Катрен. Сборник 10

Содержание

Четырёхстишная отчаянность стихий

Четверостишия! Ну дайте хоть поесть!

Катрен катрену друг, товарищ, даже брат

Опять за горло взял меня катрен

Буйство катренов — словно по весне



Четырёхстишная отчаянность стихий

ИЗ КРУГА ВЫРВАВШИСЬ, НАРВАТЬСЯ НА ДРУГОЙ

Из круга вырвавшись, нарваться на другой
Круглее первого, кружащего над бездной
Подстреленною птицей, спетой песней,
Бесцветной радугою, согнутой дугой.

ПО ПОЛЮ МИННОМУ: СМЕРТЬ СЗАДИ, ВПЕРЕДИ

По полю минному: смерть сзади, впереди,
Шаг вправо, влево — каждый шаг неверный,
Как ни крепись, любой ужасно нервный,
Идя по роковой очереди.

КУДА ВОЙТИ, ЧТОБ ВЫЙТИ ЧЕЛОВЕКОМ

Куда войти, чтоб выйти человеком
Совсем другим? Протиснуться? Взойти?
Кого вместо себя изобрести
И выйти хоть абреком, хоть ацтеком?

СЛОВ МНОГО, ВСЕ ОНИ НАПЕРЕЧЁТ

Слов много, все они наперечёт,
Чёт-нечет, что мне выпадет сегодня,
С каким сведёт судьба, святая сводня,
Потребует отчёт, когда прочтёт?

МЫСЛЬ В ЗАКОЛОЧЕННОЕ БИЛАСЬ ДНЁМ ОКНО

Мысль в заколоченное билась днём окно
То мотыльком, то птицей полумёртвой,
Полуживая билась днём упорно,
Так, словно ночью суждено ей дно.

СОН, СЛОВНО СЛОН, СИЛЁН, А СЛОН СИЛЁН, КАК СОН

Сон, словно слон, силён, а слон силён, как сон,
Ему бы не с китом, ему со сном сражаться,
Друг друга силе невозможной поражаться,
Друг другая побеждая, бить поклон.

ДАВАЙТЕ ПОСМЕЁМСЯ НАД СОБОЙ

Давайте посмеёмся над собой,
Над кем ещё так весело смеяться?
Таким смешным столь радостно являться?
Буйство катренов — словно по весне

Я ОТВЕРГАЮ ТОРЖИЩЕ ТОРЖЕСТВ

Я отвергаю торжище торжеств,
Его вершителя удавкою свергаю,
Глазами помутневшими сверкаю
И добываю суть простых веществ.

ЛЕВ НИКОЛАЕВИЧ, МНЕ СКВЕРНО, УСПОКОЙ

Лев Николаевич, мне скверно, успокой,
Поведай мне о тайной сути смерти,
Смешной, глумливой жизни круговерти,
Жестокой и отчаянной порой.

НАМЕЧТАТЬ НА ЖИЗНЕЙ ПЯТЬ ВПЕРЁД

Намечтать на жизней пять вперёд,
С выпавшей не смея разобраться,
Имя бескорыстно дали святцы,
В этот год был жуткий недород.

НАМЕЧТАТЬ С ТРИ КОРОБА ЛЮБВИ

Намечтать с три короба любви
Невозможно чистой, жутко страстной,
Убегает — ты её лови,
И догонишь! Может быть, напрасно.

ПОД НОГАМИ ПОЧУЯВ СТРАНУ

Под ногами почуяв страну,
Неожиданно вздрогнешь невольно,
Что, спустившись, не двинул окольно,
Пожалеешь, нырнув в тишину.

СБЫЛОСЬ: МУЖЧИНА УКУСИЛ СОБАКУ

Сбылось: мужчина укусил собаку,
Известность мировую обретя,
Собака плакала от горя, как дитя,
Торжествовал кусивший: не дал маху.

