жжёный пепел

в девятом часу хватаю за руки хоть что-то из подсознанья
хоть бы не наблевать в аду на те же белёсые бортики в ванне
построенных в ряд на десятом полукругу, но не конечном, а въевшимся в дёсны и крайнем,
Я лайнер, и у меня под кожей вся вечность на перекур
минуты и вёрсты, долги, кредиты и займы

публично и в тайне, как будто кто-то нас разложил как карты со вкладышей с детства
и мы в октябре на пруду свесили ноги над бездной
А то что когда-то брало за сердце, теперь растворится к утру, и это ни с чем не пьётся, ни с чем не естся
Как лестно, то осознанье, что ты мой друг, мой брат-близнец и отец мой

борцы и выходцы из промышленных секций, мы тут застряли в бесконечном сегодня,
за предприятельским дымом вид на окрестность, а ты как берсерк иногородний,
без номеров, паспортов и чужих протекций, не тысячелетний, а тысячесотний
и числа в часах — это тихое место, туман над рекой и жжёного пепла хлопья