Триумфальное возвращение Иоганна Себастьяна

подводный мир.
подвойный мир.

посреди океанской бездны
считает свои органные трубы.
чёрно-белый мир полутонов и сумрака.
десять пальцев — десять заповедей,
и фуга, которая не предаст.

и вдруг,
мой самый любимый друг,
твой «Наутилус»
опускается на самое дно,
самая длинная сказка прошлого века.

с последней надеждой каждого человека,
вместе с последним дыханием света,
вместе с последним звуком этого лета,
что уносится вверх
вслед за эхом,
вслед за монохромом оправданий,

словно кровавый след времени,
сочетание бед и воспоминаний,

исчезает тот мир нелюбви
в бездне падения и тьмы.

мы с тобой никогда не играли в «мы»,

среди приглушённых голосов небесных хоров,
там, где-то высоко, превыше всего,
там, где веками никого нет —

вот этот во сне ушедший след,
лишь трон опустевших надежд,
мир, который мне дорог —
записи твоего погружения.

вместе с ними,
без привязки и осуждения,
в течениях подвойного мира,
в подводной лодке
звучит гордый след

посреди бездны
десятью пальцами
считает медные трубы своего органа
незнакомый капитан.
Никто, которого больше нет.

знаю.

ценит он
подлинность, свободу и власть,

как тот,
кто самого себя
никогда не предал,

как тот,
кто не предаст.


(J.S. Bach - Toccata i fuga d-moll, BWV 565)