Шесть ликов любви. Часть 2 триады Двуединая загадк

Вес невидимой мысли

Философ древний Аристотель
Не прочь размыслить был порой:
«Феномен филии даёте,
Немой, оглохший и слепой?» -

Шутя, он к миру обращался,
Спеша осмыслить суть вещей:
Над бренной плотью дух вздымался,
Не зная низменных страстей.

«С чего начать мне труд высокий?
 Сторге — спокойствие, тепло…
Дружи — минуешь рок жестокий», —
Сказал он так, и по-нес-ло…

Природа дружбы вне подвоха,
Как светлый разум бытия.
Дела бы шли совсем неплохо,
Когда б так мыслил ты и я».

Агония чистого листа

Берёт пурпурный он пергамент,
Пером пронзает чистый лист…
Из букв изысканный орнамент…
И гонит страсть из-за кулис…

Его сознанье нараспашку…
И танго текста на листе…
«О, эрос! В строках лихоражу!»-
Перо крутило фуэте.

А разум хитро хороводит,
Смешав «должно» и «не хочу».
Твердила плоть в круговороте:
«Я что желаю - получу!» 

То флейты разума заплачут,
То струны тела зазвучат,
И логос корчится впотёмках,
Где чувства властвуют, слепя.

Валюта чувств

«Довольно танцев, всё в расчёте!», -
Он пишет, пальцы обломав.
«Всё наяву иль кто-то бредит?»-
Философ думал написав.

Быть может, прагма заправляет?
 Где выгода — там правды нет.
Кто платит — тот и вдохновляет,
 Сжигая чувства в пепел лет.

Но нет, расчет сметая строгий,
Смеясь над суммой прописной,
Вещает людус на пороге:
«Любовь-игра, са-мо со-бой!»

Стиль флирта — это же фривольно!?
Иль нужен вексель под сукно?
Философ выдохнул: «Довольно!»
Всем раз-но-е, увы, дано…»

Философ, запертый в словах

И снова ребусы, загадки,
И мания (6), садясь на трон:
«Мне надоело все порядком,
Философ мой, его не тронь!»

В ней закипал вулкан эмоций:
«Пиши лишь обо мне, герой!
Все остальные по-сиротски
Пускай обходят стороной!»

Но агапе шагает гордо,
Заботы свет в её глазах.
Она не требует аккорда
Ни на кифаре, ни в стихах.

Сменилось танго менуэтом,
Где каждый выверен поклон...
Порой, каким-то чудом  бредят,
Попав в его капканный схрон.


Лекала Аристотеля

И стило он отбросил вяло,
Чесал вихор и скатерть мял.
Он тем поверженный накалом,
Свою же мудрость отрицал.

Был прав, конечно, Аристотель,
По полочкам расставил он
Всю суть любви на эшафоте
В сухой логический канон.

А я в любви добро лишь вижу,
Она прекрасна и чиста.
Чем строже логика ей движет,
Тем громче сердца немота.

От Аристотеля лекала,
Свели безумие к нулю…
Но в жизни нежности так мало
Как часто говорим «люблю»?