СМИРЕННО ПРИНИМАЯ ТИШИНУ

Смиренно принимая тишину
Как знак проклятья иль благословенья,
Кто разберёт, всегда ведь есть сомненья,
Бурю уняв, кончаю гнать волну.

ВЕК ГОНЧИЙ: ЗРИТЕЛЬ, ИЗБИРАТЕЛЬ, ГОЛОСА

Век гончий: зритель, избиратель, голоса —
Залайканная дикая погоня
За агнцами в миг сладостных агоний —
По мёртвому лицу ещё ползёт слеза.

СТРАНИЦЫ НЕРАЗРЕЗАННЫЕ КНИГ

Страницы неразрезанные книг,
Не только пыль хранящие, однако,
Свидетельство: зарыта здесь собака,
Не слишком был радивый ученик.

СЕБЯ-ОБЪЕКТ СУБЪЕКТ-Я ДОГОНЮ

Себя-объект субъект-я догоню,
И совершится я-себя братанье
Всем разделённым эго в назиданье,
Рекомендуется: разок-другой на дню.

ЗВУК УВЯЗАЛ В БЕЗМОЛВИИ БЕСПЕЧНО

Звук увязал в безмолвии беспечно,
Уверенный: звеня, вспорхнет назад
И облетит мир, словно сонный сад,
Звенящий радужно медово-звонко вечно.

ПЕТУХ ПРОСПАЛ, РАССВЕТ ОН НЕ ПРОПЕЛ

Петух проспал, рассвет он не пропел,
И тот натужно, тяжко разгорался,
Словно в преграду больно упирался,
Слезами обливаясь между дел.

ЧЕТЫРЁХСТИШНАЯ ОТЧАЯННОСТЬ СТИХИЙ

Четырёхстишная отчаянность стихий,
Бесчинствующих словно по заказу —
Кого б вы думали? — все сообща и сразу
Есть знак противоборства ностальгий.

Четверостишия! Ну дайте хоть поесть!

ЧТО ВЕЧНО, ЧТО НЕ ВЕЧНО ПОД ЛУНОЙ

Что вечно, что не вечно под луной,
Решим потом в час мирный и досужий,
Дел будет меньше, а задачи уже,
В потопный час так умно думал Ной.

ХРАНИЛА ЛИ ОНЕГИНА СУДЬБА

Хранила ли Онегина судьба,
В которую то верил, то не верил,
Когда лежал, сидел, шагами мерил
Жизнь деревенскую до мерного столба?

ЛЕТИМ, МИНУЯ ЯРКИЕ ОГНИ

Летим, минуя яркие огни
Прекрасных городов, бредущих мимо,
Что мимо — жаль, ползут необратимо,
Как будто жизни, выпавшей нам, дни.

ПОЭЗИЯ! А БЫЛ ВЕДЬ СТАДИОН!

Поэзия! А был ведь стадион!
А ныне? Две скамейки у забора,
Естественного результат отбора,
И в нём ИИ, конечно, чемпион.

В СТИЛИСТИКЕ СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА

В стилистике Серебряного века
По льдистой серебристости скользя
Туда, куда даже ползком нельзя,
Искать звенящего хрустально человека.

НЕ МИЛ МНЕ ТРИУМФАЛЬНЫХ АРОК ВИД

Не мил мне триумфальных арок вид,
Не мило послевкусие победных
Реляций, окровавленно наветных,
Сам привкус у викторий ядовит.

ТЫ МЁРТВ — Я СОЧИНЮ ТЕБЯ ЖИВЫМ

Ты мёртв — я сочиню тебя живым,
Смерть — это нам обоим непонятно,
Ну, эмпирически, конечно, вроде внятно,
Но в сущности — туман и рыжий дым. 

БОГ УМЕР? ИЛИ ВОВСЕ НЕ РОЖДАЛСЯ?

Бог умер? Или вовсе не рождался?
Ждали-пождали, Сам Себя заждался.
По водам не прошёл. Превечность лишь обман.
А мир нам в лишних ощущеньях дан.

