Наивные. Глава 27 - Нет, наши женщины красивей...

НЕТ, НАШИ ЖЕНЩИНЫ КРАСИВЕЙ… (глава 27)

Нет, наши женщины красивей,
Нежнее, тоньше и учтивей...

В.Ф. Николайчук, "Наивные", глава 27

Достаточно читателю со стажем прочитать, – «Шербургские мотивы», как ему станет понятно о чём эта глава; остаётся сказать о море Аравийском, в котором корабль тверского купца Афанасия Никитина атаковали русалки и подвести философский итог трём главам поэмы «Наивные» – 25-ой, 26-ой и 27-ой.



И как пример пошли картины;
Звучат Шербургские (1) мотивы
И с лёгкой Фебовой руки
Заходят двое, – голубки:

Джентльмен под руку с стройной дамой,
Да не с простой, а величавой;
Со старою ли, с молодою
Не знаю точно, но открою

Свой взгляд на возраст зрелых дам:
По мне все молоды, как прежде,
Пока горит огонь надежды
И их ведёт по тем местам,

Где кто-то, страстью к ним сгорая,
В горячке дум не замечает,
Что отморозил пальцы ног               
В объятьях Северных широт (2).

С джентльменом разобраться проще, –
Не стал кусаться старый отче;
Во мне глаголет здесь собачник:
Мой пёсик дрыхнет, говорящий…

В вошедшем – бес ему в ребро! –
Читался явно огнь желаний,
Дразнить инертную судьбу
И продолжать чреду свиданий,

И так как путь сей в никуда
Он знал, как ходят поезда;
А вы подумали: «Седой...».
Не без того, – но молодой!

Пока его мы чуть в сторонку…
По мне, – так будет больше толку.

Позвольте возвратиться к даме;
Писать о них мне интересней;
Не их ль бесстыжими делами
Теряет муж иной наследство?

Но помня всё же божью милость
Спускаем им их шаловливость,
Заметив, что нельзя красивой
Назвать с такою перспективой,

А чтоб совсем понятно было –
Поуже зад, так было б мило.

Под платьем стройных две колонны
Служить ногами были склонны,
Когда собою напрягали
Тончайший свод из лёгкой ткани;

Так, выделяясь при ходьбе,
Их ноги манят нас к себе
Гораздо больше чем нагие,
Секрет я тот хранил доныне…

Причём, секрет в себе так развил,
Увижу даму, вот и праздник:
Любую вишню спелых лет
Раздеть успею и одеть,

Да-да, – одними лишь глазами,
Не прикасаясь к ней руками;
Читайте книги, господа,
А мне к моим ногам пора.

Обидно если бы в иску́се,
Кончалось этим всё блаженство,
И – боже праведный Иисусе –
Не раздвигалось совершенство.

Да это горе было б горе,
Как у Никитина (3) на море;
Когда он рассмотрел русалок,
То что-то в сердце оборвалось:

«Они, конечно, все сопрано,
Но есть ли вход… какая драма!
Толь к даме ближе, толи к рыбе…
Терпи до Диу (4) друг мой, шкипер.

Хватает с п…и в порту…»
И мы натянем бечеву:

Имела рост она хороший
И, несомненно, лик пригожий,
Плыла, как пава, полной грудкой,
Мужчин подбадривала шуткой:

«Смешно сказать – все как один –
На южный злитесь тип мужчин;
Что подкупает нас в туземцах
Вас раздражает повсеместно;

Был у меня один грузин,
Он сам мне чистил мандарин!
И только лишь не ел меня,
Куда-то в помыслах летя:

Блестел мой алый рот и зубы
Кусали мякоть... те́кли слюни...
И мог их чистить до упада,
Но был противный всё ж, зараза…»

Такая вот была у ней
Привычка щупать понежней.

Опять рассмотрим внешность дамы, –
Да ту же шляпу с Амстердама,
Возможно с города Калькутты,
Ещё вернее – с штата Юта,

Но что скажу вам откровенно –
Она была неимоверна!
Я видел лично, – из соломы
Вели умельцы крышу дома (4).

Так вот, соломы было столько,
Что на сарай ещё довольно,
А самый бросовый пучок
Умыкнул аист на шесток.

Ах да! чуть не забыл совсем,
Перебирая много тем:
В руках держала опахало, –
Не веер же, – что было б мало.

И всё же грации полна
Она себе была верна;
Пленяя телом и умом,
Всегда мечтала обо дном:   

«Пока танцую я в фиесте
Есть шансы все и у невесты…»

Мужчины, зная эту слабость,
Прельщают узами их «радость»
И так прельщая, намекая,
Ведут избранницу до рая:

Поспать же толком не дадут.
Дают – по разу. Что уж тут!
И завидущие душонки
Потом свистят что сил вдогонку;

Я про апостолов веду…
Гореть бы им самим в аду.

Ну что ещё сказать под стать:
Исподтишка, как любят леди,
Лесные волки и медведи,
Она любила наблюдать,

Прикрыв лицо своё притом
Чуть налетевшим ветерком,
И походила на мадонну…
Ах, эта славная Джоконда!

В ней столько хитрости и лени,
В ней столько фальши на челе,
И скрыты напрочь все колени,
И нет в ней ясности нигде…

И кто она, синьор иль дама?..
Клянусь останками Адама
Купчиха эта – сам да Винчи;
Ну взгляд же явно перевинчен!

Не зря же раньше в старину
Простою дудкою на рынке
Факир выманивал змею,
Тянувшуюся из корзинки…

Нет, наши женщины красивей,
Нежнее, тоньше и учтивей
И без колец и двух серёжек
Влюбляют нас сверканьем ножек;

Их взгляд бесхитростен и добр,
В нём всё найдёшь, но не укор!

