Один год Императора Ивана Шестого

           1740-1741
     (из поэмы "Русский мир")
Он императором провозглашён 
Ещё грудным двухмесячным младенцем.
Взошёл на трон, как требовал закон,
И год храним был материнским сердцем.
Была эпоха для него чужой, 
Не дав и дня побыть в реальной власти:
Он, свергнутый великой госпожой,
Затем до смерти пожинал несчастья.

Страну как будто захватил инстинкт 
Интриг дворцовых и переворотов.
Взошла на трон, что на боксёрский ринг,
Дочь Первого Петра,- Елизавета.
Была любимой дочерью отца,
Умна, доброжелательна, красива.
С характером упорного бойца, 
Пришла на трон в борьбе за справедливость

Толчком явились действия сестры, 
Царицы Анны, спутницы Бирона, 
Когда кругом на высшие посты
Пришли мигранты, верные барону. 
В кавалерийский облачась мундир, 
Явилась ночью в полк Преображенский.
Как дочь Петра, всего полка кумир, 
К присяге призвала солдат-гвардейцев. 

Торжественно, под возгласы «Ура!»,
В дворец занесена императрицей:
Был иностранец изгнан со двора,-
Во власть открыта русская страница.
                ****
Никто в наградах не был обойдён 
Из всех бойцов «революционной» роты:
Солдат - двором и званьем наделён,
А офицер - дарами высшей пробы.
Иван Шестой и мать – «бельмо в глазу», 
Весь век хозяйке не дадут покоя:
Тюремный, вне закона, самосуд 
Им навсегда свободу перекроет.

Её указом нанесён запрет 
На имя Иоанна в документах, 
В любых форматах запрещён портрет,
Вплоть до хранимой именной монеты.
Под именем «известный арестант» 
Он в крепости бытует Шлиссельбургской.
И «безымянным узником» предстал 
На Холмогоре, в арестантском списке.

Зайдя единожды в порочный круг, 
Ты можешь вовсе потерять свободу,
Как будто и рождён для вечных мук,
Судьба – родитель в эти злые годы.
Иван Шестой – пример такой судьбы,
Он – жертва власти жёсткой, безрассудной,-
Сидел безвинно, без вины убит,
Как будто свет лишён благоразумья.