Всё не так было

Всё не так было.
Пророческий сон монаха Владимира о его роде:
Я нахожусь как обычно в дурдоме.
Причём как в Интернате, один в малюсенькой камере ( комнатушке) на третьем этаже, сконструированной не так.
Я решаюсь на свой обычный подвиг, в тысячу поклонов, Господеви Бхагасу Зебаофу. Сделав два или три, я замечаю, что есть выход. Я устремляюсь в него и вижу в огромном количестве, кошек и мышек, которые говорят по- русски. Они снуют туда- сюда, перебегая. Приговаривают: какие хорлшие хозяева, дают кров! И вот вдалеке огромная пантера. Она пробирается сюда, но обламывается. Я подхожу к окну, которое странным образом напоминает мне 80ю школу, пушкинский лицей, который я frecventat. Ба! На окошке горилла и лев. Горилла не может освободиться, у неё рука прижата- под локоть вставлено окно. А лев с другой стороны окна. Так же не может вылезти, потому что перед ним окно с гориллой. Лежат они ничком. И так, то будоражимый, то примиряемый, я вижу ещё одного белого леопарда, который со всех ног бежит на меня. Я, дёру в свою камеру. Он за мной. Но Белла Донна, Владычице всегда нам помогает и он слепнет. Да и на полу Богородица устроила дыру в три этажа. В общем белый гепард улетел в тар тарары.
Я сделав ей поклон, спускаюс на первый. Там иерей Виталий и Тима. Иерей наш, с рыжей прической, накаченный, весь в цепях. А Тимофей Владимирович, его Великий адвокат, мною был принят сперва за него. Ну он меня и успокоил. Всё спокойно говорит, жуя свои семечки. Но это была жвачка. Мы с иереем договорились выменять цепочку от наперстного креста, такую, знаете ли со звеньями, на мою какую- то вещь. Вообще иерей Виталий добрый малый, даром, что живёт здесь.
В мою каморку приходит монахиня Серафима (Александра Глебовна Зайцева) и говорит нам, что это фамильная камера. Здесь жил покойный протоиерей Глеб.
Она заводит Jet Plane- лиловый, и мы улетаем. Летим мы из комнатки, в ту, где звери и на улицу. А там море. Ну или речка... Лариса тут же. Лёшенька тут же. Джеймсик тут же. Но к хвосту пристраивается тип- псих и пытается сломить engine. N или я, его сбрасываем. Но он из таких, сопящих мастодонтов, что упёршись рогом, сомналиво прут, как танки по войне. И вот он отгрызает бак auf die Jet Plane F 100. Он загорается. Мы спаслись. Самолёт потерян. Я подхожу к горящему баку и отдёргиваю руку.
Надо наказать психа! Урон в миллионы долларов. Александра Глебовна, воспринимает всё по- семейному, по- святому. Бог дал, Бог взял.
" Лешенька, пойдём  покалечим того психа. Ибо тогда народ die Klubb's M;lle, прознает и не повадно будет".
Находим его на другой стороне псих.интерната indoors.
Он прижался к стене. Я, кулаком раз- другой по його проклятой морде. Ну вышло, что раз десять.
И тока после того, на моей длинной руке, у передней фаланги указательного пальца, Господь написал слово, точь в точь, как в первом классе: "проверено".
Мы на 2й мировой войне. Как бы в тылу. Где продолжается casualty producing, в общем военные действия. Я в по праву принадлежащем мне, лейтенантском обличьи. Меня зовут "каратель".
Лежит роженица, вокруг неё сгрудились всякого рода людзи.
Я выступаю, стоя спиной к фронту, потому что меня подозвали.
In fact, нужно уладить дело об зачистке рода. С лёгкой руки, подзуживающего, а военное время! Я, а на самом деле один из моих предков, может Борис Николаевич, может Фёдор Федорович, может Константин Николаевич, может Георгий Николаевич убивает всё лежащее здесь потомство этой роженицы. То ли как врагов народа. Всех! И вырывает из родословной листы с отображением сих. Когда женщина в агонии, встаёт и берёт книгу. В которой уже никого нету. Я отдёргиваю руку с боем не даю ей книгу. А то она меня съест заживо eating me alive.
Но мы взлетаем. Потому что знаем , что время пришло....
У Господа все и Николай вторый, и Серёга лейтенант Ильяшенко и дедушка Алексей Владимирович.
Проходит клич: кто из вас войны Христовы, пойдёт довершить дело, по спасению нового йерусалима,- Руси? Я не медля, лечу взять трофей. За мной летят многие. Но когда многие подлетают к жертвеннику и берут трофеи, их сопровождают ангельские возгласы: меня же сопровождает Божья надпись на руке: смотрено. Потому что я этими мурдаре руками взял самого золотого младенца в яслях.
Итак я возвращаюсь на землю. И присутствую на первой ночи . За кулисами. С женщинами. Лишь только акт начался, эротическая сила взяла верх. Я уже вижу Регину. First Lady. Но она делает всё, чтобы не осрамиться. И когда завеса открывается, она в невыгодной позе.
Ну и тут мой родственник. Почему- то у меня ассоциация про дядю Глеба. Контуженный, сидит в театре. За кулисами.к Ему подступает женщина медсестра и они делают потерянных детей...
Вообще, всё правда, из- за чего страдают роды.