Один день из жизни кота обновлено

---

Один день из жизни кота

Мысли осознанного наблюдателя

---

Абсолютно счастливых людей не существует — такова природа человека.
Но кто запретит нам жить с удовольствием?

Эпиграф

Мы здесь в гостях и ненадолго.
Битую посуду каждый оплачивает сам.

---

Жил был пёс.
Жил, жил, да не выжил.
Тут бы и сказке конец, но появляется новый герой — кот.
Толстый, ленивый. Сидит на заборе, жрёт сметану из блюдца и брезгливо смотрит на мышей.

Так вот. За основу я взял кота.

---

Кот потянулся. Выгнул спину. Царапнул пол пару раз — когти выпускаются. Сел. Потряс головой. Почесал за ухом. Облизал лапы. Уж если начал умываться — умылся полностью. Поел сметаны. Запрыгнул на подоконник. И через форточку вышел на улицу.

Кот осмотрелся. Понюхал бревно. Заглянул в подвальное окно. Прошёл по крыше сарая. И с крыши спустился на забор одним прыжком.


Кот устраивается на заборе.
Сидеть не очень удобно, но коту норм. У него есть опора. Поэтому кот на заборе, а не наоборот.

Осмотр местности. Куры, утки. Индюк — скотина, не пройдешь мимо. Сразу бежит, трясёт своими этими под носом. Тьфу, с таким лицом надо дома сидеть, а не по двору шастать.

Бобик спит. Он теперь почти всё время спит — возраст.
Когда ещё котёнком принесли сюда, Бобик был взрослым грозным псом.
А сейчас это старый, облезлый и беззубый собакен. Его, наверное, скоро выгонят со двора. Пользы от него нет, а хлеб он ест.
Жалко Бобика. Но все там будем.

Бобик не шевелится.
Похоже, не успели его выгнать.

О, идёт остолбень. С утра уже залил глаза. Заметит, нет? Слава Осирису, заметил. Да куда же ты его за хвост то!? Никакого уважения. Вон на пустыре закопал, сидит рядом, пьёт и слёзы льёт.
Ещё один претендент на выбывание. Или его хозяйка зашибёт, или сам, как Бобик.

Вот он, дурак: в собачью будку залез и храпит на весь двор. Позорище.

Вот они, хозяева. Служил им Бобик всю жизнь верой, как говорится, и не щадил — ну вы поняли. А его — за хвост и на жальник. А теперь вон белугой заливается. Жиза.

А это кто у нас там такой хитро выдуманный? Серенький, под ёлкой притаился. Глаза горят, язык набок, слюни до земли. Проголодался, братец? Ну иди, я тебя угощу.
Эх, Бобик, как не вовремя-то всё. Тот хоть залаял бы.
Ну, раз уж так карта легла — пойду встречу гостенька.
Спину дугой, шерсть торчком, голос дурниной: куда прёшь, собака сутулая!
На тебе двоечку по носу когтями! Ага, сижу я, тебя там жду. На тебе по глазам. Больно? Конечно, больно.
Ты, волчина, в следующий раз глазом своим оставшимся смотри, куда идёшь, и дом этот обходи за километр.

Эээ, ты-то куда? Вот же просмотрел — индюк скотина! Да отстань! МА—МА!
Фууу, этот индюк с детства меня не взлюбил. Что я ему сделал?
КОЗЁЛ!!! И когда только из тебя суп сварят!?

Тяжела и неказиста жизнь кота в этом дворе. Так, облизаться. Всё-таки ущипнул опять. Ну ничего, живой ведь. А что это там хозяйка понесла?
Ммм, молоко. Коровку подоила.
Вот это разговор другой. Мур-мур, матушка. Мур-мур, хозяюшка. Хм.
Обычно срабатывало, да сегодня явно не мой день. Опа, да как же не мой, очень даже мой: хозяйка молоко на лавку оставила! Молния рыжая стрельнула через двор. Ммм.
Молочко. Можно прямо из ведра лакать? Я же заслужил? Я молодец!
Ай! Ай-яй-яй! Больно же! Пойду-ка я к себе в офис, на забор. Блин, мокрым полотенцем по самому больному месту. По самолюбию.
Где справедливость? Отпил три глоточка, жаль, не успел больше.
Ну ничего, думаю, скоро успокоится, отойдёт. Попробую ещё раз.

---