Исповедь 3

Из романа в стихах " Дом, где тишина и свет".

От лица героя.

Я помню каждый твой взгляд — в нём не было зла,
Лишь тихая просьба остаться, согреть и сберечь.
Я видел, как ты болеешь, и всё равно «на себе несла»,
Пока я искал пустое тепло и с чужими, встреч.

Мне стыдно за «громкость» свою, и пусть не за фальшивый успех,
За то, что, меняя себя на телевизор и лже- друзей,
Я сделал твой мир ареной для жалких утех,
Где ты задыхалась от тесноты.

Кто то сказал мне: «Подумай о ней» !
А тебе не хватало защиты  моей,
Всегда! От людской клеветы,
И она нужна — нужна была везде.

Ты болела — я строил стены из эго и лжи,
Ты ждала просто воздуха — я отнимал его тоже.
Скажи, как мне вынуть теперь эти острые ножи,
Что я в твою спину всадил, пока ты жила по- Божьи?

Я не ищу оправданий в плохой судьбе,
Тяжёлое время — лишь фон для моих преступлений.
Я здесь, на коленях, в беззвучной мольбе,
Прося у тебя не прощения, а избавления…
Нет, не мне — а тебе.
Чтоб ты наконец улыбнулась —  без тени сомнений.

Я стёр бы то время, я сжёг бы те годы дотла,
Я бросил бы всё, чего так бестолково добился,
Чтобы просто узнать: ты когда-то меня прочла?
Ты видела сердце, в котором я так заблудился?

Пусть Бог мне не внемлет, я сам за себя не прошу.
Но каждое утро, дыханье, удары рассвета —
Я только лишь тем, что ты счастлива, сейчас дорожу,
Даже если меня в твоей жизни уже нету.

А дома — ты. С твоей вечной, нездешней тоской,
С глазами, в которых надежда тонула, как камень.
Я думал, что справлюсь, я тешился дикой игрой,
Пока ты сжигала свой личный, единственный пламень.

Мне нет оправданий в рассудках, в счетах, в суете.
Любовь проверяют не скрежетом, а бережливостью рук.
А я тебя бросил одну в той сырой пустоте,
Превратив наши будни в натянутый, замкнутый круг.

Я не прошу, чтоб ты вспомнила светлые дни,
В них нет моей правды, лишь гордость и мелкий обман.
Ты только живи. Ты теперь — вопреки мне — живи,
Пусть жизнь исцеляет тот долгий, тяжёлый туман.

И если молитвы имеют хоть капельку сил,
Пусть каждая крошка того, что я в жизни украл,
Вернётся тебе — чтобы Бог твоё сердце укрыл,
Чтоб больше тебя так,  как я , не ломал.

Мне стыд стал вторым естеством, я не жду перемены,
Я просто учусь выживать в осознании: «я был не прав».
Ты вышла из клетки моих манипуляций и плена,
Теперь в моём мире свобода твоя основной сей устав.