывает на это глаза.

Капитан вообще, на всё закрывал глаза. До пенсии, ему оставался ровно один год. Думая об этом,  он мечтательно зажмуривался, и представлял себя на берегу Ю-Питерианского моря. На собственном острове, в коротких гавайских шортах и яркой рубашке, лежащим в шезлонге с бокалом коктейля. Когда его накрывали эти мысли, он, независимо от того, где находился, блаженно закрывал глаза и умелым, профессиональным движением стриптизёра, одним рывком, сбрасывал звенящий медалями тяжёлый мундир, прямо на пол, оставаясь в одних семейных трусах в горошек. Молоденькие официантки, каждый раз при этом испуганно взвизгивали, и со звоном роняли подносы с посудой. Тогда на звук битой посуды, тут же приходил Петрович, понимающе обнимал Капитана за плечи, и уводил из столовой. Петрович, как никто его понимал — ему до пенсии, тоже оставался один год.

Вечером, в кают-компании, Капитан решил сыграть в шахматы сам с собой. Он сделал ход конем, пересел на противоположный стул, задумался, нахмурился и со словами «Ах ты мошенник!» яростно перевернул доску, а затем и сам стол, на котором стояли фигуры. После чего, объявил себе строгий выговор, за неспортивное поведение. Обычная ежедневная рутина. Всё шло своим привычным чередом.
________________________________________
Финал. Звезда Смерти и Чайный Коллапс

На четвертый день, звёзды в космосе начали пропадать. Одна за другой, будто кто-то стирал их ластиком.

Из темноты, выплывала гигантская, устрашающая ,Звезда Смерти — боевой корабль, злобных, космических пришельцев. Их посудина была настолько колоссальных размеров, что заслоняла собой, ровно половину известной Вселенной (и ещё немного загораживала вид на Ю-Питер).

На мостике «Непотопляемого III» затрещала связь. Экраны замигали. Пришельцы, похожие на гибрид осьминога и разгневанного налогового инспектора, активировали направленный квантовый телепорт.

В этот самый момент, Капитан Нэльсон мирно сидел в своем глубоком кожаном кресле, и как раз протянул руку за кружкой чая. Вспышка!
Телепорт сработал так аккуратно, что Капитана перенесло на вражеский корабль, прямо вместе с его тяжелым кожаным креслом, и кружкой горячего чая в руке.
Капитан, оказался в центре зловещей цитадели пришельцев, окруженный сотнями вооруженных лазерными бластерами пиратов. Главный злодей, щелкнув переключателем на огромном футуристическом пульте управления, отключил телепорт. Луч погас.
— Ага! Попался, жалкий землянин! — прорычал главарь пиратов, наставив на Капитана бластер. — Мы требуем за тебя выкуп! Ты главный на том ржавом корыте. Отвечай, в чем заключались твои обязанности?!

Капитан Нэльсон даже не повёл бровью. Он вальяжно откинулся на спинку своего кресла, приподнял кружку и с непоколебимой гордостью ответил:
— Я отвечаю за безопасность.
И с этими словами, он сделал внушительный, солидный глоток из кружки.
Лицо Капитана тут же перекосило. Вкус презерватива, три минуты варившегося в кипятке вместе с пакетиком «Липтона», явно не соответствовал стандартам высокой кухни.

— Кха-тьфу! — смачно, прыснул Капитан чаем, прямо изо рта.
Фонтан чая, слюны и чайной заварки, прицельно полетел вперед, и накрыл собой главный электронный пульт, корабля похитителей.

Судя по всему, инопланетная клавиатура, за триллион космобаксов, абсолютно не предполагала защиту, от пролитого чая, марки «Липтон». Внутри пульта, мгновенно началось, дикое, короткое замыкание. Полетели искры, начали со звоном лопаться голографические экраны, перегорать неоновые лампочки и взрываться процессоры.
На корабле захватчиков, тут же взвыла своя, инопланетная сирена. Экзотический экипаж пришельцев, побросав бластеры, в панике начал хаотически бегать в разные стороны, наступая друг другу на щупальца.

Видя такое дело, Капитан Нэльсон, не вставая из кресла (он просто перебирал ногами по полу, как на офисном стуле с колесиками), бочком-бочком стал пробираться к мигающему от замыканий телепорту, чтобы вернуться обратно.
Он успел заехать в зону действия луча, в самую последнюю секунду. Стоило его креслу, материализоваться обратно в родной рубке «Непотопляемого III», как исполинский корабль захватчиков, позади него с оглушительным беззвучным взрывом разлетелся на атомы.

От Звезды Смерти, во все стороны, полетела гигантская туча обломков, ржавых болтов, гаек и листов обшивки. Они с грохотом, забарабанили по корпусу корабля Капитана, оставляя на нём десятки новых, сочных вмятин.
Камера переместилась за борт. Космонавт в испачканном скафандре, только-только закончивший работу, тяжело вздохнул, снова макнул валик в ведро с белой краской, и принялся замазывать свежие вмятины.

А внутри рубки Капитан Нэльсон, спокойно открыл рот, аккуратно вытащил оттуда за ниточку мокрый, но целый презерватив, в блестящей упаковке и уверенным жестом вложил его в ладонь, дежурного офицеру.

Ноги официантки, в туфлях на шпильках, и короткой юбке, всё ещё по-прежнему лежали на плечах офицера. Офицер, тупо смотрел, на мокрый квадратик в своей руке.

— Я отвечаю за безопасность, на этом корабле, — гордо и невозмутимо сказал Капитан, поправил китель, и зашагал кренясь на бок, дальше по своим делам.
На заднем плане Петрович, всё ещё держась за примёрзший спасательный круг, пытался достучаться отвёрткой в иллюминатор, и просил пустить его обратно, но его никто не слышал. Всё шло в штатном режиме.

КОНЕЦ ЭПИЗОДА I
________________________________________
ГОЛЫЙ КОСМОЛЁТ. ЭПИЗОД II: СКРЫТАЯ УГРОЗА ШПИЛЕК

Часть 1. Предыстория. Любовь и короткое замыкание

Всё началось, за три месяца до инцидента с чаем. Космический крейсер «Непотопляемый III» мирно дрейфовал, в туманности Андромеды, а дежурный офицер Боб, тоскливо листал журнал «Популярная космомеханика», где на развороте большого постера,  была изображена новая модель гаечного ключа. Бобу было очень тоскливо и одиноко.

В этот момент, двери рубки открылись, и вошла она — Люси, новая официантка из судовой столовой. На ней был белоснежный, накрахмаленный передничек, а её ноги, венчали туфли на шпильках, такой длины, что при каждом шаге, она рисковала проткнуть обшивку корабля, и вызвать разгерметизацию.

— Я принесла вам борщ, сэр, — томно сказала Люси, покачивая бедрами. — Из свежей космической свеклы.
— Спасибо, Люси, — дежурный офицер Боб сглотнул. — Вы знаете... вы прекрасны, как парад планет.
— О, Боб! Вы говорите это всем девушкам, на навигационном мостике?
— Нет, только тем, у кого есть допуск к пищеблоку, — честно признался Боб, преданно глядя ей в глаза.

Музыка за кадром заиграла громче. Боб встал, подошел к Люси, взял её за руки... и они закружились в страстном танце. Проблема в том, что Боб совершенно не умел танцевать танго, а Люси не умела ходить на 15-сантиметровых шпильках при пониженной гравитации.

На третьем па, Боб споткнулся о шнур от пылесоса, увлек Люси за собой, и они монументально рухнули прямо на главный пульт управления кораблем!

Люси оказалась на спине, её передничек задорно задрался, а ноги для равновесия взлетели на плечи Бобу. Одна из ног при этом, почему-то оказалась босая.  Но самое страшное случилось снизу. Острая металлическая шпилька левой туфли Люси с хрустом вонзилась ровно между кнопками «Гиперпрыжок» и «Слив унитаза».

Раздался страшный писк. Пульт заискрил, выдал облако фиолетового дыма и жалобно пропищал: «Система уничтожена. Пожалуйста, переустановите Windows 3000». Экран погас навсегда. Навигация отказала. Корабль с железным скрежетом  замер.
В этот момент, в рубку зашел, седой Капитан Нэльсон. Он держал в руках чашку, свежего чая. Посмотрев, на дежурного офицера Боба, на Люси и на её шпильки, Капитан строго нахмурился, подошел ближе и спросил:
— Боб, почему на пульте посторонние? И главное — почему борщ остыл?
— Сэр! Пульт... он сломался! Навигация не работает, мы застряли! — запаниковал Боб. Пытаясь выбраться из под ног Люси.

Капитан Нэльсон, сохранил абсолютное спокойствие. Он посмотрел на дымящуюся дыру в приборной панели.

— Хм. Нам нужен новый пульт управления, марки «Галактика-Ультра». Я знаю одно место. Курс — на планету-рынок Торг-Сити. Боб, продолжайте удерживать официантку на плечах, это стабилизирует остаточное напряжение в проводах. Я отвечаю за безопасность на этом корабле.

Часть 2. Планета-рынок и тотальный хаос

Планета Торг-Сити, напоминала огромный, восточный базар, увеличенный до размеров Ю-Питера. Здесь продавали всё: от подержанных летающих тарелок со скрученным пробегом, до контрабандных хвостов, комедийных пришельцев.

Когда крейсер «Непотопляемый III» пришвартовался к планете... Ну, как пришвартовался — на всём ходу с размаху влепился в неё боком, издав при этом, страшный железный грохот. И звон битой посуды, внутри себя.  Этим он, собственно, и затормозил, с треском снеся, несколько деревянных торговых киосков,  лотков и павильонов.  Продавцы из них, в последнюю секунду успели выскочить в окна, с дикими криками «Атас!» и «Полундра!».

Невозмутимый Капитан, привычно встал с пола (его сбросило при торможении с офисного кресла на колёсиках) и громко отдал команду через мегафон:
— Суши вёсла!
Новый зав.складом, тут же, схватил настоящее деревянное весло, от старой речной лодки и послушно унёс его в сушилку.

До этого,  весло почему-то лежало, рядом с сейфом, в котором хранились  секретные коды, запуска ядерных ракет. В открытом сейфе, лежала забытая кем-то,  из заглядывающих в него последним, советская шапка ушанка, с большой красной звездой спереди.

А по вмятинам на сейфе, было понятно, что дверка его заедала. И его каждый раз   вскрывали, этим же деревянным веслом. Что в принципе не имело смысла. Эти коды запуска, где только не валясь на корабле. Одна из копий, даже висела на гвоздике в туалете. Так что все давно, выучили их наизусть. Да к тому же, эти коды не менялись ни разу, за все 300 лет.

Код состоял, всего из четырёх цифр.  1 2 3 4 – теперь, даже вы его знаете!
Так что, вскрывать сейф деревянным веслом, не было никакой необходимости.
И тем более, не было и необходимости в этих  секретных кодах. Потому что и самих то ядерных  ракет, давно не было. За всё время корабля, ни одна ракета, не покинула корабль штатно,  своим ходом. Все они сломались, и стали  добычей мусоровоза.

Базар, встретил их невероятным, шумом и гамом. Это гамма-лучи, нещадно фонили. Тут коммерция, побеждала инстинкт самосохранения. Люди и пришельцы, были готовы облучаться,  ради выгодной сделки.

А шумели все подряд: торговцы и покупатели, обманщики и обманутые. Торг и ругань, шли одновременно, на всех существующих языках Вселенной, и ещё на одном выдуманном — межпланетном матерном языке, который служил универсальным средством общения, и был понятен даже младенцу.

