Автохтон

(Поэмэска)

1
Грозы громыхали засовы,
в скалах ночного Азова
кричали испуганно совы…

Сети большого улова
рвала штормовая волна.

Молнии до утра
Багрили осетра.

И спозаранок на суше
бились белужьи туши.

И мы их на волокуши
клали и сейнера
в море их буксировали.

И многие великаны
немедленно оживали,
и ранеными плавниками
нам благодарно кивали.

На влажном песке валяясь
мы от восторга смеялись
и небо довольно сияло
на скалах береговых

и бабы солили сало
рыб, что убил прибой,
пока мы, рискуя собой,
спасали от смерти других.

2

Питаясь жалкой горсткой,
невинных ягод родины моей,
я видел блеск столетних тополей,
стоящих вдоль дороги Белогорской.

В часы Преображения Господня –
в мгновенье полночи на острие момента
я наблюдал скачок «вчера» в «сегодня».

Я разглядел, как действуя латентно,
всегда под Рождество из года в год
декабрь превращает воду в лёд.

Я посвящён во многое другое
земли, в которой многое благое
невольно то и дело нахожу,
когда задворками Империи брожу.

3
Язык мой – трость роняющая слово,
когда меня высокогорный тёрн
пронзает Остромировым пером
и я бегу на берега Азова
или в ближайший водопадный шторм,
по краю бездны, где бушует гром…

4
Нет, я не странник здесь и не пришелец,
я собиратель трав и земледелец,
я колчедан Камыш-Бурунских руд,
я тот, кто сердца пламенный сосуд.
Боится уронить, спеша на Божий суд…

5
«Мужайся! – говорю себе, – мужайся!
Сражайся! На врага не обижайся,

Ведь он не виноват,
что был тебе, как брат.

Сдержи язык от зла
и рот от скверных слов.

Не запятнай покров,
который Божья матерь
простёрла, словно скатерть,
в цветущем поле Крыма

и тем его укрыла
и спасла.
17.09.26