РАЗ НЕ В МЕШКЕ, ГДЕ ШИЛО УТАИШЬ

Раз не в мешке, где шило утаишь,
Где место тайное ему в миру найдётся?
Таить его ведь всё равно придётся,
От глаз чужих подальше спрятав лишь.

У ГЕНИЯ ЛЕЧУ Я НА ЗАПЯТКАХ

У гения лечу я на запятках
Не вычеркнутой лишней запятой
Не карандашной, не чернильной — золотой,
Любой прорехе и дыре заплаткой.

ЖИТЬ ЗАПОЗДАЛО: ЗАВТРА, КАК ВЧЕРА

Жить запоздало: завтра, как вчера,
Как близь Диканьки славны вечера
Всегда вчерашние, а завтрашних ведь нет
В Диканьке вечеров, а значит бед.

НЕБРИТЫЕ СТИХИ ВОЕННЫХ ЛЕТ

Небритые стихи военных лет
И жаркий жир по-киевски котлет,
Отцы чего лишь только не вкусили,
Чего лишь только жизни не простили.

ДОИТЬ ПО КАПЛЕ ИСТИНУ ИЗ ЛЕТ

Доить по капле истину из лет
Прошедших и ещё не наступивших,
Не распахнувшихся и свистом просквозивших,
Совет хорош лишь как любой совет.

ВСЁ ЗАТИХАЕТ: КОЛОКОЛ ЗВОНИТ

Всё затихает: колокол звонит,
Как сказано, гадать и не пытайся
По ком, дрожаньем воздуха не майся,
Остановись, вонзи глаза в зенит. 

В ДИВАННОСТИ ВОСТОЧНОЙ ТОНЕТ ПЛОТЬ

В диванности восточной тонет плоть.
Как духу без неё не воспариться?
Жаркою жаждой как не воспалиться?
Зачем? Чтоб чепуху потом пороть!

ШОПЕН. НЕЙГАУЗ. КИЕВ. ПАСТЕРНАК

Шопен. Нейгауз. Киев. Пастернак.
И рядом — дачный быт и домочадцы,
Всё то, что занесут потомки в святцы
Того, что может быть на свете так.

ЧЕТВЕРОСТИШИЯ! НУ ДАЙТЕ ХОТЬ ПОЕСТЬ!

Четверостишия! Ну дайте хоть поесть!
А то я, отощавши, одичаю,
Ну не поесть — лишь выпить чашку чаю!
У вас, ваще, катрены, совесть есть?

МОЩНЫЙ АККОРД РАССЫПАЛСЯ НА ЗВУКИ

Мощный аккорд рассыпался на звуки —
И сорвались с цепи, и понеслись,
Вниз юркнули и вёртко ввысь взвились,
Какой аккорд возьмёт их на поруки?

Катрен катрену друг, товарищ, даже брат

ЗА КРАСНЫМИ ФЛАЖКАМИ — ВОЛИ ВОЙ

За красными флажками — воли вой,
На твой вой безнадёжный откликаясь,
Зовёт свобода вырваться домой,
Хоть окровавленным, хоть мёртвым, но не каясь.

Я МОГУ И ХОЧУ РАССКАЗАТЬ

Я могу и хочу рассказать
Вам о том, как мы жили когда-то,
Пусть не скудно, но не богато,
Жизнь иную любя сочинять.

ГРЯДЁТ ОГРОМНЫЙ ПЁС, НА ПОВОДКЕ

Грядёт огромный пёс, на поводке
Ведёт миниатюрную хозяйку
Размером с белочку или, быть может, зайку,
Пёс, хоть большой, но с ней накоротке.

КАТРЕН КАТРЕНУ ДРУГ, ТОВАРИЩ, ДАЖЕ БРАТ

Катрен катрену друг, товарищ, даже брат,
Друг друга ценят больше всех наград,
Им вместе хорошо, по одиночке плохо,
Индифферентна к ним бездарная эпоха.