По рынку, как раз шёл такой, младенец Чужого. На спине папаши-Чужого ещё были видны остатки соломы из его гнезда на радаре. Чужой, вёл своего младенца за руку, а тот упирался, хныкал и требовал срочно, что-то ему купить. Старшему Чужому, это быстро надоело: он поднял лапу, с огромными когтями, и отвесил младенцу, хорошего воспитательного подзатыльника. Младенец, тут же стал шёлковым и послушным. Подзатыльник — это тоже международный язык общения.

— Законы Вселенной одни для всех, — проговорил совершенно не к месту Капитан Нэльсон, наблюдая за семейной сценой, с трапа своего корабля.

Капитан, дежурный офицер Боб и Люси (которая шла босиком, так как шпильку так и не смогли вытащить из сгоревшего пульта) сошли на землю. Следом за ними, по трапу быстро сбежала упитанная крыса, и скрылась где-то среди торговых рядов.
— На все покупки, у нас ровно два часа, — сказал Капитан, сверяя время по своим наручным, солнечным часам.
— Сэр, ваши часы спешат, — ответил дежурный офицер Боб. Он подошел, и бережно исправил время на часах, просто развернув Капитана, за плечи другим боком к солнцу.

Наблюдающий, за этим торговец с окраины, сказал.
—  Гениально ! А ведь это идея ! Мне нужно подстроить, спутниковую антенну на крыше.
Сегодня же, вызову  рабочих с домкратами, пусть они дом повернут. 

— Так, — сказал Капитан, сверяясь со списком покупок, написанным на куске старых обоев. — Нам нужен пульт, пакет молока и освежитель для воздуха с запахом «Морской бриз». Боб, Люси, держитесь рядом. Здесь полно карманников, и честных продавцов, что в принципе одно и то же.

Они, подошли к огромному павильону «Всё для новых космолетов». За прилавком, там стоял четырехрукий гуманоид, в засаленной кепке.

— Могу предложить вам  И-ПЯТЬ флешку, с Искусственным Интернетом и Искусственным Интеллектом, — заговорщицки прошептал он, пугливо оглядываясь по сторонам.
— Уважаемый, — вежливо обратился Капитан Нэльсон, демонстрируя фирменное каменное лицо. — Мне нужен пульт управления «Галактика-Ультра». Желательно с кнопкой «Турбо» и подстаканником.
— О-о, начальник, это жуткий дефицит! — запричитал торговец, потирая все четыре руки сразу. — Есть самый последний. Стоит миллион космобаксов. Или... меняю, вон на те золотые медали у вас на груди!

Капитан Нэльсон задумался. Он посмотрел на свои многочисленные награды. Затем перевёл взгляд на пульт, который красовался на самой верхней полке — весь в хроме, с кучей мигающих разноцветных лампочек.

— Безопасность корабля, не имеет цены, — пафосно произнес Капитан.
Он протянул руку, чтобы снять пульт с полки и рассмотреть поближе, но, будучи немного неуклюжим, случайно задел локтем, стоявшую рядом гигантскую пирамиду, из канистр с контрабандным, жидким, межгалактическим топливом.

Бабах! Вся пирамида с грохотом обрушилась. Одна из канистр покатилась по проходу,  врезалась, ему прямо в голову, спящего прямо на полу, в спящем режиме,  боевого робота-охранника. Киборг-убийца, мгновенно проснулся, от испуга, у него включился режим «Красная угроза», он начал палить из лазерных пушек, без разбору во все стороны сразу.

— Ложись! — крикнул дежурный офицер Боб, падая на пол. Люси, тут же уселась, на него сверху. На лице Боба, появилась довольная улыбка.

Капитан Нэльсон даже не пригнулся — он не привык кланяться пулям. Он продолжал, с глубоким интересом, разглядывать ценник на пульте. Лазерный луч, пролетел в миллиметре, от его уха и попал в клетку, с редкими огнедышащими марсианскими хомяками. Клетка расплавилась. Сто, разъяренных горящих хомяков, вырвались на волю, и с диким писком, побежали по рынку, поджигая палатки, с персидскими коврами, и ларёк с космической шаурмой, из которого с лаем, выскочила стая бродячих собак.

На рынке, началась грандиозная паника. Тысячи пришельцев, бегали кругами, толкая друг друга. Завыла планетарная сирена. Капитан Нэльсон, вообще не замечая ада вокруг, взял пульт с полки, повернулся к Бобу и всё ещё сидящей на нём Люси, и сказал:
— Смотрите, какая эргономичная модель. И кнопки мягкие.

В этот момент, за спиной Капитана, с грохотом взорвалась, огромная цистерна с топливом. Огромный огненный гриб, взлетел в небо. Мощная, расходящаяся кольцом, взрывная волна, с мясом оторвала вывеску павильона, “всё для новых кораблей”, и та с треском рухнула, прямо на четырехрукого торговца, намертво прижав его к полу.

— Мой магазин! Мой бизнес!  Моя нога! — истошно, кричал торговец, из-под вывески.

Капитан Нэльсон, сочувственно наклонился к нему, и вложил в одну из четырех рук торговца, пакетик чая «Липтон».
— Держись, сынок. Главное — не падать духом. А  пульт и флешку, я забираю в счет компенсации, за моральный ущерб, от вашей, такой небезопасной торговли.
Капитан развернулся, и под аккомпанемент взрывов, криков и бегающих горящих хомяков, величественно пошел к выходу с рынка. Боб и Люси, кашляя от дыма, зашагали  следом.

Часть 3. Возвращение героя

Через час, они вернулись на «Непотопляемый III». Капитан Нэльсон, лично установил новый пульт в рубке — он идеально встал на место прежнего, сгоревшего. Правда, пульт оказался, пиратским,  не лицензионным,  из-за специфической китайской сборки, когда Капитан включал правый поворотник, на корабле почему-то, со свистом открывался люк в туалете, но это были мелочи, к которым весь экипаж, очень быстро привык и приспособился. И перепаивать, провода в пульте никто не стал. А очередь в туалет, теперь выстраивалась, только тогда, когда корабль маневрировал.

Капитан, сел в свое кресло, взял кружку чая (в которой невесть откуда снова плавал презерватив) и посмотрел на подчиненных. Официантка Люси снова запрыгнула на пульт, поудобнее умостилась на нём, а ноги в новых туфлях (уже без шпилек) уложила на плечи, дежурного офицера Боба. Всё вернулось на круги своя.

Капитан Нэльсон отхлебнул чаю, поморщился, вытащил изо рта мокрый презерватив, отдал его Бобу и с гордостью сказал:
— Я отвечаю за безопасность на этом корабле. Боб, Люси, не отвлекайтесь от калибровки. Мы летим домой.

А за чистым стеклом иллюминатора, всё так же летал замерзший электрик Петрович, держа под мышкой, украденный с планеты-рынка огнетушитель, и одобрительно, через испачканное краской  стекло, кивал Капитану.

КОНЕЦ ЭПИЗОДА II
________________________________________
ГОЛЫЙ КОСМОЛЁТ. ЭПИЗОД III: ПОСЛЕДНИЙ ДОВОД ПЕТРОВИЧА

Часть 1. Незваный гость и правила парковки
Прошел месяц, после того как Капитан Нэльсон, разнес планету-рынок. Крейсер «Непотопляемый III» летел со скоростью ленивой улитки, потому что новый китайский пульт управления, вместо гиперскорости намертво включил режим «Подогрев сидений».

Дежурный офицер Боб, рассказывал разлёгшейся на пульте, молоденькой официантке Люси. Истории из славного прошлого, их крейсера. Пользуюсь тем,  что Люси у них новенькая, и ещё всему удивляется.

— Ой, с  этими космическими пиратами, было столько забавных историй.
Как то, к нашему Петровичу, спешит Пиратский капитан. И кричит ему в иллюминатор.

 —  Вай, у мэнэ к тебе  дэло, бэз отлагательной важности.

 Поясняет. что только что,  он был на  планэте-рынке Торг-Сити.

И там все,  хотят видеть,  нашего Петровича. Потому что , у всэх там стоят таблички,  где написано по русски, куплю мэд. Всем срочно, понадобилась мэдяха, Петровича. Петрович, это дело слышит, и тут же берет у капитана отгул, набивает мусоровоз пирата, под завязку медью. И они на гипер  звуке, летят на планету-рынок Торг-Сити. А это минуточку, тогда был другой конец Вселенной, бензина потратили на дорогу уйма. Петрович, уже на обрывке обоев, в столбик подсчитывал прибыль. Когда они добрались до рынка. Но потом, его мечты разрушились.  И мы даже здесь, в крейсере, через весь вакум космоса, слышали как буйствовал Петрович, когда они туда добрались.  Он возмущался на пирата,  громогласным голосом, усиленным чьим то рыночным громкоговорителем. При помощи которого Петрович орал прямо на орбиту, в след  удирающему кораблю пирата.

— Ах ты чорт, не русский!  Тот пиратский капитан, действительно был не из Нашей Галактики. —  Ты совсем,что ли,  не грамотный ? Медь пишется, с мягким знаком, в конце. Мед, они хотели купить, а не медь !  Где, я им сейчас, мёд возьму, если твой мусоровоз полностью, забит медью !

   Люси, обворожительно засмеялась, комичности ситуации, а может, это ей просто  Боб так нравился.



 — Ой, а ещё,  с этим пиратским мусоровозом, была такая забавная история.
Земное  командование, тогда совсем рехнулось, и прислало нам  срочный, секретный  груз. С требованием поставить на баланс крейсера. И показывать по первому требованию, всем проверяющим инспекторам . Вы Люси, не представляете как удивился завхоз, когда последняя сургучная печать на упаковке   груза была снята. Оказалось что это, комплект  могильных берёзовых крестов, сразу на весь экипаж.

Интендант доставивший их, категорически отказался  отказался везти их назад. Даже под угрозой завхоза, что он лично его треснет по башке, одним из этих берёзовых крестов. И будет бить так, пока тот не скажет, зачем они вобще  нужны в космосе? А интендант отвечал, что он тут не причём.  Что на земле, когда формировали заказ на изготовление, сломалась кнопка у компьютера. Застряла в клавиатуре. И пока её вытащили, она успела дорисовать несчётное множество нулей. И пока ошибку нашли, и заказ отменили. Уже успели изготовить количество крестов, превышающее количество всей армии. Во всех её ипостасей.

И тогда генералы в командовании , разработали план как это использовать.
Каждому военному, должны были заранее вручить. Награду – орден железный  крест,  и за одно и деревянный могильный крест. И военному предписывалось.  Если он в бою совершит подвиг, то он должен был тут же сам достать и одеть себе этот орден. А если, в попытке совершить этот подвиг,  военный погибнет.

То он должен был, установить на своей могиле, этот крест.

 Конечно же никто из них, не стал ждать пока подвиг совершится. И нацепили награды, себе на грудь.

Тут то и выяснилось, что у одних оказались ордена, а у других простые медали. У одних были новенькие ордена, украшенные драгоценными камнями. А у других старые, ржавые, немецкие  железные кресты, ещё со складов оставшихся от второй мировой.  Кому то из военных,  наград вобще не хватило. А у кого то их было ,  от четыре и больше. Особенно много досталось командирам, их распределявших. Некоторые, от перегруза обилия наград,  на своём мундире, буквально с места не могли сдвинуться, чем заработали себе, ещё и  дополнительный отличительный знак, за боевое ранение – скалиоз.   

— А на наш крейсер, прислать ящик с орденами,  конечно же позабыли.
Мрачно отметил Петрович. Косясь, на увешанную  в четыре ряда орденами, грудь ушлого интенданта.


