Осень каприз на холодном паркете

Сброшены маски, забыты интриги,
время листает пустые страницы.
В парках, как в старой, зачитанной книге,
птицы срываются, словно ресницы,
— в вечность вериги.

Стынет помада на бледном рассвете,
город укутан в лохмотья из ситца.
Осень — каприз на холодном паркете,
ей бы в забвении тихо забыться,
— в сонном ответе.

Свет догорает в пустом павильоне,
тени танцуют в преддверии стужи.
Мир отражается в лунной короне,
всё, что осталось — лишь блики на лужах,
— в вечном поклоне.


Смолкли овации, гаснут софиты,
небо чернеет, как бархат в антракте.
Все декорации наспех умыты,
в этом прощальном, негласном контракте
— карты разбиты.

Снег на подходе, как первый свидетель,
кутает плечи в холодные шали.
Спит за кулисами старый властитель,
в той тишине, где надежды молчали,
— в белой обители.

Сброшен наряд, обнажились скелеты
голых ветвей в серебристом овале.
Больше не нужно ни славы, ни света,
всё, что мы в этой игре разыграли,
— в пепел отпеты.