Перед рассветом
и воздух пахнет пробкой и дождем.
Все норовят со мною выпить — эхо
их голосов толпится за окном.
Как будто я назначен этой роли —
сидеть в дыму, кивать, держать удар,
и медленно, как соль на старой боли,
глотать чужой ликующий угар.
И утро будет серым, как похмелье,
как мятый чек, забытый на столе.
Они уйдут — оставив мне веселье
в пустом стакане, в пепле, в голове.
И я пойму с нелепою усмешкой,
что был для них и брат, и кабачок:
живая рюмка, дружеская спешка,
удобный, не ломающийся крючок.
А мне бы — чаю, тишины и света,
и чтоб никто не мерил близость дном.
Но снова вечер. Снова песня спета.
И кто-то скажет: «Ну, давай нальем».
Свидетельство о публикации №126091800075