 Все деревянные кресты,  были пронумерованы. Прочитав сканером, таким же как в супермаркете, номер на деревянном изделии, крест сухой - берёзовый. Можно было узнать, на экранчике сканера, что за герой тут лежит. По этому,  военным запрещалось, меняться крестами, выбирая себе номер по лучше.  Да только, кто эти запреты слушает.

По плану, тех же самых генералов, каждый военный, теперь идя в атаку, должен был с собой, тащить этот свой крест. Это должно было деморализовывать, население противника. Особенно страшно, смотрелась бы группа десантников спускающаяся на парашютах и с берёзовыми крестами, в руках.   

Интендант, скандалил и требовал чтобы подписали что приняли его груз. Что нигде такого не было.  И все теперь безропотно несут свой крест. И даже пилоты наземных истребителей, согласились и взяли.  Хотя у них,  теперь   в их самолётах, не закрываются кокпиты.

И все моряки, тоже согласились, нести свой крест. Хотя они, а особенно подводники, часто застряют с крестом в их узких коридорах и  люках.

На что Петрович, мрачно согласился.

— Ну да, тут явная польза, когда их корыто потонет в море, то они хотя бы смогут, на этих крестах, доплыть до берега.

 
   Места где их хранить, на корабле не было. Поэтому, их сгрузили просто кучей, прямо   в коридоре. В первую же невесомость , они разлетелись из этого коридора, по всем остальным  коридорам. Это очень пугало, случайных попутчиков.  Капитан тогда, вежливо поблагодарил, земное командование.  Сказал, что он очень  ценит,  как его ценят,  потому что, для  всех изделия были из березы,  а для капитана из дуба.

Ох, и на мордовались же мы тогда, производи инвентаризацию. Плотники на земле, оказались те ещё затейники. Им было скучно, просто так, клеймить свои изделия, инвентаризационными номерами. И потому у любых  двух изделий, из всей партии, не было двух одинаковых мест, где был выжженный лазером номер.

Поэтому, мы две недели, всем экипажем, выискивали на изделиях номера, вращая их,  перед корабельными телескопом. Обиженный интендант, не оставил  сканер для считывания цифр. Поэтому и пришлось их считывать телескопом. Когда же, все номера, были найдены, и тщательно переписаны в тетрадку завхоза.


В первую же, тёмную ночь, Петрович, весь этот хлам, по тихому, выбросил за борт,  в космос.

- Ну вот, Люси,   а если вы помните  то сзади , за крейсером тащился мусоровоз.  И сонные пираты, на всём ходу, врубились в эту кучу, деревянных крестов. Их метеоритное оповещение, не сработало.
Понятное дело, ведь метеориты или каменные или железные. А где ж вы видели деревянные метеориты ?

Люси, заулыбалась.

 Тогда вопли, от ужаса, на мусоровозе пиратов, когда они разглядели в кучу чего де они въехали, были громко слышны на весь космос. Они своими криками, даже разбудили нашего Чужого. Не ну ты представь, ночка была. Пираты от  страха орут, а напуганный Чужой, по  антенне локатора, до утра гремит,  и  на луну воет.

И они вдвоём так весело, засмеялись с комичности этой ситуации. А  Боб  ещё к тому же стал своим голосом показывать, как потешно тогда выл на луну  Чужой.
 
Что космонавт снаружи, который  усердно закрашивал валиком бесконечные вмятины. Услышав эти звуки, испугано оглянулся, в сторону локатора. И стал усердно красить валиком, в два раза быстрее.
 
 Он как раз заканчивал, закрашивать фразу   «ПОШОЛ НА », перед буквой трёх этажной буквой «Х »,  и начал выводить белой краской букву «О» в слове «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ», когда из гиперпространства, с диким визгом тормозов, вылетела хромированная, летающая тарелка с мигалками.

 На борту тарелки красовалась надпись: «МЕЖГАЛАКТИЧЕСКАЯ ИНСПЕКЦИЯ ПО ОХРАНЕ ТРУДА И ПОЖАРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ».
Автоматические двери рубки «Непотопляемого III» разъехались с таким грохотом, будто внутри них взорвали петарду. В отсек вошел Главный Инспектор Крэг, которого злые языки, за глаза называли, Михельсон Конрад Карлович,  — потому что  это был гуманоид, с тремя глазами, блокнотом в руках, и лицом человека, которому только что, наступили на любимый мозоль.

Капитан Нэльсон, сидел в своем кресле, и сосредоточенно пытался засунуть в ухо мятную  конфету.

— Так-так-так, — зловеще протянул Инспектор Крэг, выписывая что-то в блокнот. — Капитан Нэльсон? Я — главный инспектор Крэг. На ваш корабль поступило 47 тысяч жалоб, от Межгалактического профсоюза электриков. Им приходится ползать по трубам, в машинном масле и мышином помёте, и работать под напряжением, с практически оголёнными проводами, потому что мыши сожрали абсолютно всю изоляцию! И всё сливочное масло, в столовой.

— Добрый день, инспектор, — Капитан Нэльсон, невозмутимо встал, и выплюнул в свою открытую  ладонь,  беспроводной   наушник, а потом каменным выражением лица, этой же рукой, пожал Крэгу руку. — Рад видеть вас. Я отвечаю за безопасность на этом корабле.

Второй рукой, он с абсолютно спокойным лицом, залез в карман кителя, достал оттуда, неведомо как там оказавшуюся,  живую космическую мышь и отбросил её в сторону. После посещения планеты-рынка, этих мышей находили вообще везде.
Даже в столовой, в кастрюле с борщом.
В этот момент, официантка Люси томно вздохнула, на пульте управления. Её ноги в туфлях-лодочках, по-прежнему лежали, на плечах дежурного офицера Боба. А сам Боб, в этот момент, честно пытался одной рукой, заполнять бортовой журнал, восполняя в нём пробелы за последние три года, а второй — незаметно чесать Люси пятку.

Капитан, совершенно невозмутимо,   достал из кармана вторую мышку.  Он, пристально посмотрел  на неё, держа на открытой ладони, и сказал Крэгу:

  —  «Это конфиденциальный свидетель, по делу о погрызенной изоляции», и передал с этими словами, мышь дежурному офицеру Бобу. Люси, увидев мышь в руках Боба, испугано взвизгнула. Но позы не сменила. Под её спиной, нажалась кнопка. И корабельная башня, напугав Чужого,  дала унылый салют, куда то в глубины космоса.


Инспектор Крэг  вздрогнул, и медленно повернул к ним, все три округлившихся от удивления глаза.
— Капитан... Ваш дежурный офицер, выполняет функции, подставки для ног.
Почему у вашего навигатора, на плечах женские ноги? Это нарушает параграф 4, устава о недопустимости, посторонних предметов на рабочем месте!
— Вы не понимаете, инспектор, — строго, отрезал Капитан Нэльсон. — Это живой тренажер, для шеи. Профилактика, остеохондроза в условиях невесомости. Боб, поверни шею налево.

Боб послушно, повернул голову. Люси, на пульте перевернулась на другой бок, случайно нажав спиной кнопку «Сброс ядерных отходов». За окном, привычно что-то бахнуло, зеленым пламенем.

— Прекрасно, тренажер работает, — одобрительно кивнул Капитан.

Часть 2. Большой аудит

Инспектор Крэг, начал яростно ходить по рубке, тыкая пальцем во все углы.
— У вас, огнетушитель, просрочен на триста лет! — кричал Крэг. — Из него вместо пены, летит моль!
— Зато, она экологически чистая, — парировал Нэльсон, не меняясь в лице.
— У вас, аптечка пустая! Тут лежит, только засохшие листья подорожника, балалайка и бутылка водки!
— Подорожник — от физических ран, а балалайка и водка — от душевных, — резонно заметил Капитан. — Комплексная терапия…
Крэг, подбежал к главному щитку и замер от ужаса. Табличка «НЕ ВКЛЮЧАТЬ — РАБОТАЮТ ЛЮДИ!» всё еще висела на рубильнике.
— Капитан! Почему рубильник включен, если на нем висит этот знак?! Где человек, который там работал?!

Капитан Нэльсон, подошел к иллюминатору, элегантно отодвинул шторку. За стеклом, прямо в открытом космосе, пролетал совершенно синий от холода электрик Петрович. Он сидел верхом на алюминиевой стремянке, как на коне, держал под мышкой огнетушитель, украденный с планеты-рынка. Судя по роящейся  из него моли, этот огнетушитель, до того как попасть на рынок,  был украден с их же корабля.   Петрович, обреченно играл сам с собой, в «камень-ножницы-бумага».

— А, Петрович, — тепло улыбнулся Капитан. — Это наш лучший, сотрудник года. Видите, как эффективно, он использует рабочее пространство? Никаких затрат на аренду офиса. Настоящий фрилансер.
— Он же без скафандра! — взвизгнул инспектор Крэг, у которого от паники задергался средний глаз. — Он замерз! Он сейчас погибнет!
— Ерунда, — отмахнулся Капитан. — Петрович из Челябинска. Для него это обычное бабье лето.

Часть 3. Спасательная операция и финальный бабах

Инспектор Крэг, окончательно потерял самообладание.
— Всё! Это финал! Я закрываю ваш корабль, а вас, Капитан, лишаю лицензии! — Крэг потянулся к карману, чтобы достать официальную красную, голографическую печать «ОПЕЧАТАНО».

Но мы же помним правила, этой вселенной. В карманах, у людей на этом корабле, всегда происходит путаница. Крэг, продолжая орать о штрафах, вытащил из кармана предмет, и с пафосом шлепнул его на пульт управления. Это была не печать. Это была, плазменная, ручная противокорабельная граната пришельцев, которую инспектор, случайно конфисковал на прошлой неделе, и отвлекшись на трехгрудую, марсианскую стюардессу, напрочь забыл выложить из брюк.

— Я закрою эту богадельню! — кричал Крэг, случайно зацепив пальцем, сенсорную чеку гранаты. Щёлк. Чека осталась у него в руке. Граната на пульте, начала зловеще мигать красным, а из её динамика начался громкий, обратный отсчёт, на марсианском языке. Этих слов, никто из присутствующих не понимал, но общий, зловещий смысл, улавливали все, очень хорошо.

Боб, побледнел. Люси, взвизгнула и еще сильнее обняла Боба, ногами за шею. Инспектор Крэг, посмотрел на гранату, потом на чеку, потом на Капитана.
— Ой, — сказал Крэг. — Кажется, это была не печать. Нам конец. До взрыва 5 секунд!
Капитан Нэльсон, даже не моргнул. С каменным лицом героя, спасающего галактику, он совершил молниеносное действие. Он схватил со стола кружку, со своим легендарным чаем (в котором всё еще, за ниточку плавал презерватив), замахнулся и... с криком «Безопасность превыше всего!» швырнул кружку, прямо в иллюминатор!

Звон разбитого стекла!

Вакуум, мгновенно ворвался в рубку. Ураганный ветер, снова поднял в воздух все документы, таблицы кодов, сорвал со стены календарик,  с голой марсианской красавицей,  сдул парик с дежурного офицера Боба, и напоследок засосал мигающую гранату, в образовавшуюся дыру в окне.

Мигающая красным, граната, вылетела в открытый космос, и полетела прямо в сторону Петровича. Петрович, проявив чудеса челябинской реакции, на лету поймал гранату, засунул её внутрь украденного огнетушителя. Он сам потом, не мог сказать, зачем он это сделал. Вероятно в нём, невероятно  сильна тяга, ко всяческой халяве. Гранту он схватил, скорее от жадности. Зачем добру в космосе пропадать. Поймал и тут же спрятал, оглядевшись по сторонам. С такой же проворностью, марсианская  лягушка, ловит комаров. Не потому что голодная, а потому что так надо.   А потом, проворно нажал на рычаг огнетушителя , и направил его сопло, в сторону улетающей стремянки.