А ТО, ЧТО НЕ УГНАТЬСЯ МНЕ — ПРИНЯТЬ

А то, что не угнаться мне — принять,
Век скоропортящий поспешен на расправу,
Торопко тороплив и мыслит он не здраво,
И нечего, в вину вменив, пенять. 

МОЙ ДЕД ПОГИБ В СОРОК ЧЕТВЁРТОМ

Мой дед погиб в сорок четвёртом,
Червиво-чёрством роковом,
Глаза закрою рукавом —
И вижу мёртвым распростёртым.

ОН НА ЗЕМЛЕ, ОНА ЛЕТИТ НАД НИМ

Он на земле, она летит над ним,
Застыли — плоскость разорвать не смеют,
Увидевшие, те пусть онемеют,
А сам художник дерзостно не зрим.

СКУПНЁМСЯ В РОСКОШИ, А ПОЧЕМУ БЫ НЕТ?

Скупнёмся в роскоши, а почему бы нет?
Чтобы хотя б разоблачить навет:
Русалкою затянет — пропадёшь
И жизни истинного смысла не найдёшь.

КАК НА ОДНОМ ДЫХАНИИ ПРОЖИТЬ?

Как на одном дыхании прожить?
Вдох — выдох, недолга вся — да и только,
А рвётся, как известно, там, где тонко,
И надо бы соломки подложить.

КОНТЕКСТ. ПОДТЕКСТ. КУДА ЖЕ ДЕЛСЯ ТЕКСТ?

Контекст. Подтекст. Куда же делся текст?
А был ли мальчик? С ножиком игрался?
И доигрался? Просто запирался.
Не одинок — единственен, как перст.

КАПИТАНА ГРАНТА ДЕТИ НАЙДУТ

Капитана Гранта дети найдут,
Детей Арбата не воскресят,
Дни Турбиных куда-то уйдут,
Анну Каренину не простят.

ПЕЙЗАЖ БЫЛ ПОСЛЕ БИТВЫ: ДЫМ СТОЛБОМ

Пейзаж был после битвы: дым столбом,
Легло всё остальное коромыслом,
Сакрального исполненное смысла
Приобретается славно о стену лбом.

ВСЁ НА СВОЁМ ВЕКУ, И НИЧЕГО НА ПРОЧЕМ

Всё на своём веку, и ничего на прочем,
Пророчить о чужом — не о своём,
Без устали кудахча и пророча
В подробностях об этом и о сём.

ЖУРАВЛЬ? СИНИЦА? В НЕБЕ ЛИ? В РУКАХ?

Журавль? Синица? В небе ли? В руках?
Где б ни были, пусть там и остаются,
Хотят — летают, нет — пусть в клетке бьются
На свой на риск, на птичий личный страх.

ЯНУС ДВУЛИК, А КЛИО МНОГОЛИКА

Янус двулик, а Клио многолика —
На зависть всем, утратившим свой лик,
Какой бы ни был, хоть и жутко дик,
Но это, скажем прямо, не улика.

СЛОВ АТАКУЮЩИХ КАТАСТРОФИЧЕН РОЙ!

Слов атакующих катастрофичен рой!
Что апокалипсис, пока ты спал, случился?
Князь тьмы, пока ты почивал, явился —
Полюбоваться диких слов игрой?!

ТРЕВОЖНЫХ СЛОВ ПРОЖОРЛИВАЯ РАТЬ

Тревожных слов прожорливая рать
Упавший дух успешно доедает,
Живые крохи жадно дожирает
Привычная добычу добы(и)вать.

СЛОВ, СНОВ, СЛОНОВ — РЯД ЖУТКО НЕУКЛЮЖ

Слов, снов, слонов — ряд жутко неуклюж,
Никак не притираются друг к другу,
Но простираются на плоскости, по кругу
Бегут, не споря, кто всех боле дюж.