Их фото надо ставить в рамы
Для торжества любви и славы:
В лучах божественных их глаз
Мир подобреет на глазах;

Пока же за мою идею
Мне не отсыпали гинеи, 
А нас джентльмен давно уж ждёт
И текст свой знает наперёд:

– О как же рад я видеть вас!
И в то же время гложет грусть, –
Чертовски некогда сейчас!
Не дай бог к сроку не вернусь

Обратным поездом домой, –
Ревтрибунал и на покой…

Меня жена из пистолета, –
Шести стволов, замечу вам, –
Нафарширует на котлеты
И съест без соли по утрам.

Чтоб не было ещё мне хуже
Пытался я успеть на ужин,
Но, встретив миссис Саммити,
Помог ей вещи поднести…

Отправка поезда обратно
Через минуту или пять…
Точнее вам мне не сказать, –
Что для джентльмена было б странно:

Большой любитель пароходов
Я либерал в любых отходах!

И вот вам миссис Саммити –
Вдова майора из Конти (6),
Упавшего на дно каньона
В далёком штате Аризона.

Он застрелился, говорят,
Так это – ложь, вы ей не верьте!
Нет, не таковски наши перцы!
Я был взбешён… нельзя так врать!

Он был умён, отважен, смел
И очень жаль, что не успел
Доделать все свои дела,
Для коих мама родила.

Хранили мамы нас от бед,
Надеясь в нас увидеть свет,
Поддержку в жизни, но, – привет!
«Одних уж нет, а те далече…»

Исполнить некому завет
И гаснут, обгоревши свечи…

И только лишь увидев луч,
Сверкнувший из-за синих туч,
Заплачем всё же иногда,
Что мы прощёны навсегда…

Но ближе к теме! Так верней:
И едет к дочери своей
Немного погостить вдова
И навестить, ну как всегда,

Места красы необычайной
Всегда разлившейся реки,
Где ставят сети рыбаки
И лось выходит пить случайный,

Где по отлогам малых рек
Растут и кедры и орех:

Живёт же дочка в Фермопилах –
Есть городок такой в заливах;
Рога лосей же столь велики,
Что бросят в краску знавших виды,

А так как вы плывёте в Э́дем,
То что вам стоит взять при этом
С собою миссис Саммити,
Ведь вам с ней, сударь, по пути:

Она мила, умна, учтива,
Не то, что жёны у других, –
Он отсмеялся за троих, –
Стройна, красива, не ревнива,

Не будет вам мешать ни в чём,
Вот помогать – то да! Тишком…
При этом будет вам верна,
Как первой свежести жена.

Всё остальное, я надеюсь,
Вы разузнаете потом,
Скажу одно – с такой красоткой
Неплохо к стогу вечерком…

Увлёкся и несу уж вздор
И, понимая ваш укор,
Скажу в своё вам оправданье –
Не избалован воспитаньем.

Ну разве это воспитанье –
Вожжой, кнутом и приседаньем?

На этом я расстанусь с вами,
Надеюсь, добрыми друзьями,
И буду вспоминать вас долго,
Как человека с чувством долга. –

«Вот это да! – подумал Мартин, –
За шиворот – и сразу в партер».
Он был в растерянности весь:
Как просто всё решают здесь,

Когда на родине туманов, –
Вот за такие же услуги, –
Буквально все, и даже други
Гребут лопатой из карманов,

Чем превышают ваш заказ
Не менее чем в восемь раз.

.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .

Смешались и любовь и кровь,
И пепел, и краса Востока,
И грусть просёлочных дорог,
Ведущих в небо одиноко,

И ненависть во мне – набатом…
Всегда, как памятка солдата.



ПРИМЕЧАНИЯ

1) Звучат Шербургские мотивы…
Музыка Мишеля Леграна из французского х/ф «Шербурские зонтики», 1964г.
«Ровно 60 лет назад, 19 февраля 1964 года, во Франции состоялась премьера фильма «Шербурские зонтики». На сегодняшний день эта работа режиссера Жака Деми общепризнанно считается классикой, на которую ориентируются и ссылаются многие режиссеры».

2) Где кто-то, страстью к ним сгорая,
    В горячке дум не замечает,
    Что отморозил пальцы ног               
    В объятьях Северных широт.

Реверанс в сторону рабочих людей с тёмными, продублёнными солнцем лицами, деловито засновавших по всем провинциям России, включая и городки, приравненные к Крайнему Северу. Предостережения русских учёных о последствиях активной депопуляции этнических русских в России сбываются прямо на глазах. В России идёт масштабное замещение русского народа другими народами. И это при таком колоссальном уничтожении производственных мощностей в России за последние тридцать лет!
 
3) Никитин – тверской купец Афанасий Никитин написал путевые записки (жанр хождения) о своём путешествии в Индию в 1468 – 1474 годах. «Хождение за три моря» – памятник древнерусской литературы.

4) Диу, порт в Аравийском море.

5) Я видел лично, – из соломы
    Вели умельцы крышу дома.
 
Действительно, автор один раз видел, как соломой крылась крыша хлева. Чаще ему приходилось наблюдать, как хорошую жирную осоку, которой хватает на Псковщине, предварительно связав в снопы, скобари применяют как кровельный материал на крыши дворовых строений; реже – жилых домов.

6) Конти, коммуна Конти во Франции образовалась в 1790 году во время Французской революции. Это произошло в рамках отмены феодальных прав и привилегий.