Дедок

В сторожке утлой смрадным пахнет духом,
Живёт там дед поболе тыщи дней.
Пять лет как схоронил свою старуху
И сам прижился рядышком, при ней.
Замок в дверях, калитка на защёлке,
Тоскливым стал когда то милый дом.
Порой зайдёт соседская девчонка
Побаловать домашним пирогом.
То погостить заявятся на часик,
Стаканчик самогонки пропустить,
Но стали люди пропадать всё чаще,
Пореже стали к деду заходить.
И вот на днях соседка забежала
Глаза в слезах, опухшее лицо:
«Опять в деревне девочка пропала.
Не у тебя?» Осела на крыльцо.
Нет сил подняться, ноги словно вата,
Старик в сторожку женщину впихнул,
Налил горячий чай со свежей мятой,
На треть в стакан наливочки плеснул.
Разок-другой хлебнула, захмелела
И прикорнула тут же за столом,
Да всё во сне подрагивает телом –
Бежит, спешит, стучится в каждый дом.
Пришла в себя – уж солнце зА лес село,
Уже в стекло скребёт когтями ночь –
Пропала дочь, а я тепле сомлела,
И из сторожки дикой ланью прочь.
Взглянул старик, как женская фигура
Бежит сквозь лунный свет среди могил,
В сердцах осевшей дверью хлопнул сдуру
И на запор железный затворил.
Истошный крик за запертым окошком
Сорвался в визг и превратился в стон.
Старик, свой суп мешая грязной ложкой,
Попробовал наваристый бульон.
Ворча под нос: «Опять грызутся в драке, -
Кастрюльку снял горячую с огня. –
Всё то, что не доели вурдалаки,
Всегда сгодится в пищу для меня».