БА-БАХ!!!

Огнетушитель, сработал как пороховой ускоритель. Граната, взорвалась внутри него, дав мощнейший реактивный импульс. Петровича, вместе со стремянкой, с бешеной скоростью, понесло прямо,  обратно к разбитому иллюминатору «Непотопляемого III». Он, влетел внутрь рубки, как торпеда из пушки, аккурат головой вперед, и намертво застрял в разбитом окне, идеально закупорив пробоину, своим телом и пенопластовым спасательным кругом, который всё еще болтался у него на шее.

Ураган в рубке, мгновенно прекратился. Космический вакуум, был побежден спиной Петровича.

Финал трилогии

В рубке, повисла гробовая тишина. Только Петрович, тихонько хмыкал, застряв в окне. А космонавт-маляр, снаружи принялся старательно красить штаны, брыкающегося Петровича в белый цвет.

Дело в том, что Петрович вчера, чтобы согреться в вакууме, выпил абсолютно всю жидкость, которая находилась в тормозной системе крейсера. От Петровича шёл такой мощный перегар, что стекло на шлеме скафандра маляра, сначала снаружи густо запотело, а потом, покрывшись сетью мелких трещин, от спиртовых паров Петровича, навсегда утратило свою прозрачность. Но работу свою, маляр знал хорошо. И потому, ни на минуту не сбавив темп, он вслепую, на ощупь продолжил старательно красить обшивку, и торчащую из неё, заднюю часть Петровича.
Уже полностью седой, инспектор Крэг,  стоял на коленях, тяжело дыша. Все его три глаза, были размером с чайные блюдца. За свою долгую службу, он всякое видывал, но такое — впервые. Он с глубоким почтением, посмотрел на Капитана Нэльсона, который стоял посреди этого хаоса, аккуратно отряхивая парадный китель, от осколков стекла и мышиного помёта.

— Вы... вы только что, спасли нас... с помощью Петровича и законов физики, — прошептал инспектор.
— Нет, — спокойно ответил Капитан Нэльсон. — Я спас нас, с помощью командной работы, и хорошей вентиляции.

Капитан, подошел к Крэгу, залез в карман, достал оттуда мокрый, слегка пахнущий бергамотом презерватив, в блестящей упаковке и торжественно вложил его в руку потрясенного инспектора.

— Вот ваша печать, инспектор. Можете ставить её, где угодно. Потому что...
Капитан Нэльсон, повернулся к камере лицом, приподнял бровь и гордо закончил:
— ...Я отвечаю за безопасность на этом корабле.
Музыка взлетела до небес. Капитан, взял гавайскую гитару укулеле, и подыгрывая себе, стал напевать весёлую песню. Проводя моментальную мифологизацию,
превращая произошедшие события в эпос.

 Весь экипаж, в глубинах коридоров, всего корабля, притопывая в такт ногой  и хлопая ладошами, тут же подхватил его песню.

  Капитан развернулся, и кренясь на левый бок, под весом медалей, гордо ушел в закат (то есть в сторону столовой), эпично наступив по пути, корабельному коту на хвост, и споткнувшись следом, о шнур от пылесоса на самом выходе.
________________________________________
; Гимн «Непотопляемого III».

(Эту песню, поет сам Капитан Нэльсон под укулеле, пока его корабль, летит на подогреве сидений.  Люси подпевает ему, лёжа на пульте и одновременно контролирует напряжения, при помощи дежурного офицера Боба, а Петрович в космосе за окном, отбивает ритм этой песни, по иллюминатору, своим разводным ключом)



Космос, бескрайний… усеянный звёздами…
Мы, бороздим его… с пьяными тостами…
Наш, звездолёт … в ржавых морщинах…
Вмятины, сбоку … и мыши в турбинах.

Парень, в скафандре … со спрятанным шкаликом…
Красит, обшивку… малярным валиком…
закрасил, окно … вот незадача!
размазал, перчаткой… пьяная кляча… …

аааааааааааааааааааа  ааааааа!

А Капитан, наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… искры сыплются Градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!

Дежурный, на пульте… забыл про приборы…
Люси, уложил …ей закрыв мониторы…
Она, нажимает… спиной всё подряд:
То тумблер, на слив… то на ядерный ад! …

Следит, за порядком … наш капитан …
ему, что корабль … что аэроплан…
он, безмятежно …расплёскует чай…
электро рубильник … включив невзначай! …

аааааааааааааааааа ааааааа!

А Капитан наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… гайки сыплются градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!

Нас, поймали пришельцы … за Ю - Питера кругом…
схватил, Капитан… свою чашку с испугом…
теле-портнулся, он прямо… к врагам…
И плюнул, заваркой … по их серверам! ...

У них, Звезда Смерти … взорвалась к чертям…
стучат, от них гайки … по плоскостям…
Инспектор, по кадрам… гранату принёс…
Петрович, спиною … закрыл тот вопрос!

Петрович, застрял… в разбитом окне…
И Маляр, закрасил… его в тишине…
Корабль, задымился… сгорели панели..
Зато мы, согрелись … хоть и летим еле-ели!

И тут, чайная ложка… куда то пропала…
В энерго, реактор … наверно упала…
Капитан, вынимает… сигару со рта…

и чай, ней мешает …вот это черта!
«Я за! Безопасность … в ответе, друзья!» —
И падает наземь… о провод скользя...

Из космоса, вопли … — Полундра! Атас! —
безумный корабль… прёт прямо на нас…
Наш крейсер, искрит … дребезжит и скрипит,
Но в космоса, всё же … глубины летит!

аааааааааааааааааа ааааааа!

А Капитан наш …седой у руля…
Кричит:... «Безопасность, и вуаля!»
На пульт, разлеглась… из кухни красотка…

теперь, там опять… закоротит проводка…
Летит, космолёт… крысы  сыплются градом…
по окнам, снаружи… колотит завскладом!


Бьёт Петрович, в окно … он просто в ударе…
страшное, что-то … увидел в радаре…
В космосе, маляр… торчит за окном…
и ритм, отбивает … огромным ключом...

Но песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…

свою  песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…


эту  песню, поёт… капитан на гитаре…
Экипаж, не расскажет… ему о пожаре…


аааааааааааааааааа ааааааа!


пока песню, поёт… капитан на гитаре…
ни кто, не расскажет… ему о пожаре…


 (Звук мощного взрыва, финальный тяжелый аккорд гитары, который затихает, под мерный стук разводного ключа, по стеклу иллюминатора: ТУК... ТУК... ТУК... и в самом  конце, слышится тихое «Плюх» — в чашку с чаем Капитана, это через открытое окно,  сверху  в чашку, упала спасшаяся из открытого космоса крыса)
________________________________________

В полной темноте, под потолком рубки, с треском зажигается болтающаяся на оголённом проводе, старая лампа накаливания. Под мерное, гипнотическое покачивание лампы, слышится глубокий, пафосный, закадровый голос, искусственного интеллекта,  бортового компьютера,  который, установился с флешки продавца,  в китайский пульт управления:

— «Анализ данных, выявляет фундаментальный закон Вселенной: Истинная безопасность, не достигается правилами, огнетушителями или идеальной навигацией. Она рождается там, где некомпетентность, достигает такого космического масштаба, что сама энтропия, начинает работать на вас. Наш капитан, никогда не лгал. Он действительно, отвечает за безопасность. Его абсолютное невежество, и гравитационная удача, формируют щит, который пробивает, любые логические угрозы — от Звезд Смерти, до инспекторов по труду. Хаос — это и есть порядок».

Ветер из разбитого окна, принёс   листик,  вырванный из блокнота, запись сделанную  инспектором Крэгом

ФИНАЛЬНОЕ НАСТАВЛЕНИЕ ПО БЕЗОПАСНОСТИ

Если Вселенная рушится, панели горят, а за окном замерзает электрик из Челябинска — не паникуйте.
Заварите чай.
Поправьте китель.
Смотрите, прямо в глаза, грядущей катастрофе, и с полным убеждением заявите:
«Я отвечаю за безопасность на этом корабле».
Остальное, сделают физика, вакуум, и вовремя протянутый презерватив.

ЭПИЛОГ: ПЕНСИЯ НА ПЛАНЕТЕ-ПЛЯЖЕ

(Сцена после титров)

Экраны мониторов, мягко гаснут, музыка затихает, но через секунду картинка снова оживает.

Яркое, слепящее солнце Ю-Питера, заливает лазурный берег, метанового моря. На собственном, необитаемом пляже,  необитаемого острова, в тени раскидистых, неоновых пальм, одна из пальм уже была сломана, её неон мерцает и искрит как сварочный аппарат.  В тени этих деревьев,  стоят два, роскошных, деревянных шезлонга.

В одном из них, лениво вытянув ноги, лежит Капитан Нэльсон. На нем надеты семейные трусы в горошек,  и сварочные  очки, которые он использовал, как солнцезащитные. Потому что сидел в тени, той самой неисправной неоновой пальмы. С которой от замыкания, сыпались сварочные искры. От падающих на него искр, его защищала безумная, гавайская рубашка, с принтом из маленьких, Звезд Смерти. В руке, он держит бокал с коктейлем, в котором вместо бумажного зонтика, торчит блестящая упакованная чека, взрыватель от марсианской гранаты.

В соседнем шезлонге, с балалайкой в руках, блаженствует Петрович. На нем точно такая же рубашка, но его шорты, сделаны из синей спецовки у которой оторвались штанины. А из кармана шорт, гордо торчит новенький , хромированный,  разводной ключ. Тот самый ключ мечты, с большого   постера, на развороте журнала «Популярная космомеханика».   Петрович наконец-то согрелся.

Конечно же, Петрович мог  легко всё починить, синей изолентой. Или ещё проще, они давно могли пересесть  под другую,  исправную. Перетащить шезлонги в другое место, или что для них ещё проще, перетащить пальму в другое место.  Но именно эта искрящая пальма, была их зона комфорта. Они десятилетиями, жили внутри гудящих реакторов, среди протекающих  труб и искрящей проводки. И для них абсолютная тишина тропического Рая  - это был  дикий стресс. И им физически, было бы не комфортно, в идеальной тишине. Это как звук, работающего телевизора, в пустой квартире для тех, кто не переносит тишину. Они привыкли жить в напряжении. Треск электричества, из неисправной пальмы, и запах озона. Это был их привычный,  индустриальный белый шум. И без него, они просто не могли,  расслабиться. Потому что в их прежней жизни, тишина означала что, что-то не работает. Молчит - значит сломано, какая-нибудь из систем,  жизни  обеспечения.

Рядом, под звуки укулеле в руках капитана, местный ансамбль, фигуристых, трехгрудых гавайских пришельцев, в ожерельях из орхидей, танцует зажигательную хулу. Прямо среди них, весело покручивая бедрами, танцует официантка Люси. На ней яркая пляжная юбка и... всё те же, умопомрачительные 15-сантиметровые шпильки, которые теперь глубоко и ритмично втыкаются в прибрежный песок.

Рядом с ней, сгорая от любви и тропического солнца, крутится дежурный офицер Боб. Он честно пытается танцевать, но путается  в  своих ногах. Из-за чего Боб периодически падает  в песок, и лежит на нём лицом вверх, наблюдая вблизи, за танцем Люси.  А потом встает, абсолютно счастливым. Кажется, этот хитрец, падает специально.

В кустах неподалеку, Чужой ласково, отнимает у своего младенца кокос, и нежно дает ему, отеческого подзатыльника. От подзатыльника Чужого,  малыш улетает по параболе,  метров на 20.  Для кого-то другого, это был бы ужас.  Но для семьи Чужих, это была, уморительная повседневность.

