Размышления старого молодого человека

ИЗ «РАЗМЫШЛЕНИЙ СТАРОГО МОЛОДОГО ЧЕЛОВЕКА» [2. ЧТО ЗНАЧИТ ЖИТЬ...]
Стефан Буке
перевод с французского Линдси Тернер


Что значит жить в городке на озере в горах?
Каждое утро открываются деревянные ставни на окнах
Есть туман или его вовсе нет? Блестит спокойная вода,
Неморщинистая и такая же успокаивающая, как простая геометрия
незавершённого двумерного мира. В своей радости
пейзаж переходит в общий регистр такой близости,
какое любое изобилие позволяет. Ты, кого озеро
удивляет, слушай колокола с трепетным возбуждением.
Они позвонят в 7 утра и остановятся всего на 16 ударов: таким образом мгновенное ощущение рая умножается согласно
его собственной бурной нелогичности. Жизнь опустится к
берегу, дикие приятные воды,
здесь происходит пересечение времени с самим временем, маленькая лодка,
рыбак, стоящий в ней, подчёркивает успокаивающим движением
его собственное существование, уток, лебедей и бакланов
в том числе. Плещущие волны звучат как детская песенка об этом почти-настоящем или если бы сейчас это именно то, что тебе нужно было знать: стволы, ивы и платаны, наклоняющиеся по извилистой линии,
над педальными лодками и ледниками,
которым они были доверены,
объясняя без ошибок, на высоте вечера, охристую каллиграфию убежища.

FROM “MEDITATIONS OF THE OLD YOUNG MAN” [2. WHAT IT WAS TO LIVE …]
St;phane Bouquet
translated from the French by Lindsay Turner

2. What it was to live in a lake-&-mountain town:
every morning wooden shutters open on 1 more
offering of fog or not at all: the still water glittering
unwrinkled and as reassuring as the simple geometry
of an unfinished and 2D world. In its joy
the landscape skips into the general register of intimacy
that any plenitude will authorize. You who the lake
amazes, now listen to the bells so turbulently excited
to ring out 7am that they stop just 16 strokes
later: and thus the instant paradiso is multiplied according to
its own exuberant illogic. Living will descend down to
the bank, the water’s wild sympathizers,
here the intersection of time with time itself, the little boat,
the fisherman standing in it punctuating with a calming motion
his own existence, ducks and swans and cormorants
included. And the lapping waves appear to hum
the nursery rhyme of this almost-present or if now were
just exactly what you needed to know: the trunks, the willows & plane trees
leaning according to the sinuous idea of a curve
over the pedalboats & glaciers entrusted them,
elucidating without fault, at the evening’s height,
the ochre calligraphies of refuge.