Сосуд Пандоры

Перелистнулись временем тома,
Подорваны все знания и мифы.
Избытки первородного греха
Нас привели на гибельные рифы.

Мы грекам — дети, роковой урок:
Не кукол нам бы, а сосуд Пандоры.
В нём спрятано не злато, не порок —
Они давно прорвались сквозь затворы.

И нет в сосуде горестей и слёз,
Они в миру до крайнего предела,
Но тайна, от чего весь мир порос
Во лжи дремучей, разломляя тело.

На дне сосуда, давящим свинцом,
Не пустота, что чёрствому — расплата:
Там Матерь, обрамлённая венцом,
Хранимая сосудом, как награда.

Не чтится в том сосуде и успех,
Но он явился людям в утешенье,
А правда, запечатанная вспех, —
Рушение, но всё же — искупленье.

У правды нет смиренности потуг,
Без чувства, в обволоке кремнем.
Она — презрением до нисходящих мук,
Что так храним, вынашивая семнем.

Сосуд, хранящий первобытный страх, —
Всю правду, принимающий восторгом,
Покамест мы, в насеянных грехах,
Отдались промыслам: граблению и торгу.

Но слышу кожей по сосуду гул,
Священный трепет, души кроят вены,
И свет его мне в скорость подмигнул,
Расставленные обрушая стены.

Как хочется дознаться, что за тьмой,
И тешится побыть первопроходцем,
Судьбы смести презренной роковой
Угодья, что травили всем колодцы.

Сосуд опроверженьем стал по мне,
Его углы — то правда от пророков;
Они схранили до священных дней
Её, безжальную, что поведёт к истокам.

Откроем крышку, выпуская в свет,
Врата откроем вере и надежде,
Иль в заточеньи много сотен лет
Пробудет правда в призрачной одежде?

Сосуд Пандоры, сохраняя правду,
Предсказано явившийся на миг,
Откроется ко времени, я знаю,
И правда утолит сухой цветник.

Но ныне, исчезая, дарит след,
Готовлюсь провести с грехами схватку.
Да закалится наступающий рассвет,
Да вера закалится под лампадкой.