 Чуть дальше, на песчаном холмике, космические мыши, мирно доедают остатки, так и не заполненного до конца, вахтенного журнала,   и толстые таблицы, шифров ядерных ракет, в которых на первой странице, была сделана одна единственная, сиротливая надпись. 1 2 3 4.

Тут наверно следует пояснить. Разве может быть у оружия судного дня, такой пароль. Генералы и штабные бюрократы,  сидящие в безопасных бункерах  под землёй, где то на Земле. Они в этих бункерах,  ежедневно проектировали сложнейшие, многоуровневые системы безопасности. С кучей  согласований у различных инспекторов, по безопасности.

Эти генералы требовали, сложнейшие пятидесятизначные, криптографические ключи, менять каждый день. Но фишка была в том, что сами они, не управляют этими кораблями. А управляют такими кораблями, люди типа капитана Нельсона, механика Петровича, и дежурного офицера Боба который ничем не может управлять, кроме мыслей, о хорошеньких ножках Люси, официантки в короткой юбке из корабельной столовой. Генералы рассчитывали, что они введут эти безумные коды, под обстрелом, при разгерметизации кабины, в условиях нулевой гравитации. Команда сменила, сложнейший код, на 1 2 3 4  потому что в реальном бою, у них не было бы времени, на то что бы вспомнить, навязанную им сложнейшую комбинацию.


 Ну  и завершало пейзаж,  деревянное весло, вертикально воткнутое в песок. Жизнь прекрасна. Всё шло в привычном, штатном режиме.

Капитан Нэльсон, блаженно закрывает глаза, делает глоток из бокала, поворачивается к Петровичу и говорит:
— Знаешь, Петрович... Я всегда говорил, что командная работа и вовремя протянутый презерватив — залог любой безопасности.
Петрович, понимающе кивает, и собирается ответить, как вдруг идиллическую тишину Ю-Питерианского рая, нарушает знакомый мерзкий звук.

Ввиу-ввиу-ввиу!

Прямо на пляж, поднимая тучи песка, с грохотом приземляется хромированная, летающая тарелка с мигалками. Автоматическая дверь, с треском распахивается. На белый песок, выбегает Главный Инспектор Крэг. Все три его глаза, бешено вращаются.  В одной руке, он сжимает новый чистый  блокнот.  А на его спине, видна зацепленная, когда то давно,  кем то из корабельных шутников, ниточкой  за воротник, та самая,  мокрая, пахнущую бергамотом «печать», которую ему вручил Капитан.

— Ага! Нашелся! — истерически орет Крэг, подбегая к шезлонгам. — Капитан Нэльсон! Межгалактический аудит безопасности, настигнет вас, даже на пенсии! Ваш, необитаемый  остров, не зарегистрирован в моём реестре!  Почему, ваш  пожарный щит, разломан на доски, и  горит в мангале ?  А в пожарном ведре, охлаждается шампанское.   Где огнетушитель с экологически чистой молью?! Где подорожник в аптечке?! Я закрою, этот необитаемый пляж! Я...

Крэг,  резко затыкается. Его средний глаз, натыкается на невозмутимый взгляд, Капитана Нэльсона, который медленно опустил голову, и посмотрел поверх сварочные очков.  Правый глаз инспектора, замечает Петровича, который лениво взял в руку, тяжелый разводной ключ. Левый глаз Крэга, видит Люси, в короткой до безобразия юбке, которая сделала шаг вперед, на своих острых шпильках.


Петрович, не зря достал из кармана гаечный ключ, он уже основательно устал отдыхать, и его руки сами просили работы. И потому, он ещё из далека, профессиональным взглядом. Заметил, открутившуюся контрагайку, на двигателе, летающей тарелки, инспектора Крэга.

И пользуясь тем, что Крэг всё ещё пялится на Люси, всеми своими тремя глазами.    Точнее на то, что должна была прикрывать, её до безобразия короткая юбка.

 Петрович, воспользовался тем, что никто на него не смотрит, подошёл и как настоящий механик, затянул контргайку.   Но поработать, ему  всё ещё хотелось. Его рукам, всё ещё было скучно.   Тогда, он открутил гайку и затянул её ещё раз, а потом снова и снова. И так  игрался он, пока не отломал её на прочь, вместе со всем креплением, и куском инопланетного двигателя. Двигатель при этом, угрожающе шевельнулся.  Петрович сделал шаг назад .И осмотрелся  по сторонам. И убедившись, что никто не видит. Закопал контрагайку, босой ногой в песок. Разровнял пяткой холмик, под которым покоились сломанные детали. И насвистывая, весёлую песенку. Которую  слышал от капитана. С довольным видом, медленно отошёл, от места преступления.

А у инспектора Крэга, в это время, начинается одновременно:  Пост Травматический Синдром, паническая атака и дикий, вьетнамский синдром. В его ушах мгновенно, послышался  лопот, лопостей вертолётов, летящих над джунглями Вьетнама. Хотя он даже понятия не имел,  где этот Вьетнам находится. Его глаза, видели вертолёты Френка Копполы,  летящие прямо на него, над метановым пляжем. В его ушах,  послышались взрывы, марсианский обратный отсчет, на гранате из его кармана, и свист ураганного вакуума, из разбитого окна.

— Ой, мама... — шепчет трехглазый инспектор, бледнея до синевы. — Извините. Я ошибся Ю-Питером.

Он резко, разворачивается на 180 градусов, спотыкается о весло, падает и  кубарем залетает обратно, в свою летающую тарелку. Даёт по газам. И с диким, оглушительным визгом космических шин, с пробуксовкой, гравитационных двигателей, стартует вертикально вверх! Тарелка Крэга, на бешеной скорости, улетает прочь от планеты-пляжа, теряя на ходу гайки, мигалки и листы хромированной обшивки.
Позади нее, в небе Андромеды, медленно материализуется, знакомый мусоровоз скупщиков металла, который тут же, как стервятник, радостно устремляется за Крэгом, в надежде на легкую наживу. Идеальный баланс природы.

Капитан Нэльсон, провожает взглядом тающую в небе точку, поправляет солнцезащитные, сварочные очки, отпивает из бокала, с торчащим из него взрывателем, марсианской корабельной гранаты, и невозмутимо произносит в пустоту:

— Я отвечаю за безопасность, на этом острове.
Камера, медленно отлетает вверх, показывая бескрайнее лазурное море Ю-Питера, танцующих пришельцев, и счастливого дежурного офицера Боба, продолжавшего падать на песое, к красивым  ногам, танцующий Люси. И  ещё видим ржавый, только на половину покрашенный,  имперский флагман «Непотопляемый III» Который одиноко и гордо был припаркован прямо у берега.

 Крейсер пуская пузыри,  уходит  под воду,  под песню капитана на укулеле, а  в его погружающемся иллюминаторе, испачканном белой краской, видно висящую на оголенной проводе, ту самую лампочку Ильича,  древнюю  лампочка накаливания.

Проводка искрила, но лампа продолжала работать.  Знайте, если вы где-то видите, искрящую проводку, это значит – рядом отдыхают настоящие профессионалы, на не идеальной работе которых, и держится этот мир!


 Корабль уже  полностью,  скрылся под водой. Но древняя лампочка, на грубой скрутке,  продолжала дарить свой свет, даже из под воды. Символ того, что сделанное временно – вечно !


Вся  команда знала, что теперь то точно, всё вселенную, ждёт только безмятежность и покой. Ведь они, только что, открутили контрагайку системы, и спрятали её в песок, здравого смысла.

Из под воды, сквозь пузыри воздуха,  был слышен тихий,  бубнящий со дна,  голос бортового компьютера, из китайского пульта:

  —  В нашем мире, принято считать, что безопасность обеспечивается, только тогда. Когда, все разрушительные силы, окружены серьёзными людьми в костюмах и защищены сложнейшими кодами.

—  Но истинная безопасность, держится на другом принципе. Наш мир, до сих пор спасает то, что самое страшное оружие, находится в руках людей, которые относятся к нему, со спасительным, по-фигизмом. Игнорирование статуса оружия, становится щитом от него. Потому что, сверх серьёзное отношение к силе, порождает страх.  А страх, всегда ведёт, к нажатию кнопки.

 — Самое лучшее, что можно было сделать, с последним военным кораблем Империи — это профессионально, утопить его в метановом море. Подальше от генералов и поджигателей войны. Хаос — это и есть порядок, особенно когда этот хаос гарантирует мир.

Так закончилась история, последнего   военного   корабля  Империи, «Непотопляемый III».  И теперь он, пробив космическое дно, покоился на самом дне, метанового Ю-питерского  моря. Там же, где поговаривают - до него, покоились и два предыдущих Непотопляемых.  Там,  где их точно, никто и никогда не найдёт. Никакой инспектор с проверкой, или военные генералы из подземного бункера,  вздумавшие  начать космическую войну.

ЭКРАН ОКОНЧАТЕЛЬНО ГАСНЕТ
________________________________________

________________________________________
ГОЛЫЙ КОСМОЛЁТ.     ЭПИЗОД  V     ПОСЛЕДНИЙ ДОВОД ПЕТРОВИЧА

Часть 1. Предел челябинского гедонизма

Отдых — это изнурительный, каторжный труд. Это вам скажет, любой отдыхающий.    Любой  тот, кто пытался три недели подряд абсолютно ничего не делать в шезлонге, он  знает: на четырнадцатый день, спина начинает требовать если не ортопедического матраса, то хотя бы, для бодрости,  внезапной разгерметизации правого борта.

У всего во Вселенной, есть свой предел. Дошел до него, и завскладом Петрович,. Его больше, не радовало даже метановое море. Остальной экипаж «Непотопляемого III» даже подходить,  к этой лазурной глади, откровенно опасался — по бумагам, это был первоклассный курортный водоем, но по факту на нормальную воду у продавца,  денег не хватило, поэтому продавец  схитрил , и  море залил, жидким бытовым метаном.  Вот почему,  декоративные электронные пальмы, на его берегу беспрерывно гудели, коротили и выдавали такую сочную дуговую сварку, что Петрович  иногда их использовал  вместо мангала, чтобы жарить сосиски .которые он запивал мартини, прямо из красного пожарного ведра. 

Остальные, наблюдали за морским пейзажем издалека, через бинокли, и капитанскую   подзорную тубу,  а  вот Петровичу хоть бы что. Он единственный кто плескался в море.  После того, как он трижды вылетал, в открытый космос без скафандра, удерживая для равновесия   в зубах разводной ключ, любое метановое море, было ему по колено.

Именно поэтому, когда на горизонте, прямо над пустырем, зловеще блеснуло что-то хромированное, Петрович даже не стал надевать тапочки. Он просто, на дорожку,  сделал ещё один, солидный глоток мартини,  из пожарного ведра. И проверил в сделанных из синего рабочего комбинезона,  лежащие в кармане шорт, хромированный   ключ и титановую   отвертку, после чего выдвинулся на разведку.
И он не ошибся. Там действительно что-то назревало.

Раздвинув кусты, искрящегося, искусственного  неонового папоротника, Петрович замер. На пустыре, ровными, как по шнуру вытянутыми шеренгами, стояло войско железных солдат. Три тысячи свирепых боевых роботов, начищенных до зеркального блеска, скалили стальные зубы. Зубы, судя по всему, были установлены для рукопашной схватки — на случай, если у них откажет основное оружие.

