Боги и смертные

О, сколько душ отвергнутых томятся —
Все за пределами Олимпа, им лишь снятся
Орудия пыток плоти нежной — прям до кр;ви,
Тела измучены и изувечены… доколе?

Ведь бьют со злости и наотмашь, зная — попадут,
Ударить посильней… Игра богов кнут-пряник тут.

А там, у облаков, не ведом запах страха,
Арес кропает мёд, не зная, что такое плаха,
Смеётся Бог войны над тем, кто мечется в тени,
И шутит, что он глух — и не услышит просьб с земли.

А на земле калечат всех с размаху, без прикрас,
За неудобный для богов, наш недостойный сказ.
В кротчайший миг отвергнет всё — таков его закон,
Сам Аполлон, хранитель лиры, струн. Таков его канон!
Ему не нужен голос, что готов звенеть и рваться,
Ему милей податливый, способный прогибаться.

О, боги избранные, вы не нами, непонятно кем,
И судьбы правите чужие — почему? зачем?

Но с неба нет ответа — лишь раскаты, гром:
То Зевс взревел: «Мы — вечны. Мы — всегда. Мы — на потом.
Молитесь, ждите, вдруг от скуки станет грустно,
Подарим лучик света — пусть сияет, всё не пусто».

А до того — всех уравнять, подмять и обезличить,
Все недостойные вокруг — не интересно, как их кличут.
Афина, мудрый свет несущая в веках,
Всех уровняла меркой — даже нет и слёз в её глазах.
Не видит боли, крика, ни мольбы, ни тишины —
Здесь для неё нет стоящих, иные не нужны.

Удобства мало в вас. Есть горстка там зерно —
Благоволим лишь их — да здравствует оно.
Деметра в плач — слезам всё ж не помочь:
Беречь и множить тех, кто жертвой пал Олимпа в ночь.
Она хотела брошенных взлелеять и взрастить,
Но Зевс ей: «Нам важнее тот, кто с нами должен быть.

Себе подобных, чтобы было больше нас,
А остальных — всех прочь с Олимпа — мой указ.
И пусть Гермес — он вестником здесь будет —
Доставит слово нужное — пусть точно, не забудет.
Он юркий, быстрый. То письмо домчит до вас:
«Олимп для избранных. Вам места нет — отказ».

Пускай внизу толпятся, ждут плебеи,
Мы боги, вами правим, таковы у нас затеи.

А там внизу Аид всех примет молча, без затей —
И он-то знает, каково — без права голоса, вестей.

Но тишина на небе, там — ни звука.
Лишь ветер с гор летит и ледяная мука.
Лишь эхо вторит: «Вам здесь нечего искать.
Олимпу не нужны. Не стоит его ждать».

16 сентября
минор