Герои Чехова и Гоголя в американских университетах

Герои Чехова и Гоголя в американских университетах

У Чехова есть замечательный рассказ «Лев и Солнце». Его герой, городской голова Степан Иванович Куцын, чрезвычайно гордился своими наградами и знаками отличия. У него были две медали, орден Святого Станислава третьей степени, знак Красного Креста и знак Общества спасания на водах. Но и этого показалось недостаточно. Куцын сделал себе ещё и брелок: золотое ружьё и гитару, перекрещённые между собой. Наградой этот брелок не являлся, но, продетый в мундирную петлю, «издали прекрасно сходил за знак отличия».

Особенно мечтал Куцын о персидском ордене Льва и Солнца. И когда в городе появился персидский сановник, городской голова бросил все дела и принялся его обхаживать. Ради нового украшения на груди он был готов на всё.

Прошло почти полтора столетия. Мундиры теперь встречаются реже, однако любовь к украшению собственной груди никуда не исчезла. Просто ордена и медали иногда заменяются длинными строками академических титулов.

Один профессор известного американского университета придумал для себя настолько пространный титул, что для его прочтения требуется почти отдельное заседание учёного совета. Надо отдать профессору должное: создание такого титула — тоже работа, и немалая. Необходимо собрать все должности, звания, степени, награды, членства и отличия, ничего не забыть, расставить их в наиболее торжественном порядке и соединить в одну величественную конструкцию.

Большинство вошедших в неё регалий вполне заслуженны. Профессор действительно известен, много лет работал, добился серьёзных результатов и получил высокое звание Distinguished Professor. Само по себе это уже достаточно весомо и говорит о человеке больше, чем длинный перечень приложений к его имени.

Но профессор, похоже, немного переборщил. Ко всем своим настоящим и бесспорным достижениям он добавил ещё и IEEE Life Member — пожизненное членство в IEEE.

В самом этом статусе нет ничего смешного или постыдного. IEEE — уважаемая международная профессиональная организация. Однако Life Member — не профессорское звание, не учёная степень и не награда за выдающееся научное открытие. Для него не требуется даже быть профессором. Этот статус связан прежде всего с возрастом человека и продолжительностью его членства в IEEE. Среди немолодых инженеров и учёных он далеко не уникален.

Поэтому IEEE Life Member, поставленный в один парадный ряд с Distinguished Professor и другими серьёзными академическими достижениями, неожиданно начинает напоминать чеховский брелок. Он не является поддельной наградой и сам по себе вполне почтенен — но в составе торжественного титула должен, по-видимому, издали сойти ещё за один знак особого величия.

Здесь вспоминается и другой классик — Гоголь. В «Ревизоре» слуга Хлестакова Осип охотно принимает даже ненужную верёвочку:

«Давай и верёвочку — и верёвочка в дороге пригодится».

Так, вероятно, составлялся и профессорский титул: Distinguished Professor — берём; научные степени — разумеется; почётные звания — обязательно; награды — все до одной. А IEEE Life Member? Почему бы не добавить? И верёвочка в дороге пригодится!

Представим себе человека, который сообщает:

«Я — лауреат Нобелевской премии. Но это ещё не всё. В дополнение к Нобелевской премии я окончил два техникума: кулинарный и ветеринарный».

Окончить два техникума — дело вполне достойное. Кулинарные и ветеринарные знания могут оказаться чрезвычайно полезными. Однако рядом с Нобелевской премией это дополнение не увеличивает величия человека, а производит комическое впечатление. Возникает вопрос: неужели Нобелевской премии ему показалось мало?

Так и звание Distinguished Professor не становится выше от присоединения к нему каждого доступного обозначения. Напротив, чрезмерно длинный титул способен невольно уменьшить вес действительно значительных достижений. Когда бриллиант обкладывают слишком большим количеством блестящих безделушек, он не начинает сиять ярче — его просто становится труднее разглядеть.

Профессор, несомненно, заслуживает уважения за свою научную и педагогическую работу. Вероятно, именно поэтому ему не требовалось превращать собственное имя в выставку всех когда-либо полученных свидетельств, членств и знаков. Настоящие заслуги не нуждаются в длинных пояснениях.

Но человеческая природа со времён Гоголя и Чехова изменилась не слишком сильно. Одному хочется получить орден Льва и Солнца, другой берёт верёвочку, потому что и она когда-нибудь пригодится, а третий сооружает академический титул такой длины, что рядом с настоящими наградами находится место даже для пожизненного членства в профессиональной организации.

Мундиры исчезли, а петлицы для брелоков остались.