А оружия на них,  было столько, словно они ограбили склад, музея безумных технологий. На спинах роботов криво покачивались, лазерные турели, и 32-х  фунтовые ядерные пушки, ядерные потому что стреляли чугунными ядрами    Это было невероятно глупое инженерное решение, поскольку стреляющий в цель за спиной робот, физически не мог из неё точно прицелиться, и рисковал  попасть в своего заряжающего,  стоящего сзади, чугунные пушки заряжались, по старинке через ствол.  Там было много странного вооружения. Некоторые роботы, держали в руках, плавучие,  морские,  корабельные мины, круглые  с рожками.  Четверо  в ряд, вместе держали подмышкой,  длинную торпеду. В этом был смысл. Потому что рядом с ними, стоял ещё один, который  держал тяжёлый перископ, от подводной лодки. Этих роботов явно готовили для работы на  флоте.

Вы только не подумайте, что в этом не было логики. Логика у далёкой вражеской империи, была, своя , бюрократическая. Освоение бюджетов. У  производителей   оружия,  остались контракты с древними оборонными заводами.  Технологии на которых не менялись, никогда. А зачем им что-то менять, то что и так приносит прибыль. А ещё контракты их юристами были подписаны так,  что их нельзя было разорвать. Именно по этой причине,  передовые лазеры,   соседствовали  с чугунными пушками.


 В руках они сжимали алебарды, кривые пиратские сабли и... кремниевые мушкеты,  времён парусной эпохи.  Поскольку в вакууме порох не горит, к мушкетам прилагалась инструкция, примотанная к мушкету изолентой.:

Одну из таких инструкций, как раз принесло ветром, и Петрович смог ознакомиться с ней, прочитав на привычном для него  языке . «В случае отсутствия кислорода, яростно кидаться мушкетами и круглыми чугунными ядрами в лицо классового врага».

У Петровича, сразу, привычно,  потеплело на душе. Как видим, система погрязшая в этих инструкциях , полностью игнорировала реальность. В этом было всё родное и привычное.

Перед армией,  возвышался гигантский футуристический транспортник, чей зеркальный борт, заходящий на посадку  и привлек , своим блеском  внимание Петровича. Рядом с кораблем стояла трибуна, за которой надрывался Главный Злобный Пришелец. По его фиолетовой, покрытой пупырышками физиономии сразу было видно: парень мечтает захватить если не всю Вселенную, то как минимум Центральный рынок Торг-Сити.

— Стальные воины Тьмы! — пафосно вещал Пришелец, заглядывая в шпаргалку на куске обоев. — Наша цель близка! На этом курортном клочке грязи скрывается гордость Имперского флота — крейсер «Непотопляемый III»! Мы захватим его и повергнем на нём, сначала этот курорт, а потому всю  галактику в хаос!
«Ага, щас, захватите вы его, — цинично хмыкнул в кустах Петрович. — Он уже месяц как, с  пробитым дном,  лежит на самой глубине, нашего  метанового моря. Единственное,, что там ещё исправно работает — это трехсотлетняя лампочка Ильича, которая до сих пор,  на моей  скрутке, по ночам гордо светит из-под воды».

Между тем, фиолетовый Тиран,  закончил свою речь, аккуратно свернул листки, назначил одного из роботов Старшим, и подошел к главному пульту трибуны.

— В целях экономии, казенного бюджета, и сохранения ресурса батарей — отключить питание! — скомандовал он сам себе,  и  сам же нажал массивную кнопку.
Глаза трех тысяч роботов одновременно погасли. Они замерли безжизненными железными истуканами.  Погасли глаза и того робота, которого он назначил Старшим.

 3000 машин смерти , замерли без движения, на пустыре.

Фиолетовый  Сатрап,  удовлетворенно кивнул, объявил, что у него ещё  срочные дела в министерстве хаоса, зашел в транспортник и улетел. Из захлопывающейся на ходу, аппарели  взлетающего корабля, красивым веером разлетелись его  листы  зловещей - торжественной речи.

Часть 2. История ниточного привода

Петрович не потерял ни секунды. Не успела еще осесть пыль, поднятая инопланетными двигателями, как он уже по-хозяйски стоял на трибуне.
В детстве, все мальчишки играют в солдатиков. Но двигать их по одному — это уныло и нетехнологично. Маленький Петрович, в свое время проявил инженерный гений,: он привязывал к школьным учебникам суровые нитки, протягивал их через всю комнату, расставлял сверху армию и, дергая за эти  веревочки, управляя сразу целыми батальонами. Родители, правда, его увлечения не разделяли — особенно когда, трижды за один вечер, в темноте спотыкались об «линию обороны» и с криками летели в шкаф.

Они заставляли его учиться по этим учебникам и учить физику. Именно поэтому, Петрович вырос гениальным механиком, а не прославленным генералом, с ранением в виде сколиоза, от обилия сочинённых  правил и инструкций, и само выданных - за эти достижения, весомых  военных наград,

 Но сейчас, перед ним был пульт мечты. Он не мог упустить такую возможность. Смущала только, небольшая досада. На нем не было, ни одной понятной буквы. Все панели, были заботливо снабжены, инопланетными иероглифами, напоминавшими птичий помёт, или следы пьяной многоножки. Кибер  безопасность этой системы, была создана для противодействия, перехвату сигнала , сложным вирусным, и хакерским   атакам. Биометрическим и криптографическим взломам. Петрович пытался вспомнить хоть что-то полезное по доступу к подобным системам. Но  вспомнил только, биометрическую  историю.  у них на крейсере, был биометрический сейф с кодами доступа ядерных ракет.

И чтобы его открыть, и поставить внутри него свежую   мышеловку. Нужно было глаз, приложить к сканеру. И однажды какой то шутник , к сканеру вместо глаза , приложил зад. Замок сейфа,  сгорел от стыда. После этого, этот сейф, все открывали , деревянным веслом.

Петрович даже задумался,  чем  эти  воспоминания, могут сейчас помочь. Ведь эта система безопасности, была максимально защищены  и   ожидала угрозы, на самом высоком, цифровом уровне. Ни одной,  строчки кода, на светящемся  экране главного пульта,  не было понятно.   
   
— Непорядок, — проворчал Петрович. Тут совсем нет,   ни слова по русски.
После чего,  он достал из кармана верную отвертку с засаленной ручкой,  вот  и снова пригодилась.  И  размашисто нацарапал ней,  поверх нежноого, чувствительного,  сенсорного экрана, родные буквы. Начал он, разумеется, с буквы «Х». Система Искусственного Интеллекта пульта,  мгновенно считала след

оставленный отвёрткой, эту грубую борозду, по стеклу бронированного жкрана, как секретный имперский протокол авторизации «Х-Игрек-Абзац». Пульт, заметно повеселел, на нём проиграла мелодия загрузившееся виндовс,   и он  выдал на табло: «Добро пожаловать, Командир Петрович. Обнаружено 3000 неоплаченных подписок на  скачайте 3000 новых обновлений».

Рядом с сенсорным экраном, красовались две большие кнопки: Зеленая и Красная. Петрович нажал зеленую — ничего не произошло. Тогда он со всей челябинской душой, бахнул кулаком по красной.

Раздался оглушительный,  железный лязг. Три тысячи роботов, включились, синхронно щелкнули каблуками, выпрямились по стойке смирно, и вытаращили на трибуну, свои зажегшиеся багровым светом окуляры. Боевой оскал, их стальных зубов, был направлен прямо на Петровича.

Медлить было больше нельзя. Петрович понял, что его заметили. Чтобы казаться солиднее, он с ногами, залез прямо на пульт управления, и принял позу,  космического волка,  сурового прапорщика.. Внутри панели тут же что-то хрустнуло, но завскладом уже  толкал свою  речь:

— Доблестная моя армия! Воины, герои, канальи! Мы смотрим на пыль этих пирамид с глубин веков! Смирно, я сказал! Как в строю стоишь перед начальством?! Живо всех на переплавку отправлю! Я научу вас Родину любить! Честь имею!

Свирепые машины, разумеется, не поняли ни единого слова, из этого исторического манифеста. Но по тону нового начальника, они поняли, что они ему не нравятся . Но тут в силу вступила их программная архитектура. Алгоритмы подчинения,  попытались измениться, подстраиваясь под новые условия. Они распознали тон абсолютной власти, и стали судорожно перебирать, заложенные в них протоколы.

 И чтобы угодить, этому  странному существу, на трибуне, роботы начали, по очереди, волной,  как болельщики на стадионе,  отдавать воинское приветствие. Сначала по-пехотному, потом по-морскому, затем по-космическому.

Видя, что суровое лицо Петровича не смягчается, вся трехтысячная армия собралась, и в итоге  синхронно вытянула руки вперед, в древнеримском салюте и кто только их этому научил ?.
Увидев перед собой, строй наглых  фашистов, Петрович почувствовал, как в нем закипели гены его Челябинских предков

— Два раза КРУ-ГОМ, чучела металлические! — заорал он так, что у ближайшего терминатора,  треснуло лобовое стекло, на тяжёлом корабельном перископе, который он из последних сил, прижимал к туловищу, одной рукой..

Роботы, послушно крутанулись на 360 градусов два раза, и в процессе этого головокружительного маневра, ,  дважды отвесили друг другу, тяжелые стальные затрещины, всё ещё вытянутыми, и зафиксированными в римском приветствии руками.. Их электронный мозг, столкнулся с парадоксом И там , что-то окончательно переклинило. Это был критический сбой. Ошибка виндовс.  Пелена программного подчинения спала, и железная орда, сообразив, что этого мужика в,  драных  синих шортах,    они видят впервые в жизни .  И поэтому   угрожающей толпой, орда двинулась на трибуну.

Петрович понял, что влип. Расхаживая по пульту, он случайно потоптал ногами нежные сенсорные кнопки, и те намертво застряли в режиме «Калибровка». Терять было нечего. Петрович занес руки, над клавиатурой и начал яростно колотить по кнопкам, как истерическая пианистка,  на симфоническом концерте, или как сумасшедший органист,   в готическом соборе.

Пульт внезапно проникся моментом, и начал выдавать через внешние мегафоны убойную, зловещую музыку, отдаленно напоминавшую симфонию Баха с  примесью  марсианской  ламбады. А когда после проигрыша Белый теплоход,. Он понял, интуитивное чутье механика не подвело,: роботы замерли, снова выстроились в шеренги и начали маршировать на месте, высоко задирая колени и виляя бронированными бедрами в такт музыке.

— Выше ногу,выше, ленивые увальни! ,  покрикивал Петрович, наигрывая откровенно фальшивый шансон 

     —  Песню запевай! — командовал он, и радовался, как ребенок, которому наконец-то купили правильный конструктор.

Ошалевшие Роботы хором запели. Это был страшный, металлический скрежет, от которого у кустов неонового папоротника, осыпалась вся электроника. Согласно индикатору заряда расположенному на пульте управления, на этот парад ушло около 30% их батарей. А вскоре и вовсе ,  наблюдать, за строевой подготовкой,  Петровичу надоело.  А роботов надо было чем то занять. Кто ж знал, что они так хорошо держат заряд, а  это была проблема,  на  их  ещё оставшиеся 70 %.  Заряда. И тогда он решил запустить «спортивную   игру».

— Слушай новый приказ. Разбиться на четыре команды по 742 человека! — скомандовал он через пульт. — По два робота, должны стать, с каждой стороны пустыря — вы будете  воротами!  Играем в футбол, по новым  космическим правилам, ядром от пушки!   Забившему гол, начисляются очки. Судить буду я..

О, это был исторический матч! Роботы, носились по квадратному полю, шеренгами по четыре человека в ряд. По мячу, роль которого выполняло 32-х футовое  чугунное ядро, они били одновременно в четыре ноги. Ядро при этом набирало колоссальную, кинетическую энергию. .. При каждом таком ударе, у троих роботов, ноги со звоном отлетали в бок, а четвертый умудрялся забивать гол. Ядро летело с пушечной скоростью, насквозь пробивая защитные порядки противника и снося по пути все препятствия,  головы, лазерные турели и музейные алебарды. Это была эпическая мясорубка.

