Карнавал

 Говорят мне: Сними маску

Ибо есть люди, которые живут в зеркале. Есть жизнь, которая идёт на сцене — и не за кулисами. Есть маска, которую надевают так давно, что забывают, где она, а где — лицо. Про это зеркало и про эту маску хочется сказать — тихо, с горькой ясностью, как о том, что видел сам.

Глянь-ка, как пляшут пред зеркалом века — шут да плут. Как тень и свет. Вечный дуэт. Вечная игра. В которой никто не побеждает. Но оба не могут остановиться. Шут — тот, кто смешит. Плут — тот, кто обманывает. И оба — в одном зеркале. И оба — не могут уйти. Потому что игра — затянула. Потому что роль — держит. Потому что — без неё — пусто.

Я сижу на крыльце. Вечер. Где-то вдалеке — музыка. Кто-то празднует. Кто-то пляшет. Кто-то смеётся громко. Натужно. Будто пытается заглушить тишину. Громко — не потому, что весело. А потому, что — страшно. Потому что в тишине — слышно себя. А себя — слышать не хочется. Потому что там — пустота. Там — вопрос. Там — то, от чего бегут.

Гнут судьбу, будто прутья с наскока. Меж «люблю» да «нет». Не успевают выбрать. Не хотят выбирать. Комфортно живут в этой неопределённости. Которая кажется свободой. А на деле — болото. Не «да». Не «нет». А — «может быть». И в этом «может быть» — вся их жизнь. Тянется. Вязнет. Не кончается. И кажется — свободой. А на самом деле — трясина. Чем больше дёргаешься — тем глубже.

Им невдомёк тишины отрада. Не видать весны за своей спиной. Слишком заняты собой. Слишком шумны. Слишком важны. Тишина — не пустота. Тишина — полнота. Но они — не знают. Не слышат. Не хотят. Весна — за спиной. Рядом. Близко. А они — смотрят вперёд. В зеркало. В экран. В — себя. И не видят.

Их удел — карнавальная услада. Да смех, что звенит пустой монетой. Красиво. Громко. Но не греет. Не покупает ничего, кроме мгновения. Смех — как монета. Звенит. Блестит. Но — пустая. Ничего не стоит. Ничего не даёт. Только — мгновение. Только — звук. А потом — тишина. Ещё громче.

О, эти пиры! О, этот блеск! Где каждый жест — как нож в тиши. Не защита. Не ласка. Не признание. Удар. Всё — против всех. Всё — оружие. Даже нежность. Даже слово. Даже — взгляд. Потому что — нельзя расслабиться. Нельзя — открыться. Нельзя — быть собой.

Им Господь не дал простых небес. Лишь маски. Да страсть. Да «держи-держи». Никогда не отпускать. Никогда не расслабляться. Никогда не быть собой. Держать. Крепко. До боли. До — судорог. Потому что если отпустишь — рассыплется. Всё. Вся жизнь. Вся роль. Всё — рухнет.

А ночью — сны, где нет тепла. Где даже плачут — не всерьёз. Играют и в этом. Отводят роль. Выдают её за искренность. Даже в снах — роль. Даже в слезах — игра. Даже в тишине — шум. И нет — покоя. Нет — тепла. Нет — себя.

Их душа ветром обмела, как пустой орех у зимних роз. Красиво. Но мертво. Форма без содержания. Орех — пустой. Роза — зимняя. Мёртвая. Холодная. Красивая — и — ничего. Форма — и — пустота. И это — страшно. Потому что — конец. Потому что — не вернуть.

Но глядь — уже летит вниз головой тот, кто смешил, не веря в смех. Карнавал кончился. Маска упала. А под ней — усталость. Пустота. Страх. Смешил — и не верил. Играл — и не жил. И вот — финал. Вот — расплата. И — некому помочь. И — некому спасти.

Судьба хлопнет дверью с той стороны. И нету шута. Нету греха. Не потому, что простили. Потому что некому прощать. Не из-за кого. Пустота. Тишина. И — конец. Только эхо: «Вот и всё, господа!» Да ветер гложет позолоту. От былой красоты остаётся прах. И воспоминания, которые никто не хочет вспоминать. Прах — и — ничего. Позолота — сдута. Красота — смыта. И — всё.

Превосходство? Да просто беда — не знать, что счастье не в игрушках. А в простоте. В тишине. В весне, которую не надо замечать, — она сама заметит. В правде, которую не надо наряжать в маски. В любви, которую не надо доказывать «держи-держи». Она или есть, или её нет. Простота. Тишина. Весна. Правда. Любовь. Вот — счастье. Не в блеске. Не в шуме. Не в — маске.

Я открываю глаза. Смотрю на закат. Он — простой. Без пафоса. Без блеска. Без масок. Просто небо. Просто солнце. Просто тишина. И я понимаю: это — счастье. Не в пирах. Не в шутах. Не в плутах. В этом моменте. В этом дыхании. В этой минуте, когда ты — не маска. Когда ты — просто ты.