ЮНОЙ ПЛОТИ МОГУЧАЯ ПРЫТЬ

Юной плоти могучая прыть,
Духа юного вольная вольность,
Праздной праздничности произвольность,
Волчьей злобности сорная сыть.

НЕУЗНАВАЕМОЕ — УЗНАВАТЬ

Неузнаваемое — узнавать,
Непостигаемое — постигать,
Гостить везде, где только привечают,
А замечать — лишь что не замечают.

Опять за горло взял меня катрен

ГАМБИТ ГАМБИТУ РОЗНЬ, А ЖЕРТВА ЖЕРТВЕ — ТАЙНА

Гамбит гамбиту рознь, а жертва жертве — тайна:
Чтоб выиграть — на время проиграть,
Хоть поредеет в промежутке рать,
Сладость виктории сладка необычайно!

О, МАГИЯ СЛОМАВШИХСЯ ЧАСОВ!

О, магия сломавшихся часов!
Хоть дважды в день, но точность фантастична,
Так невозможно лживо феерична,
Прекраснее, чудесней всяких слов!

ЖДЁМ ЧУДА! ЧУДО-ЮДО НЕ ПРОЙДЁТ!

Ждём чуда! Чудо-юдо не пройдёт!
На нём уже не раз мы обломались,
Ломились в дверь открытую, совались
Носом сопливым, слыша: идиот!

НЕСЯ СВОЙ КРЕСТ — СВЯТУЮ ПРОСТОТУ

Неся свой крест — святую простоту
По собственной квартире ли, проспекту,
Пряча за пазухой всех чувствований спектр,
Нести его — молчать начистоту.

ЭЙ! ЧЬЕЙ ПРОБЛЕМОЙ БУДЕТ НОСОРОГ

Эй! Чьей проблемой будет носорог,
Остерегитесь, ежели удастся,
Сомнительно, что сыщется удавка,
А посему пусть вам поможет Бог!

УПЁРТОЮ УПЁРТОСТЬЮ УПРЁМ-

Упёртою упёртостью упрём-
Ся, бальные банальности презрев,
Отправив их звезде на разогрев,
И — по росе предутренней угрём.

ПИР ПИРРОВОЙ ПОБЕДЫ БИЛ СТОЛБОМ

Пир Пирровой победы бил столбом,
Фанфарно фанфаронно возносился,
Как холод, под ногами слух носился,
Как листьев шелест липкий, ни о чём.

ИСТОРИИ ПРАВИТЕЛЬ БЫЛ НЕ МИЛ

Истории правитель был не мил,
Писалась прямо, а он правил криво,
Она — бесстрастно, он рулил ревниво,
И вместе с ней в кювет он угодил.

ДЖИН ИЗ БУТЫЛКИ, ВСПЕНИВШИСЬ, ВЗОШЁЛ

Джин из бутылки, вспенившись, взошёл,
Как Афродита пенисто из моря,
Взойдя, он двинул, путь спесиво торя:
Кого взашей, иных же в топ возвёл.

ИЗ КНЯЗИ В ГРЯЗИ ПУТЬ НЕ ТАРОВАТ

Из князи в грязи путь не тароват,
Не щедр на милость, скажем по-иному,
Под солнцем разве этакое ново,
Орали грязи грозное виват.

НАПРАВО ЛИ, НАЛЕВО, НАПРЯМИК

Направо ли, налево, напрямик —
Едино всё, ужасно безобразно,
Куда ни двинешь, ясно, что напрасно,
Беда лишь в том, что, стоя, сгинешь вмиг.

ОПЯТЬ ЗА ГОРЛО ВЗЯЛ МЕНЯ КАТРЕН

Опять за горло взял меня катрен,
Ни есть, ни пить и ни дышать невмочь мне,
И, коль опять ночь проворонит кочет,
Урчать-бурчать стихам. Такой вот дзен.