Железным машинам игра явно пришлась по вкусу. Забивших гол роботов сотни стальных рук восторженно подбрасывали в небо, но поскольку ловить многотонную махину обратно никто не собирался, никто себя этим не утруждал,  виновники торжества, с грохотом асфальтировали собой пустырь, порождая под ногами,  лавину новых обломков. Санитары, из числа запасных роботов, тоже очень хотели играть, поэтому они носились за ядром, прямо с ранеными на носилках, используя эти самые носилки с раненым,  как таран,  пробивая ними защиту,   чужих полузащитников.

Понимая, что в одиночку контролировать эту вакханалию тяжело, да и скрывать такое зрелище от друзей — высший эгоизм. Да и одному, собрать столько металлома, физически потом не возможно. Эму нужно было подкрепление, для монетизации этого лома.   Петрович решил, что пора пригласить команду своих друзей.. Для этого он подозвал ближайшего робота-посыльного, нацарапал  у него на   бронированной руке, чуть выше локтя,  записку титановой отверткой: «Пацаны, тут медяхи навалом, бегите на пустырь, захватите гвоздодёр и лом» и для калибровки скорости, направил его прямиком, в ближайшую электронную пальму.

Робот, рад был стараться и  развил такую скорость, что при столкновении, его разнесло на мелкие кусочки,  а пальма  в которую он врубился, с диким треском и снопом искр, вырываемых у корней проводов,   повалилась на бок. Зато оторванная рука робота, вместе с лазерной турелью, долетела несколько километров,  точнехонько, до шезлонга Капитана Нэльсона, и деликатно  плюхнув, упала  в его красное, пожарное ведро с мартини. Средний палец,  на этой торчащей из ведра руке, пытался деликатно привлечь их внимание,  указывая  на  нацарапанную  отвёрткой записку.

Часть 3. Мат и шах,  за миллион космокредитов

Когда запыхавшиеся Боб с пожарным ведром под мышкой, Люси и Капитан Нэльсон прибежали на пустырь, они молча застыли. Потому что , сказать им   было совсем нечего. Перед ними, было зрелище, космического маштаба. На пустыре, в ходе футбольного матча, по космическим правилам,  само уничтожалась армия,  стоимостью в миллиарды имперских кредитов.

В этот, критический момент Робот, назначенный Старшим (который непонятно где шлялся всю первую половину матча), решил проявить инициативу. Он подкрался к трибуне со спины, достал кривую кавалерийскую саблю и начал угрожающе вращать ею над головой Петровича, оспаривая его главенство. Пытаясь  доказать кто именно тут Старший.

Но команда «Непотопляемого III» своих не бросала. Дежурный офицер Боб, несмотря на то что его взгляд, был намертво прикован к ногам Люси, проявил чудеса тактического мышления. Он держал в руках,   руку  из пожарного ведра,  у которой  средний палец навсегда  застыл,  указывая на нацарапанную отвёрткой  записку.     Ту самую  руку, к которой была прикреплена, лазерная  турель, стволы  этой турели,  управляемые бобом,  сначала  бешено раскрутились,  с характерным гулом электромотора. А потом Боб..этой шестиствольной дурой, с ещё вращающимися стволами, которые конечно же добавляли веса своим вращением, со всей силы огрел, Главного Робота по башке.

Вообще-то Боб, не хотел нечего ломать, он  просто целился выбить саблю, но получилось как всегда. Грозный   терминатор,  с  железным грохотом,  рассыпался у ног Петровича на составные элементы,  таблицы элементов Менделеева..
— Дай-ка я тебя подменю, сынок, — невозмутимо произнес Капитан Нэльсон, занимая место у пульта с таким видом, словно всю свою жизнь, когда он не руководил  крейсером, он руководил ордой  роботов.   

Поскольку, современный пульт, был снабжен продвинутым Искусственным Интеллектом, он мгновенно подстроился под ментальные волны Капитана. Один из уцелевших роботов-футболистов, тут же подбежал к Нэльсону, встал на четвереньки и изобразил собой идеальную, ортопедическую табуретку, стоимостью в миллион космобаксов. Капитан, вальяжно опустился на стальную спину. Второй робот, подбежал и услужливо расставил,  перед ним шахматную доску.

А ещё, через  каких то 10 минут,  Нэльсон уже увлеченно, играл сам с собой, на девяти досках сразу, используя девять роботов, в качестве самых дорогих  шахматных столиков,  в истории галактики. Новые фигуры, для десятой доски, послушно выстругивал саблей, еще один терминатор, временно переведенный в должность придворного плотника. Капитан, чувствовал себя, в своей тарелке — точнее, на капитанском мостике. Он полностью контролировал ситуацию, и уверенно выигрывал, сам у себя каждую партию, что заметно поднимало ему настроение.

Тем временем Петрович, чьи руки наконец-то освободились, достал свой любимый ключ и принялся за то, ради чего все это затевалось. Он начал профессионально, со скоростью конвейера, разбирать выбывших из игры роботов. На краю пустыря, начали стремительно расти аккуратные кучи: отдельно — чистая медяха, отдельно — голые провода, отдельно — платиновые контакты и релейки. Из разбитой Бобом лазерной турели Петрович извлек шесть крупных рубинов, и уважительно хмыкнул, когда  посмотрел сквозь один из них на солнце.

Неразобранной, осталась, только голова,  Главного Робота. Петрович уже занес над ней отвертку, чтобы вытащить карту памяти для своего,  старого фотоаппарата, как вдруг мимо его уха, с воем  скорости пролетело чугунное ядро. В ту же секунду, из пыли выскочили две железные руки, цапнули башку Старшего Робота и унеслись обратно на поле. Там футболист подбегая к полю, с разбегу смачно влупил по голове ногой.

Башка по идеальной параболе улетела в центр поля. Движение остановилось.   Роботы в ужасе замерли. Это был коллапс для их психики.   Спортивные травмы, они еще готовы были терпеть, и переносили их стоически,  но гибель топ-менеджера, повергла их в глубокий экзистенциальный кризис. Это была башка робота назначенного Старшим,  .их  иерархия была мертва.. У  некоторых из них, из-за этого,  даже  начался приступ панической аттаки.

Капитан Нэльсон, заметив притихшую  заминку на поле, и оторвался от гроссмейстерского сеанса. Посмотрев на пульте управления, на индикатор заряда ( у роботов в батареях ,  оставалось ещё 40% они очень хорошо держали заряд, не то что смартфоны ), И тогда, он невозмутимо произнес в микрофон:

— А теперь — Большая Игра ! . Футбол без правил. Каждый сам за себя. Противники все. Количество мячей не ограничено. Мяч, можно добывать с плечей противника, любым способом. Разрешается использование холодного, огнестрельного оружия и любой , ненормативной лексики. За подрыв соперника  танковой гранатой — двойные очки,   за подрыв, корабельной гранатой — тройные  очки,  за особо эффективный подрыв, корабельной миной — четвертные  очки,  а тем кто попадёт, в ворота торпедой  —   мои личные  сварочные  очки.   Кусаться запрещено.  . Даю судейский свиток,  к началу матча. И он тут же,  громко свистнул

Вот тут-то, и началась настоящая вакханалия. Роботы палили друг в друга из музейных мушкетов, били друг друга, наотмашь деревянными вёслами,  стреляли из за спинных пушек,  чугунными ядрами, рубили своих  соседей по ногам алебардами, то там, то здесь с грохотом подымая пыль,  взрывались плазменные  и  бризантные заряды.

 С неба летела картечь. Грунт вздрагивал. Капитан внимательно следил чтобы соблюдались правила в боях без правил. И тут же, дисквалифицировал  вратаря,  начавшего  рыть,  в земле для себя, безлопастное   укрытие.

 Поголовье стальной армии, таяло просто на глазах. Превращаясь в металлом. Очень скоро, железных мячей, после выстрелов в упор с чугунных пушек,  на поле стало больше, чем самих уцелевших футболистов. Они бегали помятые, ошалелые, без рук и без ушей, но продолжали упорно забивать голы в пустые ворота, пока Капитан Нэльсон с каменным лицом,  выводил для них, общую статистику на большое голографическое табло. Таблицу возглавляла, всё время сменяющаяся тройка, временно исправных,  лидеров.

Зрелище было завораживающее. Официантка Люси нежно массажировала шею дежурному офицеру Бобу, который сидел на земле,  как раз у её ног, обутых в неизменные туфли на высоком каблуке. Короткое платье Люси находилось аккурат напротив его глаз, и Боб был абсолютно,  счастлив. Изредка его взгляд отвлекал, один из поврежденных роботов, который под действием путающихся радиоволн пульта, то клялся в любви, то  театрально  падал перед Люси на колени, и  протягивал ей оторванный манипулятор,  и умолял взять его руку и сердце.

Сам футбольный матч Боб не смотрел, он решил его потом, в записи посмотреть. — он тоже разобрался с устройством пульта,  и  вел прямую трансляцию, этой бойни на космический YouTube через ИИ-пульт, собирая миллиарды лайков от восхищенных пришельцев со всей Андромеды.

Пострадавших в матче роботов, покорные санитары, исправно приносили на носилках, прямо к Петровичу. Челябинский мастер, и два его  самых смшлённых автоматических помощника, за минуты  демонтировали,   грозные машины смерти, сортируя их детали по ценности. Система пожирала сама себя. Поставляя сырьё и генерируя контент.


 Счастливая улыбка не сходила с лица Петровича. Самого последнего, чудом выжившего робота, у которого просто закончился заряд, Петрович разобрал уже сам,  вручную под финальный свисток его Капитана.

Часть 4. Медный рай и крушение тирании

Матч закончился, и  пыль медленно осела. На пустыре, воцарилась относительная тишина, которую прервал гул садящихся кораблей. Это были пираты-мусорщики. Триумф экономики металлом.  Посмотрев стрим Боба, они  сообразили, где сейчас можно хорошо поживиться, и вовремя первыми прибыли на сделку.

Их капитаны,  приветствовали Петровича,  как родного брата — ведь именно за счет, сданного им железного лома,  и проводки  с их «Непотокаемого» Петрович и скопил на этот курортный планету-остров. Пираты работали быстро: за пятнадцать минут они загрузили в свои трюмы все кучи отсортированного металла. От грозной трехтысячной армии не осталось ни единого болтика, ни одной шайбы. Пропылесосив на последок, своими двигателями, пустырь до блеска, корабли улетели.

Остался только один, самый старый космический мусоровоз. Его капитан подошел к Петровичу для окончательного расчета. Петрович повертел в руках тяжелую пластиковую карту с золотым чипом, посмотрел сквозь нее на солнце и удовлетворенно произнес:

— Ну вот. Теперь нам точно, хватит кредитов, чтобы завезти сюда, настоящую воду, сделать нормальное море и посадить нормальные,  живые, не бьющие током деревья.

— Да, — подтвердил Капитан Нэльсон, поднимаясь со своего стального стула (который Петрович тут же принялся развинчивать). — Только вон мою коротящую,  неоновую пальму, оставьте. Я так привык днём спать ,под её озоновым треском. Люблю  этот индустриальный шум, в тишине тропиков.

Капитан пиратов оживился, потирая руки:
— Уважаемые, я могу всё это вам продать! И живые пальмы, и море. Вам море какое привезти — с соленой, перченой , сладкой  или  газированной водой?
Он взял у Петровича карту, взвесил её на ладони, что-то быстро подсчитал в уме и погрустнел:

— Эх, начальник, тут немного не хватает до полной суммы сделки. Ровно трех миллионов космокредитов не хватает, чтобы закрыть контракт на ваш Рай.
Мечта команды рушилась на глазах. Но Капитан Нэльсон даже не повел бровью.