Я встаю. Иду в дом. Подхожу к зеркалу. Смотрю на себя. Не на маску. Не на роль. Не на того, кого хотят видеть другие. На себя. Настоящего. С морщинами. С сединой. С усталыми глазами. И я улыбаюсь ему. Ему — не шуту. Не плуту. Просто человеку, который решил снять маску.

Судьба хлопнет дверью. Эхо ответит. Ветер сдует позолоту. А ты останешься. И это — не катастрофа. Это — новый день. Новая тропа. Новое «здравствуй», которое не требует маски. Будь смелее. Сними её. И танцуй не перед зеркалом — перед жизнью. Которая не карнавал. Которая — дом на которую нужно взглянуть со стороны тогда...

---

**(Куплет 1)**
Глянь-ка, как пляшут пред зеркалом века —
Шут да плут.
Как тень и свет.
Вечный дуэт.
Вечная игра.
В которой никто не побеждает.
Но оба не могут остановиться.

Я сижу на крыльце.
Вечер.
Где-то вдалеке — музыка.
Кто-то празднует.
Кто-то пляшет.
Кто-то смеётся громко.
Натужно.
Будто пытается заглушить тишину.

**(Припев)**
Гнут судьбу,
Будто прутья с наскока,
Меж «люблю» да «нет».
Не успевают выбрать.
Не хотят выбирать.
Комфортно живут
В этой неопределённости.
Которая кажется свободой.
А на деле — болото.

**(Куплет 2)**
Им невдомёк тишины отрада.
Не видать весны за своей спиной.
Слишком заняты собой.
Слишком шумны.
Слишком важны.

Их удел —
Карнавальная услада.
Да смех,
Что звенит пустой монетой.
Красиво.
Громко.
Но не греет.
Не покупает ничего,
Кроме мгновения.

**(Припев)**
Гнут судьбу,
Будто прутья с наскока,
Меж «люблю» да «нет».
Не успевают выбрать.
Не хотят выбирать.
Комфортно живут
В этой неопределённости.
Которая кажется свободой.
А на деле — болото.

**(Куплет 3)**
О, эти пиры!
О, этот блеск!
Где каждый жест —
Как нож в тиши.
Не защита.
Не ласка.
Не признание.
Удар.

Им Господь не дал
Простых небес.
Лишь маски.
Да страсть.
Да «держи-держи».
Никогда не отпускать.
Никогда не расслабляться.
Никогда не быть собой.

**(Бридж)**
А ночью — сны,
Где нет тепла.
Где даже плачут —
Не всерьёз.
Играют и в этом.
Отводят роль.
Выдают её за искренность.

Их душа ветром обмела,
Как пустой орех у зимних роз.
Красиво.
Но мертво.
Форма без содержания.

**(Припев)**
Гнут судьбу,
Будто прутья с наскока,
Меж «люблю» да «нет».
Не успевают выбрать.
Не хотят выбирать.
Комфортно живут
В этой неопределённости.
Которая кажется свободой.
А на деле — болото.

**(Куплет 4)**
Но глядь —
Уже летит вниз головой
Тот, кто смешил,
Не веря в смех.
Карнавал кончился.
Маска упала.
А под ней —
Усталость.
Пустота.
Страх.

Судьба хлопнет дверью
С той стороны —
И нету шута.
Нету греха.
Не потому что простили,
Потому что некому прощать.
Не из-за кого.

**(Финал)**
Только эхо:
«Вот и всё, господа!»
Да ветер гложет позолоту.
От былой красоты
Остаётся прах
И воспоминания,
Которые никто не хочет вспоминать.

Превосходство?
Да просто беда —
Не знать, что счастье
Не в игрушках,
А в простоте.
В тишине.
В весне,
Которую не надо замечать, —
Она сама заметит.
В правде,
Которую не надо наряжать в маски.
В любви,
Которую не надо доказывать
«Держи-держи».
Она или есть,
Или её нет.

Я открываю глаза.
Смотрю на закат.
Он — простой.
Без пафоса.
Без блеска.
Без масок.
Просто небо.
Просто солнце.
Просто тишина.

И я понимаю:
Это — счастье.
Не в пирах.
Не в шутах.
Не в плутах.
В этом моменте.
В этом дыхании.
В этой минуте,
Когда ты — не маска.
Когда ты — просто ты.

Я встаю.
Иду в дом.
Подхожу к зеркалу.
Смотрю на себя.
Не на маску.
Не на роль.
Не на того,
Кого хотят видеть другие.
На себя.
Настоящего.

С морщинами.
С сединой.
С усталыми глазами.
И я улыбаюсь ему.
Ему — не шуту.
Не плуту.
Просто человеку,
Который решил снять маску.

Судьба хлопнет дверью.
Эхо ответит.
Ветер сдует позолоту.
А ты останешься.
И это — не катастрофа.
Это — новый день.
Новая тропа.
Новое «здравствуй»,
Которое не требует маски.

Будь смелее.
Сними её.
И танцуй
Не перед зеркалом —
Перед жизнью.
Которая не карнавал.
Которая — дом.