Сырые Бриллианты

Тяжёлый камень, тусклый антрацит, 
Зарыт землёй под вымершей равниной. 
В нём древняя энергия кипит, 
Но он лежит, укрытый серой глиной.

Так бродят меж лачуг и кабаков 
Сырые люди — странные уродцы. 
Их лица из нетёсаных кусков, 
И ржавчина въедается в колодцы

Их душ. Они баюкают свой дар, 
Как дикари — заморскую монету. 
Им нужен солнца яростный удар, 
Чтоб дать дорогу спрятанному свету.

Чтоб снять кору, чтоб выбить лишний вес, 
Чтоб грань блеснула яростно и резко, 
Нужна пята дымящихся небес 
И точный взмах — безжалостно и дерзко.

И мастер занесёт свой инструмент — 
И брызнет кровь, и полетит щебёнка... 
Лишь тот поймёт торжественный момент, 
Кто слышал крик рождённого ребёнка.

Мы встретим их на шумных площадях, 
Где пахнет рыбой, сеном и навозом. 
У них покорность вечности в глазах, 
И лбы давно отмечены морозом.

Они молчат. Но если бросить взгляд 
Сквозь толщу вод, сквозь каменные своды, 
Там зреют грозы, там вулканы спят, 
И дышит жар нетронутой породы.

Один из них, сойдя с ночных дорог, 
Войдёт в твой дом, плечом задевши стену, 
Положит на дубовый стол клинок 
И сменит сталь на творческую пену.

Другой уйдёт по пояс в синий лёд
Искать на дне заржавленные руды.
А третий просто ляжет и умрёт,
Оставив дар на злые пересуды.