— Все будет хорошо. Пока я отвечаю здесь за безопасность, никто не останется без живых пальм, — пафосно произнес он и протянул руку Люси, помогая ей взобраться на пульт управления роботами, который теперь представлял собой абсолютно бесполезную груду бронированного пластика.

Офицер Боб благодарно кивнул — снизу ножки Люси смотрелись еще более умопомрачительно. Он был на седьмом небе от счастья.

Но мы же помним, что на Люси были надеты туфли на шпильках. Острый 15-сантиметровый каблук, с сочным хрустом, пробил бронированную обшивку пульта, вошёл в него,  как нож консервную банку. Титановые набойки, на каблуках, сделали своё дело.   Из пробитого отверстия с шипением вырвалось облако густого белого дыма, пульт жалобно пискнул, издав звук   ошибки виндовс,, и затих навсегда..
Петрович, не теряя времени, бесстрашно заглянул в дымящиеся внутренности терминала, вежливо   подвинув Люси,  на край клавиатуры

. Он присвистнул:
— Ёлки-палки! Ё...ушки-воробушки!  Да этот пульт изнутри золотой! Сколько там трех лимонов не хватало? Да тут одной медяхи и платиновых плат,  миллионов на тридцать!

— О да! — глаза капитана пиратов, тоже заглянувшего во внутрь,  алчно округлились. — Теперь точно хватает! Еще и на дельфинов вам останется, и на марсианских карасей, и... — он понимающе подмигнул Бобу и Люси, — ... и на пышную свадьбу с цыганами,  медведями  и Чужими!

Вся команда весело рассмеялась. И даже невозмутимый Капитан Нэльсон впервые позволил себе едва заметную, благородную улыбку.

Но в момент триумфа,  веселье прервалось. К ним спешил новый гость.
В этот самый момент небо над пустырем потемнело. С диким ревом двигателей на поляну опустился огромный транспортник Злобного Пришельца. Тиран, уверенный, что его армия уже готова к покорению мира, с гордым видом высунулся из открывающейся аппарели, намереваясь отдать первый боевой приказ.

Он посмотрел на пустырь. Пустырь был идеально, девственно пуст. Ни одного робота. Ни одной алебарды. Только Петрович, в синих шортах, увлеченно выковыривал отверткой, последнюю  платиновую плату, из разломанного пульта, да Капитан Нэльсон, мирно допивал, из пожарного ведра, последние  остатки  мартини.
Пришелец схватился за голову, его глаза вылезли из орбит, когда он смотрел что сделали с его комьютером,  и на весь космос эхом  раздался его отчаянный, полный боли звенящий крик:

— О МАЙН КОМП!!!

Осознав масштаб катастрофы и встретившись взглядом с Петровичем, который уже примеривался своим разводным ключом к обшивке его транспортника, мечтательно, вспоминая забавную историю с инспектором, как он потягивал инспектору,  на его тарелке гайку. Тиран, наверно что такое, прочитал по лицу Петровича, потому что, он мгновенно переменился в  своём лице.

— Извините, я, кажется, планетой ошибся! — пискнул он, рванул штурвал на себя и с диким визгом космических шин взмыл вертикально вверх, теряя на ходу гайки и листы обшивки.

Капитан пиратского мусоровоза,глядя ему в след, тут же оживился:

— Так, ребята, я полетел! На моем корыте стоят старые пушки, стреляющие 32-фунтовыми чугунными ядрами. Один залп — и пара тонн дефицитного чугуна улетает в пустоту, сплошное разорение!  А стрелять, для сохранения равновесия, приходится сразу в обе стороны.  Но если я догоню этого деятеля, и расстреляю его в упор, весь металл с его корабля, достанется только мне!

И ещё, у меня к вам,созрел  бизнес проект.  Может после него,  я тоже насобираю себе к пенсии, на свою собственную  планету, такую же как у вас. Если я  найду ещё, таких же космических Тиранов,  поработителей Вселенной, захватчиков Галактики,с такими же как у этого роботами. Доставку  зрителей – туристов, желающих увидеть все это с первых рядов, я вам гарантирую. Вы сможете организовывать,такие футбольные  матчи, на постоянной,  регулярной основе ?  .


И не дожидаясь ответа. Так как ответ был ясен. Он запрыгнул в свой мусоровоз, приветливо  помахал рукой в открытую форточку, побибикал на последок   и на форсаже, устремился за перепуганным Тираном.. Настоящий стервятник космоса. Идеальный баланс, космической природы,  был восстановлен.
________________________________________
Эпилог

Счастливые Люси и Боб, обнявшись, сидели рядышком  и увлеченно обсуждали меню предстоящей свадьбы (Боб настаивал на космическом борще со свечами, Люси требовала торт в виде генератора гиперскорости). Петрович задумчиво листал каталог, выбирая, какой из марсианских спиннингов  купить для рыбалки.  В их будущем, настоящем море,  не было места для скуки.

Капитан Нэльсон обвел взглядом свою довольную, сплоченную команду. Он знал: что бы ни случилось в этой безумной Вселенной, эти люди никогда его не подведут. По привычке его рука нырнула в карман кителя. Пальцы нащупали блестящий квадратик. Капитан собирался по старой памяти протянуть его дежурному офицеру Бобу, но вовремя остановился.

Боб и Люси светились от любви.


Это было лишнее . И потому , Капитан просто  разжал пальцы. Презерватив в блестящей упаковке с ниткой для быстрого открывания мягко упал в свежевскопанную грядку, в пыли пустыря — туда, где в скором времени должен был зацвести настоящий тропический сад.

Нэльсон лёжа под своей любимой пальмой, поправил сварочные очки, повернулся и произнес:

— Всё будет хорошо. Пока я отвечаю за безопасность на этом острове.
Камера медленно отлетала вверх, показывая бескрайнее метановое море, в глубине которого всё еще преданно и вечно горела лампочка Ильича. На берегу счастливый Боб в очередной раз картинно падал в песок к красивым ногам танцующей Люси, а Петрович любовно протирал свой хромированный ключ. Мир был спасен единственным проверенным способом — абсолютным, монументальным пофигизмом профессионалов. И немножко чуйкой Петровича,  он всегда знает где можно поживиться.

Окончательный ЭПИЛОГ, самый последний.

Вы же не думали, что всё уже закончилось ?

Из гиперпространства, вывалился золоченый правительственный лимузин земного командования. Генералы в штабах наконец-то досмотрели стрим Боба на YouTube, и осознали, что Капитан Нэльсон в одних семейных трусах в горошек только что спас Галактику от тотального порабощения, и решили экстренно его поощрить.
Поскольку ящик, с боевыми орденами, как всегда, куда то делся. Нэльсону торжественно, под звуки ржавых военных  фанфар, вручили высшую правительственную награду — персональный, дубовый могильный крест, повышенной прочности, украшенный бархатным бантом.

 Капитан Нэльсон , из скромности промолчал, что ему уже ранее вручали такую награду, и она сейчас парит где то в космосе, до ужаса пугая в вакуме, случайных путешественников.   Капитан, невозмутимо прислонил к искрящей пальме, тяжелое наградное изделие,а после  ласково, с благодарностью,  похлопал генерала по плечу,  и потрепал его по щеке.

— Поставь крест, на берегу  Боб, он там будет служить маяком,   позже  распорядился он,  когда откровенно завидующие ему  генералы,  уже улетели,   и одень сверху  спасательный круг, А Петрович, сможет привязывать туда свою  резиновую лодку,  Я отвечаю за безопасность.

Генералы улетели на всегда, улетая у них был очень задумавшийся вид.
Они задумались, что если  один капитан сам, с командой своих людей отразил галактическую опасность.  А зачем же  тогда, нужны они все,  со всей своей армией  и своей военной администрацией ?  Какая от них польза ? На этот вопрос военные чиновники, не находили ответа.


 А  бизнес на планете-курорте только начинался. Петрович, проявив чудеса челябинского маркетинга, умудрился по дешевке легально продать абсолютно всё метановое море целиком корпорации «ГазКосмос».

Метан со дна уже вовсю откачивали через гигантскую соломинку, а когда выкачали в ноль, освободившееся дно, оголило потрясающую картину.
Там, на дне, рядышком, лежали все три поколения, затонувших флагманских  крейсеров: «Непотопляемый I», «Непотопляемый II» и наш свежепотопленный «Непотопляемый III». Петрович, не теряя ни минуты, объявил всеобщий субботник.

Вооружившись плазменными резаками, и ржавыми двуручными пилами,  они вместе с пиратами-мусорщиками,  прямо в четыре руки, по пилили все три флагмана на аккуратные куски, которые Петрович суетясь, мерял рулеткой, чтобы они точно по габаритам,  идеально помещались, в грузовые отсеки кораблей-утильщиков.  Редкоземельных металлов  и космической  стали там, по самым скромным подсчетам Петровича, было столько, что можно было выкупить половину Солнечной системы вместе с Плутоном и личной дачей министра обороны. Он конечно же ошибался, там было больше.  Это разом решило все их финансовые вопросы.

А через несколько дней, уже шла полным ходом, подготовка к заливке нормального, живого, соленого моря с настоящей пресной  водой. На внеплановую, гигантскую прибыль от продажи метана и трех кладбищ, имперского флота, Петрович уже заказал премиум-пакет экосистемы.

Теперь, в их будущем море, будут плавать не просто дельфины и  мелкая марсианская рыба. Петрович, ещё оплатил доставку, десяти гигантских космических китов, которые по сигналу , свистку капитана,  будут синхронно пускать фонтаны. И, конечно же, для полного, абсолютного реализма и создания атмосферы, настоящего земного курорта, они выписали с Земли одну живую чайку. Чайку, планировалось посадить, на ту самую неисправную, искрящую неоновую пальму, чтобы она профессионально орала, в пять утра и воровала чипсы и шашлык у отдыхающих. Чтобы, было всё,  как у людей !
________________________________________
• Они ещё не знали, что  основные их приключения,   только начинаются.

Им привезут китов, но из-за путаницы в накладных, киты окажутся  из Юпитера. И будут реактивными.

• Прилетит,  купленная  на остатки денег,  чайка, но окажется что она  выросла,  в Челябинске, а все знают какой там суровый народ живёт, поэтому эта чайка не кричит,  а  профессионально материться,  на русском и древнемарсианском языке .

• А на свадьбу,  без приглашения заявится инспектор Крэг ( с белой тростью и дергающимися всеми тремя глазами) и по пытается, оштрафовать  дубовый крест, и настоящую пальму,  за их несоответствие правилам пожарной безопасности. 

И ещё, по пытается оштрафовать свадебный торт,  за то что на нём нет свечей.


Но это всё,  им ещё предстояло, а пока Капитан Нэльсон обвел взглядом свою довольную, сплоченную команду.

И сказал
— Я отвечаю,   за порядок и  безопасность!.  И пока я за это отвечаю.
Ни какая опасность - восстание машин, или  глобальные угроза, искусственного интеллекта не грозит..

  — Да! Продолжил его мысль, стоящий плечо к плечу  Петрович,  я у любой машины  судного дня,  на глаз определю вес, содержащийся в ней цветных металлов..


—  Мы отвечаем, за порядок и  безопасность!. Продолжил  невозмутимый капитан  Человечеству   не грозит,   ни какая опасность!





________________________________________





Ведётся работа, над созданием фильма, с ИИ-анимацией. Следите за его выходом. Не пропустите.