Уютная жидкость книги
Накрыла меня волной.
Не прятались в ней интриги,
А только культурный слой.
А русский поэт стремился
Сбежать из тюрьмы страниц:
Он кровью своей разлился,
Корчился, падал ниц.
Так жёг свои годы в бунте
И спиртом тушил пожар.
Он памятник себе в грунте
Воздвиг и в песчинку сжал.
Поэт начинал день водкой —
Безбрежным глотком тоски.
Вплывал в мир густой селёдкой,
Чтоб жить там свои стихи.
Под утро, как после казни,
Зелёный, как сама медь,
Своё бытие в рассказы
Пытается запереть.
А после короткой жизни
Умножатся тиражи,
И грязь его хлынет в мысли
С честностью чёрной лжи.
И будет, как в вечном лифте,
Заперт в своих словах.
Не годны они в молитве,
Но вертятся в головах.
Умножилась жизнь на сотни,
И крутятся, как в кольце,
Дни его хрупкой плоти
Не знающей о конце.
О поэте
© Copyright: Илия Лавр, 2026
Свидетельство о публикации №126091905905
Свидетельство о публикации №126091905905
Рецензии