ВСЕЙ НЕВОЗМОЖНОСТЬЮ НЕВИДАННЫХ ЧУДЕС

Всей невозможностью невиданных чудес,
Неслыханной чудесностью придавлен
К коре древесной и земной был явлен
Обычный малый, гений и балбес.

ПРОСРОЧЕННЫХ ИДЕЙ НЕСВЕЖИХ СУТЬ

Просроченных идей несвежих суть
И прежде мутная ныне совсем болотна,
Когда-то, может, вовсе не бесплодна,
Сейчас, однако, суетная жуть. 

ЭХ, ПРОКАЧУ, А ДЕНЬГИ ПРОКРУЧУ

Эх, прокачу, а деньги прокручу
На колесе фортуны бестолковой
Ещё не старой, чуть не свеже новой
И вовремя с качели соскочу!

СНЕГ ПО КОЛЕНО, ГРУДЬ ВСЯ В ОРДЕНАХ

Снег по колено, грудь вся в орденах,
Ноги свело от холода, а руки
Оледенели, для чего все муки?
Чтоб впопыхах героем стать впотьмах.

БЫТЬ ЗНАМЕНИТЫМ НЕКРАСИВО

Быть знаменитым некрасиво,
Особо тем, кто знаменит
Не знаменитостью, звенит
О том звонарь невыносимо.

НЕ ЗРЯ С ТОБОЙ ТРУДИЛИСЬ МЫ, ЛЮБЯ

Не зря с тобой трудились мы, любя
Одолевать нелепые преграды,
Века их возводили ретрограды,
И иногда, пожалуй, что не зря.

ВОСТОРГ ТОРГОВ КАК ТОРЖИЩЕ ВОСТОРГА

Восторг торгов как торжище восторга —
Отвергнуть, наплевать или принять?
Крутнуть ли вспять фортуны рукоять,
Чтоб от вопроса ввысь взметнуться гордо?

ТРАВА ХОТЬ НЕ РАСТИ — И НЕ РАСТЁТ

Трава хоть не расти — и не растёт,
Снег по колено — выпадет и выше,
Проблем по горло — сносит ветер крышу,
Незнаменитым — слава и почёт.

Буйство катренов — словно по весне

ПРОРОК ОТВАЖНО ОБЛИЧАЛ ПОРОК

Пророк отважно обличал порок,
Бил в колотушку, голым яро бегал,
Как бес, босо вышагивал по снегу,
Хоть знал заране: зря, ведь был пророк.

БУЙСТВО КАТРЕНОВ — СЛОВНО ПО ВЕСНЕ

Буйство катренов — словно по весне
Гремучий грохот льдов и вод разлив безмерный,
Шаг в сторону — случайный и неверный,
И быть тому, что мучило во сне.

ПЕРВИЧНАЯ МАТЕРИЯ КРАСНА, КАК КРОВЬ, БЫЛА

Первичная материя красна, как кровь, была,
Как ржавое железо,
Зазубренно твердела болью среза,
Для лепки подходящею слыла.

ПОКА ЗВЕЗДА ЕЩЁ НЕ ЗАКАТИЛАСЬ

Пока звезда ещё не закатилась,
Пока уже не ярко, но горит,
Пусть вспышку прежнюю ещё раз повторит,
Чтоб на себя саму потом не злилась.

И СВЕТ ЗВЕЗДЫ, И ОТСВЕТ СИГАРЕТЫ

И свет звезды, и отсвет сигареты —
Огонь ночной ужасно прихотлив,
То ярче, то слабей: прилив — отлив,
Зима — весна, вопросы — и ответы.

И МЕЧЕТСЯ МЕЧТАТЕЛЬНО МАЯК

И мечется мечтательно маяк,
То вспыхнет сквозь туман, то прозябает,
И с ним надежда напрочь исчезает,
Нет маяка — туман, он не иссяк.

ДУШ ПОКАЛЕЧЕННЫХ ГЛУХ НЕ КАЛАШНЫЙ РЯД

Душ покалеченных глух не калашный ряд,
Пусь не свиные, рыла здесь излишни,
Как не на паперти, но в церкви лишний нищий,
Как рыльца все в пуху пушистые подряд.

НЕ ВОРЧИ И НЕ БУРЧИ

Не ворчи и не бурчи —
Будем кушать калачи,
Маслом будем мазать —
И под юбки лазать.

КТО ТЫ? КТО Я? ВЕДЬ Я — НЕМНОГО ТЫ

Кто ты? Кто я? Ведь я — немного ты,
А ты ведь я, быть может, и поболе,
По крайней мере, если речь о боли,
Иль торжестве порожней пустоты.

КАК ОСТР ХРУСТ РАЗБИТОГО СТЕКЛА

Как остр хруст разбитого стекла
Стакана бывшего, тарелки ли, стекла
Разлитая вода с дрожащим дребезжаньем,
Разбитым вдребезги журчащим содержаньем.

ЧУР! ЧУР, СЛОВА! ВЫ МНЕ НЕВМОГОТУ!

Чур! Чур, слова! Вы мне невмоготу!
От вас я глохну и от вас я слепну!
Слепнями лепитесь хоть к песне, хоть к молебну!
Вон! Прочь! Всевышний даровал мне немоту!

ЧЕРТОВСКИ ЗНОЕН ЭТОТ ЗРЯШНЫЙ ДЕНЬ

Чертовски зноен этот зряшный день,
Втесавшийся в дрянную канитель
Деньских деньков не жарких, не холодных,
Профанно сытых, свято не голодных.

СКАЗАЛОСЬ ТО, ЧТО НЕ ХОТЕЛ СКАЗАТЬ

Сказалось то, что не хотел сказать,
Того ужасней даже — записалось,
Как это так — само собой сказалось?
А просто так — не знаю, как назвать.

СКАЗАТЬ ПО СОВЕСТИ? НЕТ, ЛУЧШЕ ПРОМОЛЧАТЬ

Сказать по совести? Нет, лучше промолчать.
По совести: ведь не мычать — кричать,
Орать во всю ивановскую прыть
Слова такие, чтобы нечем крыть.

РЕЛЬСЫ ЗАКОНЧИЛИСЬ, И НАЧАЛСЯ ТУПИК

Рельсы закончились, и начался тупик
Куда-то в ад — не в рай же! — напрямик.
Туда ли следовал всю жизнь ты прямиком,
Чтоб рельсы кончились тупейшим тупиком?!

ЖИЛ-БЫЛ, ОТСТАВ ОТ ЖИЗНИ, МАНЕКЕН

Жил-был, отстав от жизни, манекен,
Устал от всяко-разных перемен,
Ну, не могли б слегка повременить,
Пока он жив, не всё переменить.

КОМПЬЮТЕР НЕ КО ВРЕМЕНИ ЗАВИС

Компьютер не ко времени завис,
Не вовремя борщ почти свежий скис,
Вовсе не к месту молния и гром,
Короче, и Гоморра и Содом.

ПОДАЛЬШЕ ОТ ГРЕХА — К ГРЕХУ ДРУГОМУ БЛИЖЕ

Подальше от греха — к греху другому ближе:
Где узко, там и рвётся. Чепуха!
Беги во избежание греха!
Куда? Они везде. Грехи — как мыши!

ЧТО ВЫХОД ЕСТЬ ВСЕГДА, МЫ ВСЕ, КОНЕЧНО, ЗНАЕМ

Что выход есть всегда, мы все, конечно, знаем,
Не знаем только мы, как выход отыскать,
Какую дань, с кого за знание взыскать,
И от бессилия на всех подряд мы лаем.

А НАПОСЛЕДОК ПРАВДУ ВСЮ СКАЖУ

А напоследок правду всю скажу,
Всё выскажу, не пощажу ни капли,
Чтоб больше не ступать на те же грабли,
О чём некстати день-деньской твержу.